Неточные совпадения
— Воспитание? — подхватил Базаров. — Всякий человек сам себя воспитать должен —
ну хоть
как я, например…
А что касается до времени — отчего я от него зависеть буду? Пускай
же лучше оно зависит от меня. Нет, брат, это все распущенность, пустота! И что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем,
какие это отношения. Ты проштудируй-ка анатомию глаза: откуда тут взяться,
как ты говоришь, загадочному взгляду? Это все романтизм, чепуха, гниль, художество. Пойдем лучше смотреть жука.
— Нет! — говорил он на следующий день Аркадию, — уеду отсюда завтра. Скучно; работать хочется,
а здесь нельзя. Отправлюсь опять к вам в деревню; я
же там все свои препараты оставил. У вас, по крайней мере, запереться можно.
А то здесь отец мне твердит: «Мой кабинет к твоим услугам — никто тебе мешать не будет»;
а сам от меня ни на шаг. Да и совестно как-то от него запираться.
Ну и мать тоже. Я слышу,
как она вздыхает за стеной,
а выйдешь к ней — и сказать ей нечего.
Неточные совпадения
―
Ну,
как же!
Ну, князь Чеченский, известный.
Ну, всё равно. Вот он всегда на бильярде играет. Он еще года три тому назад не был в шлюпиках и храбрился. И сам других шлюпиками называл. Только приезжает он раз,
а швейцар наш… ты знаешь, Василий?
Ну, этот толстый. Он бонмотист большой. Вот и спрашивает князь Чеченский у него: «
ну что, Василий, кто да кто приехал?
А шлюпики есть?»
А он ему говорит: «вы третий». Да, брат, так-то!
—
А, и вы тут, — сказала она, увидав его. —
Ну, что ваша бедная сестра? Вы не смотрите на меня так, — прибавила она. — С тех пор
как все набросились на нее, все те, которые хуже ее во сто тысяч раз, я нахожу, что она сделала прекрасно. Я не могу простить Вронскому, что он не дал мне знать, когда она была в Петербурге. Я бы поехала к ней и с ней повсюду. Пожалуйста, передайте ей от меня мою любовь.
Ну, расскажите
же мне про нее.
— Да что
же в воскресенье в церкви? Священнику велели прочесть. Он прочел. Они ничего не поняли, вздыхали,
как при всякой проповеди, — продолжал князь. — Потом им сказали, что вот собирают на душеспасительное дело в церкви,
ну они вынули по копейке и дали.
А на что — они сами не знают.
— Что ты! Вздор
какой! Это ее манера….
Ну давай
же, братец, суп!… Это ее манера, grande dame, [важной дамы,] — сказал Степан Аркадьич. — Я тоже приеду, но мне на спевку к графине Бониной надо.
Ну как же ты не дик? Чем
же объяснить то, что ты вдруг исчез из Москвы? Щербацкие меня спрашивали о тебе беспрестанно,
как будто я должен знать.
А я знаю только одно: ты делаешь всегда то, что никто не делает.
—
Ну, уж извини меня. Ты знаешь, для меня все женщины делятся на два сорта… то есть нет… вернее: есть женщины, и есть… Я прелестных падших созданий не видал и не увижу,
а такие,
как та крашеная Француженка у конторки, с завитками, — это для меня гадины, и все падшие — такие
же.