Неточные совпадения
—
Скажи: который
ничего не уважает, — подхватил Павел Петрович и снова принялся за масло.
Аркадий
сказал правду: Павел Петрович
не раз помогал своему брату;
не раз, видя, как он бился и ломал себе голову, придумывая, как бы извернуться, Павел Петрович медленно подходил к окну и, засунув руки в карманы, бормотал сквозь зубы: «Mais je puis vous donner de l'argent», [Но я могу дать тебе денег (фр.).] — и давал ему денег; но в этот день у него самого
ничего не было, и он предпочел удалиться.
— Мы говорили с вами, кажется, о счастии. Я вам рассказывала о самой себе. Кстати вот, я упомянула слово «счастие».
Скажите, отчего, даже когда мы наслаждаемся, например, музыкой, хорошим вечером, разговором с симпатическими людьми, отчего все это кажется скорее намеком на какое-то безмерное, где-то существующее счастие, чем действительным счастием, то есть таким, которым мы сами обладаем? Отчего это? Иль вы, может быть,
ничего подобного
не ощущаете?
— Никогда он
ничего подобного
не сказал, — промолвил Аркадий.
—
Ничего, матушка,
не беспокойся. Ему хорошо. Господи, помилуй нас грешных, — продолжал он вполголоса свою молитву. Василий Иванович пожалел свою старушку; он
не захотел
сказать ей на ночь, какое горе ее ожидало.
— Нет,
ничего, прекрасно, — отвечал Павел Петрович и, погодя немного, прибавил: — Брата
не обманешь, надо будет
сказать ему, что мы повздорили из-за политики.
«Енюшенька!» — бывало
скажет она, — а тот еще
не успеет оглянуться, как уж она перебирает шнурками ридикюля и лепечет: «
Ничего,
ничего, я так», — а потом отправится к Василию Ивановичу и говорит ему, подперши щеку: «Как бы, голубчик, узнать: чего Енюша желает сегодня к обеду, щей или борщу?
— Нет, зачем;
скажи, что кланяться велел, больше
ничего не нужно. А теперь я опять к моим собакам. Странно! хочу остановить мысль на смерти, и
ничего не выходит. Вижу какое-то пятно… и больше
ничего.
Арина Власьевна сидела на низенькой скамеечке возле двери и только по временам уходила молиться; несколько дней тому назад туалетное зеркальце выскользнуло у ней из рук и разбилось, а это она всегда считала худым предзнаменованием; сама Анфисушка
ничего не умела
сказать ей.
В первую минуту разговора с ним не можешь не сказать: «Какой приятный и добрый человек!» В следующую за тем минуту
ничего не скажешь, а в третью скажешь: «Черт знает что такое!» — и отойдешь подальше; если ж не отойдешь, почувствуешь скуку смертельную.
— Пора! — шепнул мне доктор, дергая за рукав, — если вы теперь не скажете, что мы знаем их намерения, то все пропало. Посмотрите, он уж заряжает… если вы
ничего не скажете, то я сам…
«Да, — подумал про себя Товкач, — заснул бы ты, может быть, и навеки!» Но
ничего не сказал, погрозил пальцем и дал знак молчать.
Я наказывал куму о беглых мужиках; исправнику кланялся, сказал он: „Подай бумагу, и тогда всякое средствие будет исполнено, водворить крестьян ко дворам на место жительства“, и опричь того,
ничего не сказал, а я пал в ноги ему и слезно умолял; а он закричал благим матом: „Пошел, пошел! тебе сказано, что будет исполнено — подай бумагу!“ А бумаги я не подавал.
Неточные совпадения
Можно
сказать решительно, что
ничего еще
не было подобного на свете.
— Ведь тут
не мудрость какая, —
сказал Петрушка, глядя искоса, — окроме того, что, спустясь с горы, взять попрямей,
ничего больше и нет.
И как уж потом ни хитри и ни облагораживай свое прозвище, хоть заставь пишущих людишек выводить его за наемную плату от древнекняжеского рода,
ничто не поможет: каркнет само за себя прозвище во все свое воронье горло и
скажет ясно, откуда вылетела птица.
Чичиков поблагодарил хозяйку,
сказавши, что ему
не нужно
ничего, чтобы она
не беспокоилась ни о чем, что, кроме постели, он
ничего не требует, и полюбопытствовал только знать, в какие места заехал он и далеко ли отсюда пути к помещику Собакевичу, на что старуха
сказала, что и
не слыхивала такого имени и что такого помещика вовсе нет.
—
Не слышал я об этом
ничего, а дело, точно,
не без греха. Павел Иванович Чичиков, признаюсь, для меня презагадочен, —
сказал Муразов.