Неточные совпадения
Истинный закон жизни так прост, ясен и понятен, что
людям нельзя оправдывать свою дурную жизнь тем, что они не знают закона. Если
люди живут противно закону истинной жизни, им
остается одно: отрекаться от разума. Они это и делают.
А если подумать еще о том, что о каждом из нас и помина не было, когда за сто, за тысячи, за много тысяч лет жили на земле такие же
люди, как и я, так же рожались, росли, старелись и умирали, что от миллионов миллионов
людей, таких же, как я теперь, не только костей, но и праха от костей не
осталось, и что после меня будут жить такие же, как я, миллионы миллионов
людей, из моего праха вырастет трава и траву поедят овцы, а овец съедят
люди, и от меня никакой ни пылинки, ни памяти не
останется!
Несчастны вы, мирские
люди! Горести и тревоги у вас над головой и под ногами, и направо и налево, и сами вы для самих себя загадки. И такими загадками
останетесь вы навсегда, если не сделаетесь радостными и любовными, как дети. Только тогда вы познаете меня, — и, познав меня, познаете себя, и тогда только будете управлять собою.
Хорошо бы было, если бы это заблуждение
оставалось только заблуждением ума; но дело в том, что удовлетворение похотей тела загрязняет душу, так что
человек, загрязнивший похотливой жизнью свою душу, уже теряет способность находить свое благо в любви.
«Где будет сокровище ваше, там будет и сердце ваше», — сказано в евангелии. Если сокровищем своим
человек будет считать свое тело, он и будет полагать свои силы на то, чтобы у него для тела были вкусные кушанья, покойные помещения, красивая одежда и всякие удовольствия. А чем больше полагает
человек свои силы на тело, тем меньше у него
останется их для жизни духовной.
Так как в истинном христианском учении нет никаких оснований для учреждения брака, то
люди нашего христианского мира, не веря в церковные определения брака, чувствуя, что это учреждение не имеет основания в христианском учении, и вместе с тем не видя перед собою, закрытого церковным учением идеала Христа — полного целомудрия,
остаются по отношению брака без всякого руководства.
Какая страшная ошибка думать, что души
людей могут жить высокой духовной жизнью в то время, как тела их
остаются в праздности и роскоши! Тело всегда первый ученик души.
Можно заковывать, мучить
людей, запрягать их, как скот, убивать их, как летних мух, и все-таки такие
люди, в известном смысле, в самом лучшем смысле, могут
оставаться свободными.
Казалось бы, зная всю мучительную бедность рабочего люда, умирающего от недостатков и сверхсильной работы (а не знать этого невозможно),
людям богатым, пользующимся этим, стòящим человеческих жизней, трудом, если эти богатые
люди не звери, невозможно ни одной минуты
оставаться спокойными.
А между тем такие богатые, либеральные, гуманные
люди, очень чувствительные к страданиям не только
людей, но и животных, не переставая пользуются таким трудом, стараются всё больше и больше богатеть, то есть пользоваться всё больше и больше таким трудом, и, пользуясь им,
остаются совершенно спокойными.
Людям, принявшим учение Христа,
оставалось одно из двух: или разрушить весь прежний порядок жизни, или извратить учение.
Всякий мирской
человек, читая евангелие, в глубине души знает, что по этому учению нельзя ни под каким предлогом: ни ради возмездия, ни ради защиты, ни ради спасения другого, делать зло ближнему, и что поэтому, если он желает
оставаться христианином, ему надо одно из двух: или переменить всю свою жизнь, которая держится на насилии, то есть на делании зла ближнему, или скрыть как-нибудь от самого себя то, чего требует учение Христа.
Люди хотят
оставаться такими плохими, какие были, и хотят, чтобы вся жизнь в то же время была лучше.
Никто не проявляет такого уважения и приверженности к добродетели, как тот, кто охотно теряет славу хорошего
человека, только для того, чтобы в душе своей
оставаться хорошим.
Это значит то, что для того, чтобы начать жить лучше (а всё улучшать и улучшать свою жизнь — в этом вся жизнь
человека), нельзя
оставаться в прежних привычках, а надо заводить новые. Нельзя следовать тому, что по старине
людьми считается хорошим, а надо устанавливать для себя новые привычки, не заботясь о том, что
люди считают дурным или хорошим.
Для
людей прежнего времени молитва была — и теперь
остается для большинства
людей — обращением при известных условиях, в известных местах, при известных действиях и словах к богу или богам для умилостивления их.
Учение Христа о том, что жизнь нельзя обеспечить, а надо всегда, всякую минуту быть готовым умереть, дает больше блага, чем учение мира о том, что надо обеспечить свою жизнь, — дает больше блага уже по одному тому, что неизбежность смерти и необеспеченность жизни
остаются те же при учении мира и при учении Христа, но самая жизнь, по учению Христа, не поглощается уже вся без остатка праздным занятием мнимого обеспечения своей жизни, а становится свободна и может быть отдана одной свойственной ей цели: совершенствованию своей души и увеличению любви к
людям.
Многим кажется, что если исключить из жизни личность и любовь к ней, то ничего не
останется. Им кажется, что без личности нет жизни. Но это только кажется
людям, которые не испытывали радости самоотвержения. Откинь от жизни личность, отрекись от нее, и
останется то, что составляет сущность жизни — любовь, дающее несомненное благо.
Ведь если бы только
люди, не признающие духовной жизни, делали те выводы, которые неизбежно следуют из одного телесного миросозерцания, то
люди, понимающие свою жизнь только как личное, телесное существование, ни минуты не
оставались бы жить.
Если бы
люди действительно вполне понимали жизнь так, как они говорят, что понимают ее, то есть только как телесное существование, то ни один от одного страха всех тех мучительных и ничем не объяснимых страданий, которые он видит вокруг себя и которым он может подпасть всякую секунду, не
остался бы жить на свете.
Вот толпа
людей в цепях. Все они приговорены к смерти, и каждый день некоторых из них убивают на глазах у других. Те же, которые
остаются, видят эти убийства, ожидают своей очереди и ужасаются. Такова жизнь для
людей, если они не понимают смысла своей жизни. Если же
человек понимает то, что в нем живет дух божий и он может соединиться с ним, то для такого
человека смерть не только не может быть страшна, но для такого
человека нет смерти.
Неточные совпадения
С каждым годом притворялись окна в его доме, наконец
остались только два, из которых одно, как уже видел читатель, было заклеено бумагою; с каждым годом уходили из вида более и более главные части хозяйства, и мелкий взгляд его обращался к бумажкам и перышкам, которые он собирал в своей комнате; неуступчивее становился он к покупщикам, которые приезжали забирать у него хозяйственные произведения; покупщики торговались, торговались и наконец бросили его вовсе, сказавши, что это бес, а не
человек; сено и хлеб гнили, клади и стоги обращались в чистый навоз, хоть разводи на них капусту, мука в подвалах превратилась в камень, и нужно было ее рубить, к сукнам, холстам и домашним материям страшно было притронуться: они обращались в пыль.
Чичикову
осталось сделать то же самое движенье губами, которое делает
человек, как дело идет на нуль и оканчивается ничем.
— Я вас пощадил, я позволил вам
остаться в городе, тогда как вам следовало бы в острог; а вы запятнали себя вновь бесчестнейшим мошенничеством, каким когда-либо запятнал себя
человек.
Потому что пора наконец дать отдых бедному добродетельному
человеку, потому что праздно вращается на устах слово «добродетельный
человек»; потому что обратили в лошадь добродетельного
человека, и нет писателя, который бы не ездил на нем, понукая и кнутом, и всем чем ни попало; потому что изморили добродетельного
человека до того, что теперь нет на нем и тени добродетели, а
остались только ребра да кожа вместо тела; потому что лицемерно призывают добродетельного
человека; потому что не уважают добродетельного
человека.
По причине толщины, он уже не мог ни в каком случае потонуть и как бы ни кувыркался, желая нырнуть, вода бы его все выносила наверх; и если бы село к нему на спину еще двое
человек, он бы, как упрямый пузырь,
остался с ними на верхушке воды, слегка только под ними покряхтывал да пускал носом и ртом пузыри.