Неточные совпадения
— Что вы хотите этим сказать? — вскрикнула она, с ужасом вглядываясь в явное выражение ненависти, которое было во всем
лице и в особенности в жестоких
грозных глазах.
Размышляя об этом, Самгин на минуту почувствовал себя способным встать и крикнуть какие-то
грозные слова, даже представил, как повернутся к нему десятки изумленных, испуганных
лиц. Но он тотчас сообразил, что, если б голос его обладал исключительной силой, он утонул бы в диком реве этих людей, в оглушительном плеске их рук.
Но
лицо его, чем дальше подвигался рассказ, становилось не то что мрачным, а как бы
грозным.
— Ну, любит не любит, это я сама скоро узнаю, — с
грозною ноткой в голосе проговорила Грушенька, отнимая от глаз платок.
Лицо ее исказилось. Алеша с горестью увидел, как вдруг из кроткого и тихо-веселого
лицо ее стало угрюмым и злым.
Славянская идея должна быть осознана перед
лицом грозной опасности германизма.
В
лице грозного родителя Викентьев представлял Нила Андреича. У него отняли книгу и велели сидеть смирно. Тогда он, за спиной бабушки, сопровождал чтение одной Марфеньке видимой мимикой.
Я прихожу — Вадима нет дома. Высокий мужчина с выразительным
лицом и добродушно
грозным взглядом из-под очков дожидается его. Я беру книгу, — он берет книгу.
Ветер и дождь со снегом секли
лицо, холод проникал до костей, но вскоре стал вырезываться из-за тумана и потоков воды памятник Иоанна
Грозного.
Показалось
Ему, что
грозного царя,
Мгновенно гневом возгоря,
Лицо тихонько обращалось…
— Смеет он! — хватаясь за ручку кресла, не своим голосом вскрикнул Марко Данилыч. Потемнело суровое
лицо, затряслись злобой губы, а из
грозных очей ровно каленые уголья посыпались. Сам задрожал, голова ходенем пошла.
Хоть давно знала, что
грозного гостя скитам не миновать; но когда опасность еще далека, она не страшна так, как в то время, когда перед
лицом прямо станет…
Грозный «Василий Иваныч» (по фамилии Ланге) смахивал на чиновника, какими тогдашние губернские города были полны: вицмундирная пара, при узких брюках, орден на шее, туго накрахмаленная манишка, прическа с височками рыжеватого парика, бритое, начальническое
лицо и внушительный тон в нос без явного немецкого акцента, но с какой-то особой «оттяжкой».
Мальчик, с синим, неподвижным
лицом, дышит часто и хрипло, пульс почти не прощупывается. Я кончаю исследование, поднимаю голову, — и из полумрака комнаты на меня жадно смотрят те же безумные,
грозные глаза матери.
Слово, кинутое так звонко, прямо в
лицо грозному учителю, сразу поглощает все остальные звуки. Секунда молчания, потом неистовый визг, хохот, толкотня. Исступление охватывает весь коридор. К Самаревичу проталкиваются малыши, опережают его, становятся впереди, кричат: «бирка, бирка!» — и опять ныряют в толпу. Изумленный, испуганный бедный маниак стоит среди этого живого водоворота, поворачивая голову и сверкая сухими, воспаленными глазами.
Икона эта вида «
грозного и престрашного» — святитель Мир-Ликийских изображен на ней «в рост», весь одеян сребропозлащенной одеждой, а
лицом темен и на одной руке держит храм, а в другой меч — «военное одоление».
Скосив глаза направо, Ромашов увидел далеко на самом краю поля небольшую тесную кучку маленьких всадников, которые в легких клубах желтоватой пыли быстро приближались к строю. Шульгович со строгим и вдохновенным
лицом отъехал от середины полка на расстояние, по крайней мере вчетверо больше, чем требовалось. Щеголяя тяжелой красотой приемов, подняв кверху свою серебряную бороду, оглядывая черную неподвижную массу полка
грозным, радостным и отчаянным взглядом, он затянул голосом, покатившимся по всему полю...
Он резко замахнулся на Ромашова кулаком и сделал
грозные глаза, но ударить не решался. У Ромашова в груди и в животе сделалось тоскливое, противное обморочное замирание. До сих пор он совсем не замечал, точно забыл, что в правой руке у него все время находится какой-то посторонний предмет. И вдруг быстрым, коротким движением он выплеснул в
лицо Николаеву остатки пива из своего стакана.
В первый раз он поднял глаза кверху и в упор посмотрел прямо в переносицу Шульговичу с ненавистью, с твердым и — это он сам чувствовал у себя на
лице — с дерзким выражением, которое сразу как будто уничтожило огромную лестницу, разделяющую маленького подчиненного от
грозного начальника.
Тот сел; руки у него при этом ходили ходенем, да и не мудрено: Аггей Никитич, раздосадованный тем, что был прерван в своих размышлениях о Беме, представлял собою весьма
грозную фигуру. Несмотря на то, однако, робкий почтмейстер, что бы там ни произошло из того, решился прибегнуть к средству, которое по большей части укрощает начальствующих
лиц и делает их более добрыми.
Откуда-то появился рудничный надзиратель, старичок Ефим Андреич, и молча вытянулся пред
лицом грозного начальства.
Разве я не вижу по
лицу вашему, что вас борет какая-то
грозная новая мысль…
Светлые и темные воспоминания одинаково его терзали; ему вдруг пришло в голову, что на днях она при нем и при Эрнесте села за фортепьяно и спела: «Старый муж,
грозный муж!» Он вспомнил выражение ее
лица, странный блеск глаз и краску на щеках, — и он поднялся со стула, он хотел пойти, сказать им: «Вы со мной напрасно пошутили; прадед мой мужиков за ребра вешал, а дед мой сам был мужик», — да убить их обоих.
Медиокритского привели. На
лице его, как он, видно, ни умывался, все еще оставались ясные следы дегтя. Старик городничий сел в
грозную позу против зерцала.
Увлеченная, подхваченная дуновением общего сочувствия, с слезами художнической радости и действительного страдания на глазах, певица отдалась поднимавшей ее волне,
лицо ее преобразилось, и перед
грозным призраком внезапно приблизившейся смерти с таким, до неба достигающим, порывом моленья исторглись у ней слова: «Lascia mi vivere…
Инсаров казался им очень
грозным, и недаром: что-то недоброе, что-то опасное выступило у него на
лице.
Предание, еще до сих пор свежее между казаками, говорит, что царь Иван
Грозный приезжал на Терек, вызывал с Гребня к своему
лицу стариков, дарил им землю по сю сторону реки, увещевал жить в дружбе и обещал не принуждать их ни к подданству, ни к перемене веры.
Он прячется от старика, но не может избегнуть встречи с ним в коридоре — и встает перед ним раздраженное
лицо под взвившимся кверху седым хохлом; горят, как уголья, старческие глаза — и слышатся
грозные восклицания и проклятия: «Maledizione!» [Проклятье! (ит.).], слышатся даже страшные слова: «Codardo! Infame traditore!» [Трус!
Грозные серые своды огромной тюрьмы, и по ней мечется с визгом и воем, иногда останавливаясь и воздевая руки к решетчатому окну, несчастный, бледный юноша, с волосами по плечам, с
лицом мертвеца.
Актер Ф. К. Вольский хоть и был ростом немного выше среднего, но вся его фигура, энергичная походка и каждое движение обнаруживали в нем большую силу и гимнастическую ловкость. Свежее строгое
лицо с легким румянцем, выразительные серые глаза и переливной голос, то полный нежности, то неотразимо
грозный, смотря по исполняемой роли.
Секундная пауза. Вместо
грозного призыва в голосе в
лице восторженный взгляд и убедительный полушепот...
Необходимо проследить шаг за шагом жизнь княжны в течение недели, двух, может быть месяца, узнать, кто бывает у ней, нет ли в ее дворне подозрительного
лица, и таким образом напасть на след убийцы. Тогда только можно считать дело совершенно выигранным. Никита будет в руках графа и сознание его — он, граф, доведет его до этого сознания, захватив врасплох — явится
грозным доказательством в его руках относительно этой соблазнительной самозванки.
— Никогда не была? Значит, поедем. Нужно все знать, все видеть. А что платье… — Его глаза сверкнули тем
грозным вызовом, который иногда так изменял его добродушно-веселое
лицо. — Что же, мы будем стесняться и стыдиться нэпачей?
В зрительный зал клуба они пришли, когда доклад уж начался. Военный с тремя ромбами на воротнике громким, привычно четким голосом говорил о Чемберлене, о стачке английских углекопов. Говорил хорошо, с подъемом. А когда речь касалась империалистов, брови сдвигались, в
лице мелькало что-то сильное и
грозное, и тогда глаза Нинки невольно обращались на красную розетку революционного ордена на его груди.
Ему стала рисоваться судьба, постигшая вызванного пред
лицом грозного государя, Владимира Сергеевича Похвиснева.
При Елизавете должностные
лица обязывались подпискою бывать на театральных представлениях. Когда на французской комедии являлось мало зрителей, посылали к отсутствующим
грозный запрос, подкрепляемый угрозой штрафа в 50 рублей.
Но смог ли бы услышать этот мужественный призыв «нестойкий» человек трагической поры, тянувшийся к ужасу больною своею душою? Совсем другие требовались люди, с более крепкими душами, чтоб суметь услышать такой призыв и, стиснув лбы, сказать перед
лицом грозной неизбежности, как Одиссей...
Вместе с княжной Марьей «они, нравственно согнувшись и зажмурившись от
грозного, нависшего над ними облака смерти, не смели взглянуть в
лицо жизни».
Что-то такое жуткое и
грозное в этом порочном
лице, что невольно вздрогнешь и отшатнешься: «дьявол!»
Как мало «рока» в этом напряженно-грозном взоре! Ведь это же просто — добрый человек, ужасно добрый человек, с сердцем, «почти разрывающимся от сострадания». Вот почему он и делает такое свирепое
лицо. Вот почему ему и нужен — не Гарибальди, а непременно Цезарь Борджиа. Бояться пролить кровь дикой козы, — о, на это очень способен и сам Ницше! А вот двинуть на смерть тысячи людей, взяв на свою душу всю ответственность за это, а вот расстрелять человека…
В деревне тоже только и было разговору, что об уходе большевиков. Белозеров вывесил на дверях ревкома
грозное объявление, что, мол, до сведения моего дошло о провокационных слухах, распространяемых злонамеренными
лицами… Рабоче-крестьянская власть установилась в Крыму навсегда… распространители злостных слухов будут караться революционным трибуналом расстрелом на месте…
Присоединясь к толпе, путешественники и их провожатые остановились, ожидая, когда дойдет до них очередь явиться пред
лицом грозного отца Еремея, к которому подходили, один после другого, отрядные начальники со всех дорог, ведущих к Москве.
Спесь, чванство и глупость, как в чистом зеркале, отражались в каждой черте
лица его, в каждом движении и даже в самом голосе, который, переходя беспрестанно из охриплого баса в сиповатый дишкант, изображал попеременно то надменную волю знаменитого вельможи, уверенного в безусловном повиновении, то неукротимый гнев
грозного повелителя, коего приказания не исполняются с должной покорностью.
Смуглое, исполненное жизни
лицо его выражало глубокую задумчивость и какое-то
грозное спокойствие человека, уверенного в необычайной своей силе; широкие плеча, жилистые руки, высокая богатырская грудь — все оправдывало эту последнюю догадку.
— Не забывай, однако ж, Юрий Дмитрич, — прибавил дворянин Образцов, бросив
грозный взгляд на Юрия, — что ты стоишь перед сановниками нижегородскими и что дерзкой речью оскорбишь в
лице нашем весь Нижний Новгород.
Вся высохшая, с побелевшим восковым
лицом и страшно горевшими глазами, Татьяна Власьевна походила на одну из тех подвижниц, каких рисуют на старинных образах. Прежней мягкости и податливости в ней не было больше и следа; она смотрела гордой и неприступной. И раньше редко улыбавшиеся губы теперь сложились сурово, как у схимницы; это высохшее и изможденное
лицо потеряло способность улыбаться. Даже Нюша и та боялась
грозной старухи.
Ни костыль, ни рубель, ни даже тяжелая рука
грозной помещицы не прохаживались по головам и
лицам дворовых и крестьян.
Через несколько дней Дарья Николаевна Салтыкова, находившаяся в Троицком, была арестована. Рассказывали, что «
грозная помещица» оказала сопротивление. Она билась как тигрица в руках полицейских, кусалась, царапалась и, когда была привезена в Москву, чуть не ударила по
лицу обер-полицеймейстера. Последний счел своим долгом сообщить обо всем этом графу Орлову. Тот приказал не церемониться с арестанткой.
Трепещущие дворовые явились перед
лицо грозной помещицы.
При этом
грозном имени ворота отворились. Сусанна Сальпетер с высоты своего величия гордо посмотрела на толпу, покачала головой, помахала себе в
лицо веером, на котором резвились Игры и Смехи, и, толкнув немилосердо вперед несчастную, нахохлившуюся фигуру своего мужа с приветствием: «Voraus, mein Kätzchen!» [Вперед, мой котик! (нем.)], вступила важно в крепость.
Старик сидел под деревом, которого густые ветви, сплетшись дружно с ветвями соседних дерев, образовали кров, надежный от дождя. Против него был разложен огонь; груда сучьев лежала в стороне. Ересиарх дремал, и в самой дремоте
лицо его подергивало, редкая бородка ходила из стороны в сторону. Услышав необыкновенный треск сучьев, он встрепенулся. Перед ним
лицом к
лицу Последний Новик,
грозный, страшный, как смертный час злодея.