Неточные совпадения
Ему даже
отойти от них не хотелось, но он поднялся по лестнице и вошел в большую, высокую залу, и опять и тут везде, у окон, около растворенных
дверей на террасу, на самой террасе, везде были цветы.
Да
отойди подальше от
дверей,
Сквозной там ветер дует сзади!
Мой ангел, бога ради
От
двери дальше
отойди.
Отчего по ночам, не надеясь на Захара и Анисью, она просиживала у его постели, не спуская с него глаз, до ранней обедни, а потом, накинув салоп и написав крупными буквами на бумажке: «Илья», бежала в церковь, подавала бумажку в алтарь, помянуть за здравие, потом
отходила в угол, бросалась на колени и долго лежала, припав головой к полу, потом поспешно шла на рынок и с боязнью возвращалась домой, взглядывала в
дверь и шепотом спрашивала у Анисьи...
«Девочка — и та изуродована и кривляется», подумала Анна. Чтобы не видать никого, она быстро встала и села к противоположному окну в пустом вагоне. Испачканный уродливый мужик в фуражке, из-под которой торчали спутанные волосы, прошел мимо этого окна, нагибаясь к колесам вагона. «Что-то знакомое в этом безобразном мужике», подумала Анна. И вспомнив свой сон, она, дрожа от страха,
отошла к противоположной
двери. Кондуктор отворял
дверь, впуская мужа с женой.
— Однако надо написать Алексею, — и Бетси села за стол, написала несколько строк, вложила в конверт. — Я пишу, чтоб он приехал обедать. У меня одна дама к обеду остается без мужчины. Посмотрите, убедительно ли? Виновата, я на минутку вас оставлю. Вы, пожалуйста, запечатайте и
отошлите, — сказала она от
двери, — а мне надо сделать распоряжения.
Приехал я к нему летом, часов в семь вечера. У него только что
отошла всенощная, и священник, молодой человек, по-видимому весьма робкий и недавно вышедший из семинарии, сидел в гостиной возле
двери, на самом краюшке стула. Мардарий Аполлоныч, по обыкновению, чрезвычайно ласково меня принял: он непритворно радовался каждому гостю, да и человек он был вообще предобрый. Священник встал и взялся за шляпу.
Самгин еще в начале речи Грейман встал и
отошел к
двери в гостиную, откуда удобно было наблюдать за Таисьей и Шемякиным, — красавец, пошевеливая усами, был похож на кота, готового прыгнуть. Таисья стояла боком к нему, слушая, что говорит ей Дронов. Увидав по лицам людей, что готовится взрыв нового спора, он решил, что на этот раз с него достаточно, незаметно вышел в прихожую, оделся, пошел домой.
— Спит, должно быть, — тихо сказала Лидия,
отходя от
двери.
Она
отошла от него, увидав своих знакомых, а Самгин, оглянувшись, заметил у
дверей в буфет Лютова во фраке, с папиросой в зубах, с растрепанными волосами и лицом в красных пятнах.
Тут он отворотился, насунул набекрень свою шапку и гордо
отошел от окошка, тихо перебирая струны бандуры. Деревянная ручка у
двери в это время завертелась:
дверь распахнулась со скрыпом, и девушка на поре семнадцатой весны, обвитая сумерками, робко оглядываясь и не выпуская деревянной ручки, переступила через порог. В полуясном мраке горели приветно, будто звездочки, ясные очи; блистало красное коралловое монисто, и от орлиных очей парубка не могла укрыться даже краска, стыдливо вспыхнувшая на щеках ее.
Разговор их был прерван смотрителем, который поднялся и объявил, что время свидания кончилось, и надо расходиться. Нехлюдов встал, простился с Верой Ефремовной и
отошел к
двери, у которой остановился, наблюдая то, что происходило перед ним.
Судебный пристав, румяный, красивый человек, в великолепном мундире, с бумажкой в руке подошел к Фанарину с вопросом, по какому он делу, и, узнав, что по делу Масловой, записал что-то и
отошел. В это время
дверь шкапа отворилась, и оттуда вышел патриархального вида старичок, но уже не в пиджаке, а в обшитом галунами с блестящими бляхами на груди наряде, делавшем его похожим на птицу.
Лозинский бросил окурок и
отошел от
двери.
Ребята
отошли, баба с ребенком затворила
дверь.
Она поставила и
отошла к окну. Он вошел к ней в комнату и бросился к шляпе, а она бросилась к
двери, заперла и положила ключ в карман.
— Гасить огни, закрывать трубы, окна, запирать
двери! — слышалась ее команда. — Поди, Василиса, посмотри, не курят ли трубок? Нет ли где сквозного ветра?
Отойди, Марфенька, от окна!
— Здравствуйте, — сказал он тихо,
отошел к
двери и стал мять свою шапку.
Она не помнит, она помнит только, что подбежала к нему, поцеловала его, но как они перешли через комнату, она не помнит, и он не помнит; они только помнят, когда они уже обходили мимо кресел, около стола, а как они
отошли от
двери…
Что ж, господа! Не желаете? (
Отходит от
двери.) Знал бы — не покупал. Ну, и я пить не стану.
— Дурак, — повторила бабушка,
отходя от
двери; дед бросился за нею, но она, не торопясь, перешагнула порог и захлопнула
дверь пред лицом его.
Замолк Василий Фадеев, стал писать свою лепортицу, а дядя Архип не
отходит от
дверей казенки.
Часов с десяти стол устилался планами генерального межевания, и начиналось настоящее дело. В совещаниях главную роль играл Могильцев, но и Герасимушка почти всегда при них присутствовал.
Двери в спальню затворялись плотно, и в соседней комнате слышался только глухой гул… Меня матушка
отсылала гулять.
Поборол, однако, врага,
отошел óт
двери, прямо к иконам…
…Резкий лязг металлических колец, сдвигаемых по проволоке. Царские
двери закрыты, задернута завеса… По рядам шорох, легкое движение разбивает оцепенелое забытье. Слава богу, — половина
отошла. Хорошо слаженный хор затягивает Херувимскую.
Дверь в кабинет отворена… не более, чем на ширину волоса, но все же отворена… а всегда он запирался. Дочь с замирающим сердцем подходит к щели. В глубине мерцает лампа, бросающая тусклый свет на окружающие предметы. Девочка стоит у
двери. Войти или не войти? Она тихонько
отходит. Но луч света, падающий тонкой нитью на мраморный пол, светил для нее лучом небесной надежды. Она вернулась, почти не зная, что делает, ухватилась руками за половинки приотворенной
двери и… вошла.
В
дверях появляется Дитяткевич. Он слышал смех и беспокойно оглядывает нас из-за
дверей, но пятна ему не видно. Это интересно. Едва он
отходит, как несколько комков летят вдогонку за первым, и скоро плеяда серых звезд располагается над креслом учителя.
Вот как текла эта однообразная и невеселая жизнь: как скоро мы просыпались, что бывало всегда часу в восьмом, нянька водила нас к дедушке и бабушке; с нами здоровались, говорили несколько слов, а иногда почти и не говорили, потом
отсылали нас в нашу комнату; около двенадцати часов мы выходили в залу обедать; хотя от нас была
дверь прямо в залу, но она была заперта на ключ и даже завешана ковром, и мы проходили через коридор, из которого тогда еще была
дверь в гостиную.
—
Отойдите прочь от меня, Женни, — с гробовым спокойствием прошептала Лиза и, оторвав пальцы Евгении Петровны от своей шубы, вышла за
двери.
— Отлично теперь, Лизавета Егоровна! — произнес он, забив последний гвоздь и
отойдя к
двери.
Потом подошел к
двери соседей, послушал и,
отойдя опять на цыпочках, прилег к огарку, достал из кармана сверточек чистой бумаги, разложил его перед собою и, вынув ломаный перочинный ножик, стал поправлять перо.
В голосе его, однако, послышалось смущенье. Константин Николаевич не проявлялся. Он стал пристально смотреть на опущенную портьеру
двери кабинета. Из этой самой
двери, четыре года тому назад, впервые он увидел выходящею княгиню Зинаиду Павловну Шестову. Ему так живо представилась эта сцена, что он машинально вскочил с кресла и
отошел в амбразуру окна, как это сделал тогда. Константина Николаевича все не было.
Антон Михайлович наскоро выпил у стойки рюмку водки и вышел почти вслед за заинтересовавшим его оборванцем. Последний стоял прислонившись к косяку
двери заведения, изображая таким образом сцену из потерянного рая, и продолжал бормотать ругательства по адресу изгнавшего его буфетчика. Милашевич
отошел от него несколько шагов и стал наблюдать за ним. Оборванец отделился, наконец, от косяка и пошатываясь отправился по направлению к Садовой. Антон Михайлович последовал за ним.
Обе сестры однако не послушались матери и, возвратясь наверх, заглянули в спальню Людмилы. Та лежала на постели неподвижно. Думая, что она, может быть, в самом деле заснула, Сусанна и Муза
отошли от
дверей.
Когда горничная, неторопливо и не вдруг отворив
дверь, вошла в комнату барышни, то Людмила сейчас же поспешила
отойти от Ченцова и немного покраснела при этом.
— Никак нет-с! — отвечал Силантий, не
отходя от
дверей.
Мари едва успела
отойти от
двери и сесть на свое место. Лицо ее было по-прежнему взволнованно, но не столь печально, и даже у ней на губах появилась как бы несколько лукавая улыбка, которою она как бы говорила самой себе: «Ну, доктор!»
— Нет, он хитер, и пьяный не проговорится, —
отошел от
двери Шатов.
Перебоев не
отходит от открытой настежь
двери, в которую уже вошел новый клиент, и наконец делает вид, что позовет дворника, ежели дама не уйдет. Дама, ухватив за руку сына, с негодованием удаляется.
Я не хотел видеть отца в эту минуту и
отошел от
двери; но Любочка пришла за мною и сказала, что папа меня спрашивает.
Когда все убрались, Майзель медленно сделал налево кругом, как будто поворачивал целую роту, и тяжело, как матерый седой медведь, побрел на половину Амалии Карловны, которая встретила его в
дверях спальни в одной кофточке, совсем готовая
отойти ко сну.
Висленев, не смущаясь,
отошел; еще несколько раз прошелся из конца в конец комнаты и потом, тихо приблизясь к
двери, осторожно вышел и побрел по темной лестнице в свою мансарду.
— Я не приму участия в вашем веселье, — сказал я. — Но Гез может, конечно, развлекаться, как ему нравится. — С этим я
отослал мулата и запер
дверь, размышляя о слышанном.
Тогда я, решившись, толкнул
дверь, которая,
отойдя, ударилась в большой шкаф, и вошел, крайне пораженный тем, что Гез лежит на полу.
Я ее провела, стукнула в
дверь и
отошла.
Извиняясь перед девушкой, которая
отошла к
двери и стала смотреть в сад, я спросил Бреннера, чем могу быть ему полезен.
Тогда Кожемякин, медленно
отходя к
двери, виновато сказал...
Татарин согнул спину, открыл ею
дверь и исчез, а Кожемякин встал,
отошёл подальше от окна во двор и, глядя в пол, замер на месте, стараясь ни о чём не думать, боясь задеть в груди то неприятное, что всё росло и росло, наполняя предчувствием беды.
Засим оба они пожали друг другу руки, и Ахилла предложил Термосесову сесть на то кресло, за которым стоял, но Термосесов вежливо отклонил эту честь и поместился на ближайшем стуле, возле отца Захарии, меж тем как верный законам своей рутинной школы Препотенский
отошел как можно дальше и сел напротив отворенной
двери в зал.