Неточные совпадения
После
чаю, когда я уже начинал думать о том, как бы незаметно выскользнуть из дома, она сама вдруг объявила, что хочет идти гулять, и предложила мне проводить ее. Я встал, взял шляпу и побрел за ней. Я не смел заговорить, я едва дышал, я ждал ее первого слова, ждал объяснений; но она молчала. Молча дошли мы до
китайского домика, молча вошли в него, и тут — я до сих пор не знаю, не могу понять, как это сделалось — мы внезапно очутились в объятиях друг друга.
Хозяин разостлал на кане новое ватное одеяло, поставил маленький столик и налил нам по кружке чаю.
Китайский чай дает навар бледно-желтый, слабый, но удивительно ароматный; его надо пить без сахара — сладкий он неприятен.
— Господа, помните прежние времена, как, бывало, все ужасались на жизнь студентов? Бедные студенты! Питаются только чаем и колбасой! Представьте себе ясно: настоящий
китайский чай, сахар, как снег под морозным солнцем, французская булка румяная, розовые ломтики колбасы с белым шпиком… Бедные, бедные студенты!
Ой, ты зелие кабашное, // Да
китайские чаи, // Да курение табашное! // Бродим сами не свои. // С этим пьянством да курением // Сломишь голову как раз. // Перед светопреставлением, // Знать, война-то началась. // Грянут, грянут гласы трубные! // Станут мертвые вставать! // За дела-то душегубные // Как придется отвечать? // Вот и мы гневим всевышнего…» // — «Полно, дядя! Страшно мне! // Уж не взять рублишка лишнего // На чужой-то стороне?..»
Неточные совпадения
Смеркалось; на столе, блистая, // Шипел вечерний самовар, //
Китайский чайник нагревая; // Под ним клубился легкий пар. // Разлитый Ольгиной рукою, // По чашкам темною струею // Уже душистый
чай бежал, // И сливки мальчик подавал; // Татьяна пред окном стояла, // На стекла хладные дыша, // Задумавшись, моя душа, // Прелестным пальчиком писала // На отуманенном стекле // Заветный вензель О да Е.
Вдруг из дверей явились, один за другим, двенадцать слуг, по числу гостей; каждый нес обеими руками чашку с
чаем, но без блюдечка. Подойдя к гостю, слуга ловко падал на колени, кланялся, ставил чашку на пол, за неимением столов и никакой мебели в комнатах, вставал, кланялся и уходил. Ужасно неловко было тянуться со стула к полу в нашем платье. Я протягивал то одну, то другую руку и насилу достал.
Чай отличный, как желтый
китайский. Он густ, крепок и ароматен, только без сахару.
Я ходил часто по берегу, посещал лавки, вглядывался в
китайскую торговлю, напоминающую во многом наши гостиные дворы и ярмарки, покупал разные безделки, между прочим
чаю — так, для пробы. Отличный
чай, какой у нас стоит рублей пять, продается здесь (это уж из третьих или четвертых рук) по тридцати коп. сер. и самый лучший по шестидесяти коп. за английский фунт.
Некоторым нужно было что-то купить, и мы велели везти себя в европейский магазин; но собственно европейских магазинов нет: европейцы ведут оптовую торговлю, привозят и увозят грузы, а розничная торговля вся в руках китайцев. Лавка была большая, в две комнаты: и чего-чего в ней не было! Полотна, шелковые материи, сигары, духи, мыло, помада, наконец,
китайские резные вещи,
чай и т. п.
Гостей посадили за стол и стали потчевать
чаем, хлебом, сухарями и ромом. Потом завязалась с ними живая письменная беседа на
китайском языке. Они так проворно писали, что глаза не поспевали следить за кистью.