Неточные совпадения
Г-н Беневоленский некогда состоял на службе в ближайшем уездном городе и прилежно посещал Татьяну Борисовну; потом переехал в Петербург, вступил в министерство, достиг довольно важного места и в одну из частых своих поездок по казенной надобности вспомнил о своей старинной знакомой и завернул к ней
с намерением отдохнуть дня два от
забот служебных «на лоне сельской тишины».
С самого того дня главным делом, главной
заботой, радостью в жизни Чертопханова стал Малек-Адель.
Вы собирали его, может быть, около года,
с заботами, со старанием, хлопотами; ездили, морили пчел, кормили их в погребе целую зиму; а мертвые души дело не от мира сего.
После «тумана» наставало светлое утро,
с заботами матери, хозяйки; там манил к себе цветник и поле, там кабинет мужа. Только не с беззаботным самонаслаждением играла она жизнью, а с затаенной и бодрой мыслью жила она, готовилась, ждала…
Супружество считала она неразлучным
с заботами по хозяйству, со своенравием мужа, а при случае даже с неправдой, гневом и злобой.
Неточные совпадения
Он оставляет раут тесный, // Домой задумчив едет он; // Мечтой то грустной, то прелестной // Его встревожен поздний сон. // Проснулся он; ему приносят // Письмо: князь N покорно просит // Его на вечер. «Боже! к ней!.. // О, буду, буду!» и скорей // Марает он ответ учтивый. // Что
с ним? в каком он странном сне! // Что шевельнулось в глубине // Души холодной и ленивой? // Досада? суетность? иль вновь //
Забота юности — любовь?
— А ведь точно, — сказал хозяин, обратившись к Чичикову, тоже
с приятной улыбкой, — что может быть завидней ребяческого возраста: никаких
забот, никаких мыслей о будущем…
Но добрая хозяйка умерла; часть ключей, а
с ними мелких
забот, перешла к нему.
— Уверяю,
заботы немного, только говори бурду, какую хочешь, только подле сядь и говори. К тому же ты доктор, начни лечить от чего-нибудь. Клянусь, не раскаешься. У ней клавикорды стоят; я ведь, ты знаешь, бренчу маленько; у меня там одна песенка есть, русская, настоящая: «Зальюсь слезьми горючими…» Она настоящие любит, — ну,
с песенки и началось; а ведь ты на фортепианах-то виртуоз, мэтр, Рубинштейн… Уверяю, не раскаешься!
Дуня улыбнулась и протянула ему руку, но
забота не сходила
с ее лица. Пульхерия Александровна робко на нее поглядывала; впрочем, три тысячи ее, видимо, успокоивали.