Неточные совпадения
Но раз весной я пошел в сад и заметил, что почка на тутовнике стала распускаться, и на припоре солнечном
уж был
лист. Я вспомнил про семена червей и дома стал перебирать их и рассыпал попросторнее. Большая часть семечек были
уже не темно-серые, как прежде, а одни были светло-серые, а другие еще светлее, с молочным отливом.
Перелинявши, червяки сильнее стали есть, и
листу пошло еще больше. Через 4 дня они опять заснули и опять стали вылезать из шкур.
Листу пошло еще больше, и они были
уже ростом в осьмушку вершка. Потом через шесть дней опять заснули и вышли опять в новых шкурах из старых, и стали
уже очень велики и толсты, и мы едва поспевали готовить им
лист.
Я думал, что отростки вытягивают сок из старого тополя, а вышло наоборот. Когда я рубил их, старый тополь
уже умирал. Когда распустились
листья, я увидал (он расходился на два сука), что один сук был голый; и в то же лето он засох. Он давно
уже умирал и знал это и передал свою жизнь в отростки.
Около реки и вообще по сырым местам, где больше света, росли: козья ива — полукуст-полудерево; маньчжурская смородина с трехлопастными острозубчатыми листьями; таволожка шелковистая — очень ветвистый кустарник, который легко узнать по
узким листьям, любящий каменистую почву; жасмин — теневое растение с красивыми сердцевидными, заостренными листьями и белыми цветами и ползучий лимонник с темной крупной листвой и красными ягодами, цепляющийся по кустам и деревьям.
На мою хитрость, цель которой была заставить Синкрайта разговориться, штурман ответил уклончиво, так что, оставив эту тему, я занялся книгами. За моим плечом Синкрайт восклицал: «Смотрите, совсем новая книга, и
уже листы разрезаны!» — или: «Впору университету такая библиотека». Вместе с тем завел он разговор обо мне, но я, сообразив, что люди этого сорта каждое излишне сказанное слово обращают для своих целей, ограничился внешним положением дела, пожаловавшись, для разнообразия, на переутомление.
— Да, да! Но я передумал; теперь это лишнее… иль нет… — продолжал боярин, спохватясь и чувствуя, что он некстати проговорился. — Благо
уж лист мой готов, так все равно: вот он, возьми! Счастливой дороги! Да милости просим на возвратном пути, — прибавил он с насмешливой улыбкою и взглядом, в котором отражалась вся злоба адской души его.
Раз так-то, помнится, уж совсем весна наступила,
уж лист в заячье ухо развернулся и цветы были на лугах, вдруг, отколе ни возьмись, снег: в одну ночь по колено навалил; буря такая, сиверка, и боже упаси!
Неточные совпадения
Ему казалось, что и важничал Федор Федорович
уже чересчур, что имел он все замашки мелких начальников, как-то: брать на замечанье тех, которые не являлись к нему с поздравленьем в праздники, даже мстить всем тем, которых имена не находились у швейцара на
листе, и множество разных тех грешных принадлежностей, без которых не обходится ни добрый, ни злой человек.
Похвальный
лист этот, очевидно, должен был теперь послужить свидетельством о праве Катерины Ивановны самой завести пансион; но главное, был припасен с тою целью, чтобы окончательно срезать «обеих расфуфыренных шлепохвостниц», на случай если б они пришли на поминки, и ясно доказать им, что Катерина Ивановна из самого благородного, «можно даже сказать, аристократического дома, полковничья дочь и
уж наверно получше иных искательниц приключений, которых так много расплодилось в последнее время».
Медаль… ну медаль-то продали…
уж давно… гм… похвальный
лист до сих пор у ней в сундуке лежит, и еще недавно его хозяйке показывала.
Раскольников молча взял немецкие листки статьи, взял три рубля и, не сказав ни слова, вышел. Разумихин с удивлением поглядел ему вслед. Но, дойдя
уже до первой линии, Раскольников вдруг воротился, поднялся опять к Разумихину и, положив на стол и немецкие
листы и три рубля, опять-таки ни слова не говоря, пошел вон.
Уже кони, чуя рассвет, все полегли на траву и перестали есть; верхние
листья верб начали лепетать, и мало-помалу лепечущая струя спустилась по ним до самого низу.