Неточные совпадения
В первом
издании второго тома «Мертвых душ» (1855) имеется примечание: «Здесь пропущено примирение генерала Бетрищева с Тентетниковым; обед у генерала и беседа их о двенадцатом
годе; помолвка Улиньки за Тентетниковым; молитва ее и плач на гробе матери; беседа помолвленных в саду.
Везде, однако же, духовенство присвояло себе право производить ценсуру над
изданиями; и когда в 1650
году учреждена была во Франции ценсура гражданская, то богословский факультет Парижского университета новому установлению противуречил, ссылаяся, что двести
лет он пользовался сим правом.
В 768
году Амвросий Оперт, монах бенедиктинский, посылая толкование свое на Апокалипсис к папе Стефану III и прося дозволения о продолжении своего труда и о
издании его в свет, говорит, что он первый из писателей просит такового дозволения.
И Николай Петрович вынул из заднего кармана сюртука пресловутую брошюру Бюхнера, [Бюхнер Людвиг (1824–1899) — немецкий естествоиспытатель и философ, основоположник вульгарного материализма. Его книга «Материя и сила» в русском переводе появилась в 1860
году.] девятого
издания.
Дома на столе Клим нашел толстое письмо без марок, без адреса, с краткой на конверте надписью: «К. И. Самгину». Это брат Дмитрий извещал, что его перевели в Устюг, и просил прислать книг. Письмо было кратко и сухо, а список книг длинен и написан со скучной точностью, с подробными титулами, указанием издателей,
годов и мест
изданий; большинство книг на немецком языке.
— То-то, — удовлетворенно сказал седобровый, усаживаясь рядом с ним. — Разве можно книги ногами попирать? Тем более, что это — «Система логики» Милля,
издание Вольфа, шестьдесят пятого
года. Не читали, поди-ко, а — попираете!
— Я вам покажу, — сказал Сковородников, цитируя полное заглавие сочинения и даже
год и место
издания.
Потом к этому куплету стали присоединяться и другие. В первоначальном виде эта поэма была напечатана в 1878
году в журнале «Вперед» и вошла в первое
издание его книги «Звездные песни», за которую в 1912
году Н. А Морозова посадили в Двинскую крепость. В переделанном виде эта поэма была потом напечатана под названием «Шлиссельбургский узник».
Кроме лиц, перечисленных в приказе, в экспедиции приняли еще участие: бывший в это время начальником штаба округа генерал-лейтенант П.К. Рутковский и в качестве флориста — лесничий Н.А. Пальчевский. Цель экспедиции — естественно-историческая. Маршруты были намечены по рекам Уссури, Улахе и Фудзину по десятиверстной и в прибрежном районе — по сорокаверстной картам
издания 1889
года.
Из сказанного следует, что в богопознании отрицания истины, утверждения неудовлетворительны» [De docta ignorantia. lib. II, cap. XXVI, стр.21 (цит. по Базельскому
изданию 1565
года): «Et ita Theologia negationis adeo necessaria est, quo ad aliam affirmationis, ut sine illa Deus non coleretur ut Deus infinitus, sed potius ut creatura… Docuit nos sacra ignorantia Deum, ineffabilem, et verissimum, verius per remotionem et negationem de ipso ioquimur, sicut et maximus Dionysius, qui eum nee veritatem, nee intellectum, nee lucem, nee quicquam eorum quae dici possunt, esse voluit…
Вот что он писал мне 29 августа 1849
года в Женеву: «Итак, дело решено: под моей общей дирекцией вы имеете участие в
издании журнала, ваши статьи должны быть принимаемы без всякого контроля, кроме того, к которому редакцию обязывает уважение к своим мнениям и страх судебной ответственности.
Когда к 1864
году он узнал, в каких денежных тисках находилось уже
издание, он пришел ко мне и предложил мне сделать у него заем в виде акций какой-то железной дороги. И все это он сделал очень просто, как хороший человек, с соблюдением все того же неизменного джентльменства.
Теперь"В путь-дорогу"в продаже не найдешь. Экземпляры вольфовского
издания или проданы, или сгорели в складах. Первое отдельное
издание из"Библиотеки"в 1864
году давно разошлось. Многие мои приятели и знакомые упрекали меня за то, что я не забочусь о новом
издании… Меня смущает то, что роман так велик: из всех моих вещей — самый обширный; в нем до 64 печатных листов.
"Колокол"был в те
годы уже на верху своего влияния. Я его читал, когда можно было достать; но не держался того обязательно восторженного тона, с каким молодежь относилась к нему, и не верил, даже и тогда, напускному радикализму петербургских чиновников, которые зачитывались лондонским
изданием и — на словах — либеральничали всласть.
Так прошло два с чем-то
года; весной 1865
года прекратилось
издание моего журнала, и с 1865 по 1871
год я прожил за границей (с коротким приездом в Москву в 1866
году), и в эту полосу моей жизни я нигде с Лавровым не встречался.
Что я был еще молод — не могло меня удерживать. Я уже более двух
лет как печатался, был автором пьес и романа, фельетонистом и наблюдателем столичной жизни.
Издание журнала давало более солидное положение, а о возможности неудачи я недостаточно думал. Меня не смущало и то, что я-по тогдашнему моему общественно-политическому настроению — не имел еще в себе задатков руководителя органа с направлением, которое тогда гарантировало бы успех.
Но дефицит по
изданию"Библиотеки для чтения"заставил меня к 1864
году заложить мою землю с лесом в Нижегородском дворянском банке за ничтожную сумму в 15 000 рублей (теперь она стоила бы гораздо более ста тысяч), и она пошла с аукциона менее чем за двадцать тысяч.
Эта роковая неустойка и была главной причиной того, что я был затянут в издательство"Библиотеки"и не имел настолько практического навыка и расчета, чтобы пойти на ее уплату, прекратив
издание раньше, например, к концу 1864
года. Но и тогда было бы уже поздно.
Из-за
издания моего учебника попал я к Кетчеру, и сношения с ним затянулись на несколько сезонов. Не один
год на задней странице обертки сочинений Белинского стояло неизменно:"Печатается: Руководство к животно-физиологической химии. Петра Боборыкина".
"Успех скандала", выпавший на долю"Жертвы вечерней", и строгая, но крайне тенденциозная рецензия"Отечественных записок"мало смущали меня. Издали все это не могло меня прямо задевать. Книга была спасена, продавалась, и роман читался усердно и в столицах и в провинции. И далее, в начале 70-х
годов, по возвращении моем в Россию, один петербургский книгопродавец купил у меня право нового
издания, а потом роман вошел в первое собрание моих сочинений,
издания М.О.Вольфа, уже в 80-х
годах.
Сделаю предисловие: читатель, может быть, ужаснется откровенности моей исповеди и простодушно спросит себя: как это не краснел сочинитель? Отвечу, я пишу не для
издания; читателя же, вероятно, буду иметь разве через десять
лет, когда все уже до такой степени обозначится, пройдет и докажется, что краснеть уж нечего будет. А потому, если я иногда обращаюсь в записках к читателю, то это только прием. Мой читатель — лицо фантастическое.
Я имею теперь под руками три
издания «Детской библиотеки»: 1806 (четвертое
издание), 1820 и 1846
годов (вероятно, их было более десяти); но, к удивлению моему, не нахожу в двух последних небольшой драматической пиески, в которой бедный крестьянский мальчик поет следующую песню, сложенную для его отца каким-то грамотеем.
Почему и кем была исключена драматическая пиеса и песня в
изданиях 1820 и 1846
годов, не понимаю.
Какая надобность была перепечатывать текст старых
изданий 1790
годов, когда было
издание 1806
года, исправленное и значительно пополненное самим Шишковым?
Она имела много
изданий; кажется, первое было сделано в 1792
году.
Внимательно, как уже мы сказали, следя за известиями о деле об отравлении княгини Шестовой ее племянницей, Николай Ильич, преследовал одну мысль, найти в нем хотя бы малейший намек на участие Гиршфельда и, опираясь на знание его отношений к подсудимой, сорвать с последнего денежный куш и начать на него
издание собственной газеты, что было уже несколько
лет заветною мечтою Петухова.
Владелец этой газетки был мелкий аферистик, которых столичная жизнь плодит как грибы в дождливое
лето, пускавшийся, конечно без денег на фуфу, во всевозможные предприятия, от делания цинковых кастрюль до
издания газет включительно, и прогоравший во всем так же быстро, как и изобретенные им кастрюли.
— Нисколько!.. По-моему, ей следует читать жития святых женщин… и, пожалуй, пусть прочтет мой перевод […мой перевод. — Речь идет о переводе приписываемого перу Фомы Кемпийского (Гемеркена, 1379—1471) сочинения «Подражание Христу», вышедшем в 1819
году и выдержавшем ряд
изданий.] Фомы Кемпийского: «О подражании Христу»…
В параграфе:"Видимое происхождение нигилизма и тайные предтечи его" — говорилось:"Явное месторождение нигилизма открыто недавно в Москве, на Цветном бульваре, в доме Селиванова, в гостинице «Крым», в особом оной отделении, именуемом «Ад»; тайные же предтечи оного уже с 1856
года изливали свой яд в той же Москве, в редакции некоторого повременного
издания, впоследствии принесшего в том раскаяние".
— Он принадлежит к французским энциклопедистам [Французские энциклопедисты — писатели, ученые и философы, объединившиеся вокруг
издания «Энциклопедии, или толкового словаря наук, искусств и ремесл», первые тома которой вышли в 1751—1752
годах.
Но, по некоторому гражданскому кокетству, он не только не молодился, но как бы и щеголял солидностию
лет своих, и в костюме своем, высокий, сухощавый, с волосами до плеч, походил как бы на патриарха или, еще вернее, на портрет поэта Кукольника, литографированный в тридцатых
годах при каком-то
издании, особенно когда сидел
летом в саду, на лавке, под кустом расцветшей сирени, опершись обеими руками на трость, с раскрытою книгой подле и поэтически задумавшись над закатом солнца.
Составилась работоспособная редакция, а средств для
издания было мало. Откликнулся на поддержку идейной газеты крупный железнодорожник В.К. фон Мекк и дал необходимую крупную сумму. Успех
издания рос. Начали приглашаться лучшие силы русской литературы, и 80-е
годы можно считать самым блестящим временем газеты, с каждым днем все больше и больше завоевывавшей успех. Действительно, газета составлялась великолепно и оживилась свежестью информации, на что прежде мало обращалось внимания.
Он так много рассказал мне, что во втором
издании «Забытой тетради», в 1896
году, я сделал ряд изменений в поэме и написал...
С начала 1897
года подпись Я.А. Фейгина появилась еще в числе пятерых издателей под новым журналом «Бюллетень Хлебной биржи». Последний издавался на средства богатых московских хлебных торговцев, а о втором его
издании — «Курьере торговли и промышленности» — редактор «Московского листка» Н.И. Пастухов ядовито замечал, что он «жареным пахнет».
А.И. Соколова — образованная вполне, литературная дама, в прошлом воспитанница Смольного института, много
лет работала в разных
изданиях, была в редакции все.
В 1905
году было приостановлено
издание с 22 декабря по 1 января 1906
года за то, что «редакция газеты „Русские ведомости“ во время мятежного движения, еще не кончившегося в Москве и в других городах, явно поддерживала его, собирала открыто значительные пожертвования в пользу разных забастовочных комитетов, политических ссыльных, борцов за свободу и пр.».
Трудно было думать, что через несколько
лет после
издания своей газеты этот человек будет гостем на балу у президента Французской республики господина Карно во время франко-русских торжеств в Париже!
В 1881
году ему было разрешено
издание газеты, а первого августа этого
года вышел первый номер «Московского листка».
К концу 1885
года дела А.В. Насонова пошатнулись, на
издание не стало хватать средств, пришлось передать журнал, который и приобрел некто Щербов, человек совершенно никому не известный и чуждый литературе.
А.В. Насонов отдал ему
издание за долги, но первое время был редактором, а с 1886
года появилась подпись одного Щербова. Узнав это, все лучшие сотрудники ушли, из художников остался один А.И. Лебедев, снова явился из «Будильника» Л.Л. Белянкин, после чего Щербов издательствовал недолго.
Потратив все наличные деньги из своего наследства, они прекратили
издание, а с 1 января 1885
года выпустили за теми же подписями «Жизнь», печатая ее в своей типографии.
До 1917
года у меня хранились записки и впечатления о выставке, которые я готовил к отдельному
изданию, но за обычной суетой так и не докончил. Помню, что эта начатая работа у меня носила заглавие «Нижегородское обалдение».
Переводы В.М. Лаврова сочинений Сенкевича и Ожешко считались лучшими, печатались во многих номерах «Русской мысли» за все долгие
годы ее
издания.
Рязанскому мужику, конечно, такого разрешения тогда не дали, но упорный и настойчивый А.П. Сухов все-таки добился своего: он купил существовавший в Петербурге, но уже
год не издававшийся журнал «Будильник». А.П. Сухов, приобретя право на
издание, перенес журнал в Москву и влез в неоплатные долги: хлопоты очень дорого стоили.
Сам он тоже выпускал какой-то «Листок объявлений», выходивший раза 3—4 в
год. Желание иметь свою газету в нем кипело. Пробовал просить разрешение на
издание, но столь прославленному скандалисту получить его не удавалось. Узнав, что дела Погодиных плохи, В.Н. Бестужев вошел в газету с тем, что имена издателя и редактора остаются, а фактически газета будет принадлежать ему.
В 1898
году 21 апреля «Русские ведомости» получили третье предостережение с приостановкой
издания на три месяца за «сбор пожертвований в пользу духоборов с распубликованием о сем в номере девяносто третьем газеты».
Впервые опубликован в журнале «Время», январь-июль 1861 г. под заглавием «Униженные и оскорбленные. Из записок неудавшегося литератора» с посвящением М.М.Достоевскому. Текст был переработан для отдельного
издания этого же
года, при последующих
изданиях проводилась только стилистическая правка. Воспроизводится по
изданию 1879 г. (последнее при жизни автора) с исправлением опечаток по предыдущим
изданиям. 1859 г.
А когда в 1894
году я издал «Забытую тетрадь», мой первый сборник стихов, эти самые «Бурлаки» по цензурным условиям были изъяты и появились в следующих
изданиях «Забытой тетради»…
В его кармане всегда имелись или свежие прокламации, или швейцарские
издания, или последний номер «Народной воли», о чем знали только его друзья. Я с ним познакомился и подружился впервые еще в 1876
году, когда служил в Кружке, и не раз ночевал в его номеришке в «Чернышах», на Тверской.
В восьмидесятых
годах он писал всюду, не разбирая направлений
издания, и везде пользовался одинаковым почетом.