Считать себя самого лучше всех — дурно и глупо. Это мы все знаем. Считать свою семью лучше всех других — это еще хуже и глупее, но мы часто не только не знаем этого, но видим в этом особенное достоинство. Считать свой народ лучше всех других — уже глупее всего, что только может быть. Но этого не только не считают дурным, но считают
великой добродетелью.
Неточные совпадения
Разумно любить
добродетель, уважать подвиги, признавать добро, откуда бы мы его ни получали, и даже лишаться своего удобства для славы и выгоды того, кого любишь, и кто того заслуживает: таким образом, если жители страны нашли такое лицо, которое показало им большую мудрость, чтобы охранять их, большую храбрость, чтобы их защищать, и
великую заботу, чтобы управлять ими, — и если вследствие этого они привыкли повиноваться ему так, чтобы предоставить ему некоторые выгоды, я не думаю, чтобы это было неразумно.
Хранить родство, помогать по силе возможности сродникам по тем местам считается
великой добродетелью, а на того, кто удаляется от родных, близких ли, дальних ли, смотрят как на недоброго человека.
— Дай ему Бог доброго здоровья и души спасения, — набожно, вполголоса, проговорила Аксинья Захаровна. — Слыхали и мы про
великие добродетели Семена Елизарыча. Сирым и вдовым заступник, нищей братии щедрый податель, странным покой, болящим призрение… Дай ему, Господи, телесного здравия и душевного спасения…
Неточные совпадения
Несовершеннолетние чужды пороков, свойственных взрослым, но зато они не могут достигнуть и их
добродетелей.]. «
Великий пан умер» [Этими словами, в изложении Плутарха, символически обозначен конец античного мира (Плутарх.
— Как перед Богом, матушка, — ответил он. — Что мне? Из-за чего мне клепать на них?.. Мне бы хвалить да защищать их надо; так и делаю везде, а с вами, матушка, я по всей откровенности — душа моя перед вами, как перед Богом, раскрыта. Потому вижу я в вас
великую по вере ревность и многие
добродетели… Мало теперь, матушка, людей, с кем бы и потужить-то было об этом, с кем бы и поскорбеть о падении благочестия… Вы уж простите меня Христа ради, что я разговорами своими, кажись, вас припечалил.
Даже суровые моралисты — и те поняли, как
велик предстоящий в этом случае женщине жизненный подвиг, и потому назвали победу над адюльтером — торжеством
добродетели.
Получаю я однажды писемцо, от одного купца из Москвы (богатейший был и всему нашему делу голова), пишет, что, мол, так и так, известился он о моих
добродетелях, что от бога я светлым разумом наделен, так не заблагорассудится ли мне взять на свое попечение утверждение старой веры в Крутогорской губернии, в которой «християне» претерпевают якобы тесноту и истязание
великое.
За мной идут немногие, // Но всё
великие мужи, // Которые безропотно // Несут тяжелые труды. // Но я веду их всех к бессмертию, // Введу в собрание богов, // И будет славе их бессмертная // Блистать в теченье всех веков». // Тогда-то, свыше вдохновенный, // Воскликнул юноша: «Тебя // Я избираю,
Добродетель, // Во всех делах вести меня. // Пускай другие предаются // Тому презренному покою, // А я тебе тобой клянуся // Всегда идти лишь за тобою!»