Лидия была нездорова, ее лихорадило,
бисер пота блестел на смуглых висках, но она все-таки крепко куталась пуховой, пензенской шалью, обняв себя за плечи.
Неточные совпадения
Веревкин несколько дней обдумывал это предложение, а
потом, махнув рукой на свою «собачью службу», решил: «В семена так в семена… Пойдем златой
бисер из земли выкапывать!»
Было два или три таких вечера, памятных своей давящей скукой,
потом часовых дел мастер явился днем, в воскресенье, тотчас после поздней обедни. Я сидел в комнате матери, помогая ей разнизывать изорванную вышивку
бисером, неожиданно и быстро приоткрылась дверь, бабушка сунула в комнату испуганное лицо и тотчас исчезла, громко шепнув...
Сначала это вам и нравится, но
потом станет противно, и именно от этого слишком уже ясного выговора, от этого
бисера вечно готовых слов.
— И на всякий день у нее платья разные, — словно во сне бредила Евпраксеюшка, — на сегодня одно, на завтра другое, а на праздник особенное. И в церкву в коляске четверней ездят: сперва она,
потом господин. А поп, как увидит коляску, трезвонить начинает. А
потом она у себя в своей комнате сидит. Коли господину желательно с ней время провести, господина у себя принимает, а не то так с девушкой, с горничной ейной, разговаривает или
бисером вяжет!
Все дружелюбно улыбались Гершу, обнимали его за спину и трепали по плечам; многие звали его присесть к своим столикам. Глаза Герша были еще красны, а на висках и на конце носа стояли мелкие и круглые, как
бисер, капли
пота; но нахмуренное лицо его хранило отчужденное и высокомерное выражение, свойственное настоящему художнику, только что пережившему сладкую и тяжелую минуту вдохновения.
Пластом лежала на постели Фленушка. В лице ни кровинки, губы посинели, глаза горят необычным блеском, высокий лоб, ровно
бисером, усеян мелкими каплями холодного
пота. Недвижный, утомленный взор устремлен на икону, что стояла в угольной божнице.
— Мою веру смутить нельзя: в рассуждении веры я байронист; я ем устриц и пью вино, а кто их создал: Юпитер, Пан или Нептун — это мне все равно! И я об этом и не богохульствую, но его несносная на наш счет проницательность — это скверно. И
потом для чего он уверяет, будто «не мечите
бисера перед свиньями» сказано не для того, чтобы предостеречь людей, чтоб они не со всякою скотиной обо всем болтали — это глупость. Есть люди — ангелы, а есть и свиньи.
Во-первых, у него на голове, покрытой густыми русыми волосами, красуется французская бархатная ермолка, расшитая шелками и
бисером (бархат довольно просален, а шитье местами осыпалось),
потом pince-nez в дрянной стальной оправе, надетое без шнурочка.