Неточные совпадения
Голубые глаза склонились ко мне с несомненною улыбкою, но остальное лицо оставалось неподвижно. Это было последним нашим свиданием. К вечеру того же дня девочка умерла, и мощный отец, хотя и ожидавший этого конца,
упал в обморок.
«Сам приказчик Никифор Федорович сегодня вернувшись из Мценска, сказывал: «Всех бунтовщиков переловили и
в тюрьму посадили. Добирались до царской фамилии, ан не на того
напали. Он тут же
в тюрьме-то был ряженый, они и говорят: «Не мы, так наши дети, наши внуки». Тут-то их уже, которых не казнили, сослали со всем родом и племенем».
Так буфетчик и кондитер Павел Тимофеевич
в силу своей грамотности
попал при распродаже дубового леса
в приказчики и собственноручно записывал расход дубов и приход денег.
Так как отец большею частию
спал на кушетке
в своем рабочем кабинете, или был
в разъездах по имениям, то я знал, что мама не только одна
в спальне на своей широкой постели, но что за высокими головашками последней под образами постоянно горит ночник. Когда мною окончательно овладевал восторг побежденных трудностей, я вскакивал с постели и босиком бежал к матери, тихонько отворяя дверь
в спальню.
Летела пчелка,
пала в речку,
Увидя то, голубка с бережечку
С беседки сорвала листок
И пчелке кинула мосток.
Помню, как однажды, когда, за отсутствием учителя, мать, сидя
в классной, заставляла меня делать грамматический разбор какой-то русской фразы, и я стал
в тупик, — она, желая добиться своего, громко и настоятельно начала повторять: «Какой это падеж? какой это падеж?» При этих восклицаниях находившийся
в числе прислуги молодой и щеголеватый портной Меркул Кузьмич проворно растворил дверь классной и внушительно доложил: «Коровий, сударыня, у Зыбиных коровы
падают».
Все окрестные помещики считали Петра Яковлевича весельчаком и неистощимым шутником и забавником. По своему уменью
попасть в тон каждого, по щедрости, с которою он совал деньги чужой прислуге, что
в те времена не было
в обычае, он был всеми любим, за пределами собственного дома,
в котором за все проигрыши и неудачи искал сорвать сердце на первом встречном.
Что же касается до домашних приготовлений, которых
в те времена бывало очень много, начиная с маринованных грибов и рыб до разных солений и варений, — то
в настоящее время они бы смело
попали на выставку.
Я давно уже
спал на кровати
в классной, и новый мой дядька на ночь, подобно остальной прислуге, приносил свой войлок и подушку и расстилал его на ночь.
Решено было, что так как я буду служить
в военной службе и могу
попасть в места, где не случится фортепьяно, то мне надо обучаться игре на скрипке, которую удобно всюду возить с собою.
Митька оказался великим искусником
в выделке оружия, и запасшись луками и стрелами,
в первое время еще без железных наконечников, мы становились друг против «друга, стараясь побольнее
попасть в противника. Получая удары, мы сходились все ближе и ближе, громко восклицая: Гораций и Курьяций.
На паперти я
упал, и не помню, как меня доставили
в темный и совершенно умолкнувший дом Зыбиных.
«пошел!» и затем уже на ходу вскакивавших на запятки, догонял меня и прыгал на ходу на заднюю ось. Раза два эта проделка ему удавалась; но никому
в голову не приходило, что шкворень под переднею осью не закреплен. Вдруг при новом прыжке Филимона колясочка, откинувшись назад, соскочила с передней оси и затем,
падая на всем бегу передом, сбросила хохотавшую девочку на землю.
К сожалению, мы
попали в такие ухабы и развалы, при которых о птичьем полете нечего было и думать. Вероятно, избегая еще худшей дороги, мы поехали не на Тулу, а на Калугу, и это единственный раз
в жизни, что мне удалось побывать
в этом городе,
в котором помню только громадное количество голубей, да надпись на окне постоялого двора: «Вы приехали
в Калугу к любезному другу».
Из окна я следил за тем, как голубь, усердно клюющий крупу, коралловой ножкой
попадал в петлю и начинал биться.
Когда из небольших сеней мы переступили
в главную залу, то как раз
попали на воскресный молитвенный хор всего училища и на последние аккорды органа, после которых слушавшие проповедь, расходятся.
Не думая о получаемых ударах, я стал гвоздить своего противника кулаками без разбора сверху вниз; тогда и он, забыв о нападении, только широко раздвинув пальцы обеих рук, держал их как щиты перед своею головой, а я продолжал изо всех сил бить,
попадая кулаками между пальцами противника, при общих одобрительных криках товарищей: «Валяй, Шеншин, валяй!» Отступающий противник мой уперся наконец спиною
в классный умывальник и, схватив на нем медный подсвечник, стал острием его бить меня по голове.
Мне доходил 17-й год, и я рассчитывал
попасть в первый класс, так как
в изустных и письменных переводах с немецкого на латинский и
в классе «Энеиды», равно как и на уроках математики и физики, я большею частию занимал второе место и нередко
попадал на первое.
«Простой цветочек дикий
Нечаянно
попал в один пучок с гвоздикой.
И что же? От нее душистым стал и сам.
Хорошее всегда знакомство
в прибыль нам».
Каждый раз, когда я обедал у него, нам подавали полбутылки Аи, из которой одной капли не
попадало в бокалы дам, и достаточно было при уходе из-за стола ему сказать: «А вы, Афанасий Афанасьевич, посидите с моими дочерьми», для того чтобы ни одна из них не сделала шагу из гостиной до отцовского пробуждения.
Слова эти характерны
в известном отношении. Будучи всю жизнь охотником, я после выстрела подымал перепелок и преимущественно дупелей, лопнувших от жиру при падении, но лежачек, которые будто бы, пролетев пять шагов, снова
падают на землю, не видал никогда, хотя и слыхал о них
в те времена, когда наши местности изобиловали всякого рода дичиной и не были еще истреблены бесчисленными промышленниками.
Мы же с братом ночевали как
попало по диванам. Успокоенный помещением Васи под непосредственный надзор старшей сестры и шурина, отец, тоже по случаю испортившейся дороги, торопился обратно и, благословив меня, дал мне 150 рублей на дорогу, сказавши, что справится дома и тотчас же вышлет мне мое годовое содержание.
В свою очередь и я с Юдашкой отправился
в перекладных санях и с большим чемоданом, заключавшим все мое небольшое имущество,
в путь к Борисову
в Новогеоргиевск на Васильково и Белую церковь.
Случайно и я
попал с ним рядом на облучок.
В наших санях сидели Камилла и Юльца, а на тройке Буйницкого, управляемой им самим, сидела его жена с сестрою и на козлах Бедер.
Растерявшись при совершенном безлюдьи, за исключением беспомощной девочки сестры (отец находился
в отдаленном кабинете), несчастная, вместо того чтобы, повалившись на пол, стараться хотя бы собственным телом затушить огонь, бросилась по комнатам к балконной двери гостиной, причем горящие куски платья, отрываясь,
падали на паркет, оставляя на нем следы рокового горенья.
«sauvez les lettres», бросилась по ступеням
в сад. Там, пробежав насколько хватило сил, она
упала совершенно обгоревшая, и несколько времени спустя на крики сестры прибежали люди и отнесли ее
в спальню. Всякая медицинская помощь оказалась излишней, и бедняжка, протомясь четверо суток, спрашивала — можно ли на кресте страдать более, чем она?»