Неточные совпадения
— Да как же в самом деле: три дни от тебя ни слуху ни
духу! Конюх от Петуха привел твоего жеребца. «Поехал, говорит, с каким-то барином». Ну, хоть бы слово сказал: куды, зачем, на сколько времени? Помилуй, братец, как же можно этак поступать? А я
бог знает чего не передумал в эти дни!
А уж упал с воза Бовдюг. Прямо под самое сердце пришлась ему пуля, но собрал старый весь
дух свой и сказал: «Не жаль расстаться с светом. Дай
бог и всякому такой кончины! Пусть же славится до конца века Русская земля!» И понеслась к вышинам Бовдюгова душа рассказать давно отошедшим старцам, как умеют биться на Русской земле и, еще лучше того, как умеют умирать в ней за святую веру.
— Теперь благослови, мать, детей своих! — сказал Бульба. — Моли
Бога, чтобы они воевали храбро, защищали бы всегда честь лыцарскую, [Рыцарскую. (Прим. Н.В. Гоголя.)] чтобы стояли всегда за веру Христову, а не то — пусть лучше пропадут, чтобы и
духу их не было на свете! Подойдите, дети, к матери: молитва материнская и на воде и на земле спасает.
Народ в городе голодный; стало быть, все съест
духом, да и коням тоже сена… уж я не знаю, разве с неба кинет им на вилы какой-нибудь их святой… только про это еще
Бог знает; а ксендзы-то их горазды на одни слова.
На вече весь течет народ;
Престол чугунный разрушает,
Самсон как древле сотрясает
Исполненный коварств чертог;
Законом строит твердь природы,
Велик, велик ты,
дух свободы,
Зиждителен, как сам есть
бог!
Добчинский. Ей-богу, кумушка, так бежал засвидетельствовать почтение, что не могу
духу перевесть. Мое почтение, Марья Антоновна!
«Боже вечный, расстоящияся собравый в соединение, — читал он кротким певучим голосом, — и союз любве положивый им неразрушимый; благословивый Исаака и Ревекку, наследники я твоего обетования показавый: Сам благослови и рабы Твоя сия, Константина, Екатерину, наставляя я на всякое дело благое. Яко милостивый и человеколюбец
Бог еси, и Тебе славу воссылаем, Отцу, и Сыну, и Святому
Духу, ныне и присно и вовеки веков». — «А-аминь», опять разлился в воздухе невидимый хор.
— «Жертва
богу…
дух сокрушен… сердце сокрушенно и смиренно»… Х-хе…
— Мы —
бога во Христе отрицаемся, человека же — признаем! И был он, Христос, духовен человек, однако — соблазнил его Сатана, и нарек он себя сыном
бога и царем правды. А для нас — несть
бога, кроме
духа! Мы — не мудрые, мы — простые. Мы так думаем, что истинно мудр тот, кого люди безумным признают, кто отметает все веры, кроме веры в
духа. Только
дух — сам от себя, а все иные
боги — от разума, от ухищрений его, и под именем Христа разум же скрыт, — разум церкви и власти.
«И лжемыслие, яко бы возлюбив человека господь
бог возлюбил также и рождение и плоть его, господь наш есть
дух и не вмещает любви к плоти, а отметает плоть. Какие можем привести доказательства сего? Первое: плоть наша грязна и пакостна, подвержена болезням, смерти и тлению…»
Светские — тоже, ибо и они — извините слово — провоняли церковностью, церковность же есть стеснение
духа человеческого ради некоего
бога, надуманного во вред людям, а не на радость им.
— Вот, например, англичане: студенты у них не бунтуют, и вообще они — живут без фантазии, не бредят, потому что у них — спорт. Мы на Западе плохое — хватаем, а хорошего — не видим. Для народа нужно чаще устраивать религиозные процессии, крестные хода. Папизм — чем крепок? Именно — этими зрелищами, театральностью. Народ постигает религию глазом, через материальное. Поклонение
богу в
духе проповедуется тысячу девятьсот лет, но мы видим, что пользы в этом мало, только секты расплодились.
— Тело. Плоть. Воодушевлена, но — не одухотворена — вот! Учение богомилов — знаете?
Бог дал форму — сатана душу. Страшно верно! Вот почему в народе — нет
духа.
Дух создается избранными.
— И потом еще картина: сверху простерты две узловатые руки зеленого цвета с красными ногтями, на одной — шесть пальцев, на другой — семь. Внизу пред ними, на коленях, маленький человечек снял с плеч своих огромную, больше его тела, двуличную голову и тонкими, длинными ручками подает ее этим тринадцати пальцам. Художник объяснил, что картина названа: «В руки твои предаю
дух мой». А руки принадлежат дьяволу, имя ему Разум, и это он убил
бога.
— Печально, когда человек сосредоточивается на плотском своем существе и на разуме, отметая или угнетая
дух свой, начало вселенское. Аристотель в «Политике» сказал, что человек вне общества — или
бог или зверь. Богоподобных людей — не встречала, а зверье среди них — мелкие грызуны или же барсуки, которые защищают вонью жизнь свою и нору.
—
Васька перед
богом — на колени,
Умилился
духом, чуть не плачет.
Скотинин. Смотри ж, не отпирайся, чтоб я в сердцах с одного разу не вышиб из тебя
духу. Тут уж руки не подставишь. Мой грех. Виноват
Богу и государю. Смотри, не клепли ж и на себя, чтоб напрасных побой не принять.
От
Бога китайцы еще дальше, нежели от царя. Последователи древней китайской религии не смеют молиться небесным
духам: это запрещено. Молится за всех богдыхан. А буддисты нанимают молиться бонз и затем уже сами в храмы не заглядывают.
— Нет, Галю; у
Бога есть длинная лестница от неба до самой земли. Ее становят перед светлым воскресением святые архангелы; и как только
Бог ступит на первую ступень, все нечистые
духи полетят стремглав и кучами попадают в пекло, и оттого на Христов праздник ни одного злого
духа не бывает на земле.
—
Бог дух святой (нем.).]
— По-моему, господа, по-моему, вот как было, — тихо заговорил он, — слезы ли чьи, мать ли моя умолила
Бога,
дух ли светлый облобызал меня в то мгновение — не знаю, но черт был побежден. Я бросился от окна и побежал к забору… Отец испугался и в первый раз тут меня рассмотрел, вскрикнул и отскочил от окна — я это очень помню. А я через сад к забору… вот тут-то и настиг меня Григорий, когда уже я сидел на заборе…
«И почему бы сие могло случиться, — говорили некоторые из иноков, сначала как бы и сожалея, — тело имел невеликое, сухое, к костям приросшее, откуда бы тут
духу быть?» — «Значит, нарочно хотел
Бог указать», — поспешно прибавляли другие, и мнение их принималось бесспорно и тотчас же, ибо опять-таки указывали, что если б и быть
духу естественно, как от всякого усопшего грешного, то все же изошел бы позднее, не с такою столь явною поспешностью, по крайности чрез сутки бы, а «этот естество предупредил», стало быть, тут никто как
Бог и нарочитый перст его.
Человек возвеличится
духом Божеской, титанической гордости и явится человеко-бог.
Он был именно такого свойства ревнивец, что в разлуке с любимою женщиной тотчас же навыдумывал
бог знает каких ужасов о том, что с нею делается и как она ему там «изменяет», но, прибежав к ней опять, потрясенный, убитый, уверенный уже безвозвратно, что она успела-таки ему изменить, с первого же взгляда на ее лицо, на смеющееся, веселое и ласковое лицо этой женщины, — тотчас же возрождался
духом, тотчас же терял всякое подозрение и с радостным стыдом бранил себя сам за ревность.
— Семьсот, семьсот, а не пятьсот, сейчас, сию минуту в руки! — надбавил Митя, почувствовав нечто нехорошее. — Чего ты, пан? Не веришь? Не все же три тысячи дать тебе сразу. Я дам, а ты и воротишься к ней завтра же… Да теперь и нет у меня всех трех тысяч, у меня в городе дома лежат, — лепетал Митя, труся и падая
духом с каждым своим словом, — ей-богу, лежат, спрятаны…
Экзистенциалисты новой формации могут сказать, что моя философская точка зрения предполагает миф о
Боге и миф о
Духе.
Лишь в
духе и свободе встреча с
Богом есть драматическое событие.
Лучше можно сказать, что
Бог есть Смысл и Истина мира,
Бог есть
Дух и Свобода.
Те, которые хотели возвысить идею
Бога, страшно принизили ее, сообщив
Богу свойства, взятые из царства кесаря, а не царства
Духа.
Предлагаемому определению мистики подпадает и лжемистика, которая, по сознанию людей, не допускает существования
Бога и
Духа.
Отношение человека к
Богу предполагает драматическую борьбу между царством
Духа и царством Кесаря, прохождение через дуализм, во имя окончательного монизма, который может раскрыться лишь эсхатологически.
Человек встречается с
Богом не в бытии, о котором мыслят в понятиях, а в
духе, в духовном опыте.
Еще нужно сказать, что нет
духа без
Бога, как первоисточника.
Реальность мифа о
Боге, о
Духе, об Истине нельзя доказать и не нужно.
Бог есть не бытие,
Бог есть
Дух.
Существование
Бога обнаруживается в существовании
духа в человеке.
Повторяю —
Бог не объективное бытие, к которому применимы рациональные понятия,
Бог есть
Дух.
После этого священник унес чашку за перегородку и, допив там всю находившуюся в чашке кровь и съев все кусочки тела
Бога, старательно обсосав усы и вытерев рот и чашку, в самом веселом расположении
духа, поскрипывая тонкими подошвами опойковых сапог, бодрыми шагами вышел из-за перегородки.
Савелий падал
духом, молился
Богу, сидел молча, как бирюк, у себя в клетушке, тяжело покрякивая.
— И слава
Богу: аминь! — заключил он. — Канарейка тоже счастлива в клетке, и даже поет; но она счастлива канареечным, а не человеческим счастьем… Нет, кузина, над вами совершено систематически утонченное умерщвление свободы
духа, свободы ума, свободы сердца! Вы — прекрасная пленница в светском серале и прозябаете в своем неведении.
Всякий раз, когда вступаешь в лес, который тянется на несколько сот километров, невольно испытываешь чувство, похожее на робость. Такой первобытный лес — своего рода стихия, и немудрено, что даже туземцы, эти привычные лесные бродяги, прежде чем переступить границу, отделяющую их от людей и света, молятся
богу и просят у него защиты от злых
духов, населяющих лесные пустыни.
Рассказывал про свои встречи с тиграми, говорил о том, что стрелять их нельзя, потому что это
боги, охраняющие женьшень от человека, говорил о злых
духах, о наводнениях и т.д.
— Дай
бог, дай
бог! Благодарю тебя, Верочка, утешаешь ты меня, Верочка, на старости лет! — говорит Марья Алексевна и утирает слезы. Английская ель и мараскин привели ее в чувствительное настроение
духа.
— Вероятно, не совсем в этом, или говорили слова, да не верили друг другу, слыша друг от друга эти слова, а не верили конечно потому, что беспрестанно слышали по всяким другим предметам, а, может быть, и по этому самому предмету слова в другом
духе; иначе как же вы мучились
бог знает сколько времени? и из — за чего?
Рождество Господне произошло сверхъестественным путем «бессеменного зачатия» от
Духа Св., ибо
Бог не мог родиться как человек.
Богумилы отрицают христианский догмат троичности
Бога, допускают дуализм добра и зла, материи и
духа, презирают телесную природу человека, требуют строгого соблюдения безбрачия.]).
«
Дух ангелов не есть оживляющий, потому что не получил от
Бога, соединенного с
духом, из земли тела, чтобы иметь силу оживлять и сохранять его.
О падении оракулов, 27).] в язычестве, времена последнего уже миновали, и если теперь искать
Бога только в природе, то чрез нее можно услышать не «
богов», но «лестчих
духов», уводящих от истины, и сделаться жертвой религиозного обмана.
Он опознается не принудительностью внешних чувств, не насильственно, но свободным, творческим устремлением
духа, исканием
Бога, напряженной актуальностью души в этом направлении.
«Как человек сотворен в образ и подобие
Бога, так равно и ангелы, ибо они братья людей», «святая душа человека и
дух ангела имеют единую сущность и существо, и нет никакого различия в них, кроме самого только качества их телесного проявления» [Аврора, 60, 63.].