Неточные совпадения
Старый индеец подошел и
сказал: «
Не убивайте его, а отдайте мне».
Тогда индеец
сказал: «Когда тебя стали убивать, я вспомнил о своем сыне, и мне стало жаль тебя. Я
не смеюсь: иди к своим и убивай нас, если хочешь». И индеец отпустил англичанина.
Приехали люди на остров, где было много дорогих каменьев. Люди старались найти больше; они мало ели, мало спали, а все работали. Один только из них ничего
не делал, а сидел на месте, ел, пил и спал. Когда стали собираться домой, они разбудили этого человека и
сказали: «Ты с чем же домой поедешь?» Он взял поднял горсть земли под ногами и положил в сумку.
Мужик
сказал, что
не знает.
Мужик
не поверил барину и
сказал: «В книгах ваших много дурно пишут. Так-то ученый машинист построил крупорушку купцу в городе, да только испортил; а я хоть неграмотный, да как взглянул, так увидал и переладил рушку — стала работать».
Барин
сказал: «Поднимется, да ниже, а другой раз поднимется еще ниже и станет, какие ты колеса
не прилаживай. Все равно, как если на салазках с большой горы съедешь — на маленькую поднимешься, а с маленькой назад на большую никак
не поднимешься».
Подавился волк костью и
не мог выперхнуть. Он подозвал журавля и
сказал...
В нашем доме за ставнем окна воробей свил гнездо и положил пять яичек. Мы с сестрами смотрели, как воробей по соломинке и по перышку носил за ставень и вил там гнездышко. А потом, когда он положил туда яйца, мы очень обрадовались. Воробей
не стал больше прилетать с перышками и соломой, а сел на яйца. Другой воробей — нам
сказали, что один муж, а другой жена — приносил жене червей и кормил ее.
Священник
сказал: «Деньги большие, я тоже
не знаю, кому дать: может быть, я одному дам много, а другому мало.
Скажите, каким бедным и по скольку дать ваших денег?»
Богатый
сказал: «Если вы
не знаете, кому дать деньги, то бог знает: кто первый бедный придет к вам, тому и отдайте деньги».
Они отперли дверь и стали кликать Дружка. Дружок чуть
не сбил их с ног, выбежал на двор и лег в саду под кустом. Когда барыня увидала Дружка, она кликнула его, но Дружок
не послушался,
не замахал хвостом и
не взглянул на нее. Глаза у него были мутные, изо рта текла слюна. Тогда барыня позвала мужа и
сказала...
Она
сказала: «Как мне
не плакать: оба сына мне равны, а отец хочет одному сыну все отдать, а другому ничего. Я просила мужа
не объявлять своего решения сыновьям, пока я
не придумаю, как помочь меньшому. Но денег у меня своих нет, и я
не знаю, как помочь горю».
Три вора увидали мужика, и один
сказал: «Я украду козу, так что мужик и
не заметит».
Третий
сказал: «И это
не трудно, а я так все платье с мужика украду».
Человек
сказал: «Я боюсь воды и
не умею плавать, но я дам 20 золотых тому, кто достанет мешок». Мужик обрадовался и подумал: «Мне бог дал счастье за то, что у меня украли козу и осла». Он разделся, полез в воду, но мешка с золотом
не нашел; а когда он вылез из воды, его платья уже
не было.
Я старался бить ее в те места, где ей больнее, сломал хлыст и остатком хлыста стал бить по голове. Но Воронок все
не хотел скакать. Тогда я поворотил назад, подъехал к дядьке и попросил хлыстика покрепче. Но дядька
сказал мне...
Я обиделся и
сказал: «Как же, я совсем
не ездил? Посмотри, как я сейчас проскачу! Дай, пожалуйста, мне хлыст покрепче. Я его разожгу».
«Спрячься ты на этом конце борозды, а мы с зайцем побежим с другого конца; как он разбежится, я вернусь назад; а как прибежит к твоему концу, ты выходи и
скажи: а я уже давно жду. Он тебя от меня
не узнает — подумает, что это я».
Заяц покорился и
сказал, что вперед никогда
не будет спорить.
Тогда старший
сказал: «Я
не пойду в лес за медвежатами и тебе
не советую.
А меньшой
сказал: «По-моему,
не так. Напрасно этого писать на камне
не стали бы. И все написано ясно. Первое дело: нам беды
не будет, если и попытаемся. Второе дело: если мы
не пойдем, кто-нибудь другой прочтет надпись на камне и найдет счастье, а мы останемся ни при чем. Третье дело:
не потрудиться, да
не поработать, ничто в свете
не радует. Четвертое:
не хочу я, чтоб подумали, что я чего-нибудь да побоялся».
Тогда старший
сказал: «И пословица говорит: искать большого счастия — малое потерять; да еще:
не сули журавля в небе, а дай синицу в руки».
А меньшой
сказал: «А я слыхал — волков бояться, в лес
не ходить; да еще: под лежачий камень вода
не потечет. По мне, надо идти».
А меньшой
сказал: «Я
не тужу, что пошел тогда в лес на гору; хоть мне и плохо теперь, зато есть чем помянуть мою жизнь, а тебе и помянуть-то нечем».
Маша надела рубашку и побежала домой. Дома оиа
сказала матери: «Матушка, ужак лег на мою рубашку и
сказал: иди за меня замуж, а то
не отдам рубашки. Я ему обещала».
Мать просила Машу, чтоб она осталась с нею, но Маша
не согласилась. Она
сказала, что обещала мужу вернуться.
Послушник спросил его: что ему нужно? Разбойник
не знал, что отвечать, и наобум
сказал: «Мне нужно архиерея».
Архиерей
сказал: «Я — старик, смерти
не боюсь; но мне жаль тебя. Поди в ту горницу, ты устал, отдохни, а я тебе пришлю поесть».
Разбойник
сказал: «Нет, мне уже
не отвыкнуть от худого: разбойником жил, таким и умру».
Разбойник стал отпираться, но полицейские
сказали: «Если ты от прежних дел своих отпираешься, то от кражи подсвечника отклепаться
не можешь. Пойдем к архиерею — он тебя уличит».
И Ермак выпалил в дерево, и дерево раскололось, и со всех сторон стали палить казаки. Таузик от страха на колени упал. Ермак и говорит ему: «Ступай же ты к своему царю Кучуму и
скажи ему, что ты видел. Пускай он покоряется, а
не покорится, так и его погубим». И отпустил Таузика.
Поплыли казаки дальше. Выплыли в широкую, быструю реку Иртыш. По Иртышу-реке проплыли день, подплыли к городку хорошему и остановились. Пошли казаки в городок. Только стали подходить, начали в них татары стрелы пускать и поранили трех казаков. Послал Ермак переводчика
сказать татарам, чтобы сдали город, а то всех перебьют. Переводчик пошел, вернулся и говорит: «Тут живет Кучумов слуга Атик Мурза Качара. У него силы много, и он говорит, что
не сдаст городка».
— Н… нет, видел, один только раз в жизни, шесть лет тому. Филька, человек дворовый у меня был; только что его похоронили, я крикнул, забывшись: «Филька, трубку!» — вошел, и прямо к горке, где стоят у меня трубки. Я сижу, думаю: «Это он мне отомстить», потому что перед самою смертью мы крепко поссорились. «Как ты смеешь, говорю, с продранным локтем ко мне входить, — вон, негодяй!» Повернулся, вышел и больше не приходил. Я Марфе Петровне тогда
не сказал. Хотел было панихиду по нем отслужить, да посовестился.
Неточные совпадения
То был приятный, благородный, // Короткий вызов, иль картель: // Учтиво, с ясностью холодной // Звал друга Ленский на дуэль. // Онегин с первого движенья, // К послу такого порученья // Оборотясь, без лишних слов //
Сказал, что он всегда готов. // Зарецкий встал без объяснений; // Остаться доле
не хотел, // Имея дома много дел, // И тотчас вышел; но Евгений // Наедине с своей душой // Был недоволен сам собой.
Латынь из моды вышла ныне: // Так, если правду вам
сказать, // Он знал довольно по-латыни, // Чтоб эпиграфы разбирать, // Потолковать об Ювенале, // В конце письма поставить vale, // Да помнил, хоть
не без греха, // Из Энеиды два стиха. // Он рыться
не имел охоты // В хронологической пыли // Бытописания земли; // Но дней минувших анекдоты, // От Ромула до наших дней, // Хранил он в памяти своей.
Но те, которым в дружной встрече // Я строфы первые читал… // Иных уж нет, а те далече, // Как Сади некогда
сказал. // Без них Онегин дорисован. // А та, с которой образован // Татьяны милый идеал… // О много, много рок отъял! // Блажен, кто праздник жизни рано // Оставил,
не допив до дна // Бокала полного вина, // Кто
не дочел ее романа // И вдруг умел расстаться с ним, // Как я с Онегиным моим.
— Да что ж, барин, делать, время-то такое; кнута
не видишь, такая потьма! —
Сказавши это, он так покосил бричку, что Чичиков принужден был держаться обеими руками. Тут только заметил он, что Селифан подгулял.
— А согласны ли вы, —
сказал он вслух, — погостить у брата денька два? Иначе он меня
не отпустит.