Перфишка бросился к барину — и, придерживая стремя, хотел было помочь ему слезть с коня; но тот соскочил сам и, кинув вокруг торжествующий взгляд, громко воскликнул: «Я сказал, что отыщу Малек-Аделя, — и отыскал его, назло врагам и самой судьбе!» Перфишка
подошел к нему к ручке, но Чертопханов не обратил внимания на усердие своего слуги.
Неточные совпадения
Он подошел к ключу, с жадностию напился и приподнялся.
Пока наши собаки, с обычным,
их породе свойственным, китайским церемониалом, снюхивались с новой для
них личностью, которая, видимо, трусила, поджимала хвост, закидывала уши и быстро перевертывалась всем телом, не сгибая коленей и скаля зубы, незнакомец
подошел к нам и чрезвычайно вежливо поклонился.
Кучер мой сперва уперся коленом в плечо коренной, тряхнул раза два дугой, поправил седелку, потом опять пролез под поводом пристяжной и, толкнув ее мимоходом в морду,
подошел к колесу —
подошел и, не спуская с
него взора, медленно достал из-под полы кафтана тавлинку, медленно вытащил за ремешок крышку, медленно всунул в тавлинку своих два толстых пальца (и два-то едва в ней уместились), помял-помял табак, перекосил заранее нос, понюхал с расстановкой, сопровождая каждый прием продолжительным кряхтением, и, болезненно щурясь и моргая прослезившимися глазами, погрузился в глубокое раздумье.
Я
подошел к спящему и начал
его будить…
— На этом-то? — подхватил Ерофей и,
подойдя к Касьяновой клячонке, презрительно ткнул ее третьим пальцем правой руки в шею. — Ишь, — прибавил
он с укоризной, — заснула, ворона!
Когда же я отправился далее,
он подошел к месту, где упала убитая птица, нагнулся
к траве, на которую брызнуло несколько капель крови, покачал головой, пугливо взглянул на меня…
Толстяк
подошел к столу, сел, раскрыл книгу, достал счеты и начал откидывать и прикидывать костяшки, действуя не указательным, но третьим пальцем правой руки:
оно приличнее.
Он подошел к голове лошади, взял ее за узду и сдернул с места.
Дверь заскрипела, и лесник шагнул, нагнув голову, через порог.
Он поднял фонарь с полу,
подошел к столу и зажег светильню.
— С прохожим мещанином сбежала, — произнес
он с жестокой улыбкой. Девочка потупилась; ребенок проснулся и закричал; девочка
подошла к люльке. — На, дай
ему, — проговорил Бирюк, сунув ей в руку запачканный рожок. — Вот и
его бросила, — продолжал
он вполголоса, указывая на ребенка.
Он подошел к двери, остановился и обернулся.
Сумасшедший резчик был на вид угрюм и скуп на слова; по ночам пел песню «о прекрасной Венере» и
к каждому проезжему
подходил с просьбой позволить
ему жениться на какой-то девке Маланье, давно уже умершей.
— Ну что ж, пусть садится, а я за
его здоровье выпью, — сказал Обалдуй и
подошел к стойке. — На твой счет, брат, — прибавил
он, обращаясь
к рядчику.
— Примеч. авт.] — завопил вдруг Обалдуй и,
подойдя к мужичку с дырой на плече, уставил на
него пальцем, запрыгал и залился дребезжащим хохотом.
Мы все стояли как оцепенелые. Рядчик тихо встал и
подошел к Якову. «Ты… твоя… ты выиграл», — произнес
он наконец с трудом и бросился вон из комнаты…
Обалдуй подпрыгнул кверху, залепетал, замахал руками, как мельница крыльями; Моргач, ковыляя,
подошел к Якову и стал с
ним целоваться; Николай Иваныч приподнялся и торжественно объявил, что прибавляет от себя еще осьмуху пива...
ся, как только увидал молодую крестьянку,
его ожидавшую; медленно, развалистым шагом
подошел он к ней, постоял, подернул плечами, засунул обе руки в карманы пальто и, едва удостоив бедную девушку беглым и равнодушным взглядом, опустился на землю.
Я
подошел к другой кровати (
их всего было две в комнате), разделся и лег в серые простыни.
Чертопханов успокоился,
подошел к Тихону Иванычу, взял
его за руку, дерзко глянул кругом и, не встречая ни одного взора, торжественно, среди глубокого молчания, вышел из комнаты вместе с новым владельцем благоприобретенной деревни Бесселендеевки.
Целых полчаса бился Чертопханов с Машей.
Он то
подходил к ней близко, то отскакивал, то замахивался на нее, то кланялся ей в пояс, плакал, бранился…
Утром помощник градоначальника, сажая капусту, видел, как обыватели вновь поздравляли друг друга, лобызались и проливали слезы. Некоторые из них до того осмелились, что даже
подходили к нему, хлопали по плечу и в шутку называли свинопасом. Всех этих смельчаков помощник градоначальника, конечно, тогда же записал на бумажку.
Бывало, он меня не замечает, а я стою у двери и думаю: «Бедный, бедный старик! Нас много, мы играем, нам весело, а он — один-одинешенек, и никто-то его не приласкает. Правду он говорит, что он сирота. И история его жизни какая ужасная! Я помню, как он рассказывал ее Николаю — ужасно быть в его положении!» И так жалко станет, что, бывало,
подойдешь к нему, возьмешь за руку и скажешь: «Lieber [Милый (нем.).] Карл Иваныч!» Он любил, когда я ему говорил так; всегда приласкает, и видно, что растроган.
Неточные совпадения
Городничий. Я здесь напишу. (Пишет и в то же время говорит про себя.)А вот посмотрим, как пойдет дело после фриштика да бутылки толстобрюшки! Да есть у нас губернская мадера: неказиста на вид, а слона повалит с ног. Только бы мне узнать, что
он такое и в какой мере нужно
его опасаться. (Написавши, отдает Добчинскому, который
подходит к двери, но в это время дверь обрывается и подслушивавший с другой стороны Бобчинский летит вместе с нею на сцену. Все издают восклицания. Бобчинский подымается.)
Следовало взять сына портного,
он же и пьянюшка был, да родители богатый подарок дали, так
он и присыкнулся
к сыну купчихи Пантелеевой, а Пантелеева тоже
подослала к супруге полотна три штуки; так
он ко мне.
Гаврило Афанасьевич // Из тарантаса выпрыгнул, //
К крестьянам
подошел: // Как лекарь, руку каждому // Пощупал, в лица глянул
им, // Схватился за бока // И покатился со смеху… // «Ха-ха! ха-ха! ха-ха! ха-ха!» // Здоровый смех помещичий // По утреннему воздуху // Раскатываться стал…
К нему подходишь к первому, // А
он и посоветует // И справку наведет;
«Дерзай!» — за
ними слышится // Дьячково слово; сын
его // Григорий, крестник старосты, //
Подходит к землякам. // «Хошь водки?» — Пил достаточно. // Что тут у вас случилося? // Как в воду вы опущены?.. — // «Мы?.. что ты?..» Насторожились, // Влас положил на крестника // Широкую ладонь.