Неточные совпадения
Машинист не мог удержать машины. Она свистала изо
всех сил
и наехала на девочку.
Старшая девочка кричала
и плакала.
Все проезжающие смотрели из окон вагонов, а кондуктор побежал на конец поезда, чтобы видеть, что сделалось с девочкой.
Когда поезд прошел,
все увидали, что девочка лежит между рельсами головой вниз
и не шевелится.
Когда в солнечное утро летом пойдешь в лес, то на полях, в траве видны алмазы.
Все алмазы эти блестят
и переливаются на солнце разными цветами —
и желтым,
и красным,
и синим. Когда подойдешь ближе
и разглядишь, что это такое, то увидишь, что это капли росы собрались в треугольных листах травы
и блестят на солнце.
Один мужик занялся торговлей
и так разбогател, что стал первым богачом. У него служили сотни приказчиков,
и он их
всех и по имени не знал.
Приказчик удивился
и говорит: «Как же простить? Этак
и те приказчики то же будут делать:
все добро растаскают». Купец говорит: «Ивана Петрова надо простить: когда я начинал торговать, мы с ним товарищами были. Когда я женился, мне под венец надеть нечего было. Он мне свою жилетку дал надеть. Ивана Петрова надо простить».
Приехали люди на остров, где было много дорогих каменьев. Люди старались найти больше; они мало ели, мало спали, а
все работали. Один только из них ничего не делал, а сидел на месте, ел, пил
и спал. Когда стали собираться домой, они разбудили этого человека
и сказали: «Ты с чем же домой поедешь?» Он взял поднял горсть земли под ногами
и положил в сумку.
Когда
все приехали домой, этот человек достал свою землю из сумки
и в ней нашел камень драгоценнее
всех других вместе.
Тогда барин сказал: «Вот если бы ты знал грамоте, я бы тебе книжку дал о механике,
и там ты бы прочел о такой мельнице
и увидал бы, что такой мельницы сделать нельзя, что много людей ученых посходили с ума —
все выдумывали такую мельницу, чтоб сама ходила».
Барин сказал: «Поднимется, да ниже, а другой раз поднимется еще ниже
и станет, какие ты колеса не прилаживай.
Все равно, как если на салазках с большой горы съедешь — на маленькую поднимешься, а с маленькой назад на большую никак не поднимешься».
Погляди (
всего лучше сбоку) на хорошее чистое зеркало: тебе покажется, что это окно или дверь
и что там сзади что-то есть. Ощупай пальцем, — увидишь, что это зеркало. Глаза обманули, а пальцы поправили.
У старика Ивана было два сына: Шат Иваныч
и Дон Иваныч. Шат Иваныч был старший брат; он был сильнее
и больше, а Дон Иваныч был меньший
и был меньше
и слабее. Отец показал каждому дорогу
и велел им слушаться. Шат Иваныч не послушался отца
и не пошел по показанной дороге, сбился с пути
и пропал. А Дон Иваныч слушал отца
и шел туда, куда отец приказывал. Зато он прошел
всю Россию
и стал славен.
Дон идет
все прямо,
и чем дальше он идет, тем шире становится.
Шат вертится с одной стороны на другую. Дон прошел через
всю Россию
и впал в Азовское море. В нем много рыбы,
и по нем ходят барки
и пароходы.
Так он обманул
всех. Но с тех пор цепь поднялась на небо
и больше не спускалась. Так рассказывают старики.
И пустилась молодая сова за зайцем, вцепилась ему лапой в спину так, что
все когти ушли, а другую лапу приготовила за дерево уцепиться. Как поволок заяц сову, она уцепилась другой лапой за дерево
и думала: «Не уйдет». Заяц рванулся
и разорвал сову. Одна лапа осталась на дереве, другая на спине у зайца. На другой год охотник убил этого зайца
и дивился тому, что у него в спине были заросшие совиные когти.
Все лозинки выпустили побеги вверху с листьями
и внизу под землею выпустили такие же побеги заместо кореньев;
и одни зацепились за землю
и принялись, а другие неловко зацепились за землю кореньями — замерли
и повалились.
Мужик — тот, что посадил лозину, давно уже умер, а она
все росла. Старший сын два раза срубал с нее сучья
и топил ими. Лозина
все росла. Обрубят ее кругом, сделают шишку, а она на весну выпустит опять сучья, хоть
и тоньше, но вдвое больше прежних, как вихор у жеребенка.
Склали они
все в дупло лозины
и зажгли.
Зашипела лозина, закипел в ней сок, пошел дым,
и стал перебегать огонь;
все нутро ее почернело.
«Идите, — говорит, — ко мне гулять. Я вас угощу. Корму на
всех достанет». Когда она привела мышей, она увидала, что дыры совсем не было. Мужик приметил большую дыру в полу
и заделал ее.
Так мы их кормили
весь день
и очень на них радовались. На другое утро, когда мы посмотрели в коробок, мы увидали, что самый маленький воробушек лежит мертвый, а лапки его запутались в хлопчатую бумагу. Мы его выкинули
и вынули
всю хлопчатую бумагу, чтобы другой в ней не запутался,
и положили в коробок травы
и моху. Но к вечеру еще два воробья растопырили свои перышки
и раскрыли рты, закрыли глаза
и тоже померли.
Одному мужику захотелось есть. Он купил калач
и съел; ему
все еще хотелось есть. Он купил другой калач
и съел; ему
все еще хотелось есть. Он купил третий калач
и съел,
и ему
все еще хотелось есть. Потом он купил баранок
и, когда съел одну, стал сыт. Тогда мужик ударил себя по голове
и сказал...
Священник увидал его
и сказал: «Этот бедный первый пришел ко мне»,
и отдал ему
все 1000 золотых богатого человека.
Весь зад у Дружка был в крови
и обе задние ноги перебиты.
Две лошади везли два воза. Передняя лошадь везла хорошо, а задняя останавливалась. На переднюю лошадь стали поклажу перекладывать с заднего воза; когда
все переложили, задняя лошадь пошла налегке
и сказала передней...
Через год собачка заболела
и издохла. Лев перестал есть, а
все нюхал, лизал собачку
и трогал ее лапой.
У одного купца было два сына. Старший был любимец отца,
и отец
все свое наследство хотел отдать ему. Мать жалела меньшого сына
и просила мужа не объявлять до времени сыновьям, как их разделят: она хотела как-нибудь сравнять двух сыновей. Купец ее послушал
и не объявлял своего решения.
Она сказала: «Как мне не плакать: оба сына мне равны, а отец хочет одному сыну
все отдать, а другому ничего. Я просила мужа не объявлять своего решения сыновьям, пока я не придумаю, как помочь меньшому. Но денег у меня своих нет,
и я не знаю, как помочь горю».
Странник сказал: «Твоему горю легко помочь; поди объяви сыновьям, что старшему достанется
все богатство, а меньшому ничего;
и у них будет поровну».
Когда отец умер, старший ничего не умел делать, прожил
все свое имение, а младший выучился наживать на чужой стороне
и стал богат.
Третий сказал: «
И это не трудно, а я так
все платье с мужика украду».
«Так-то
и вы; если в согласии жить будете, никто вас не одолеет; а если будете ссориться, да
всё врозь — вас всякий легко погубит».
Свяжут крест из двух лучин
и кругом креста обвяжут еще четыре лучины. На
все наклеят бумаги. К одному концу привяжут мочальный хвост, а к другому привяжут длинную бечевку,
и выйдет змей. Потом возьмут змей, разбегутся на ветер
и пустят. Ветер подхватит змей, занесет его высоко в небо.
И змей подрагивает,
и гудит,
и рвется,
и поворачивается,
и развевается мочальным хвостом.
Там, где люди живут, бывает дурной дух; если бы не было ветра, дух этот так
и оставался бы. А придет ветер, разгонит дурной дух
и принесет из лесов
и с полей хороший, чистый воздух. Если бы не было ветра, люди бы надышали
и испортили воздух. Воздух
все бы стоял на месте,
и людям надо бы уходить из того места, где они надышали.
Почти
все травы, кусты
и деревья такие, что для того, чтобы на траве, кусте или дереве завязалось семя, нужно, чтоб с одного цветка пыль перелетала на другой цветок. Цветки бывают далеко друг от друга,
и им нельзя пересылать свою пыль с одного на другой.
Когда огурцы растут в парниках, где ветра нет, тогда люди сами срывают один цветок
и накладывают на другой, чтобы цветовая пыль попала на плодовой цветок
и была бы завязь. Пчелы
и другие насекомые иногда переносят на лапках пыль с цветка на цветок, но больше
всего пыль эту переносит ветер. Если бы не было ветра, половина растений была бы без семени.
Над землей поднимается пар только там, где есть вода, — над ручьями, над болотами, над прудами
и реками, больше
всего над морем. Если бы ветру не было, пары не ходили бы, а собирались бы в тучи над водой
и падали бы опять там, где поднялись. Над ручьем, над болотом, над рекой, над морем был бы дождь, а на земле, на полях
и лесах дождя бы не было. Ветер разносит тучи
и поливает землю. Если бы ветра не было, то где вода, там бы было больше воды, а земля
вся бы пересохла.
Вазуза весной раньше ломает лед
и проходит, а Волга позднее. Но когда обе реки сходятся, в Волге уже 30 саженей ширины, а Вазуза еще узкая
и маленькая речка. Волга проходит через
всю Россию на три тысячи сто шестьдесят верст
и впадает в Хвалынское (Каспийское) море.
И ширины в ней в полую воду бывает до двенадцати верст.
Теленок скакал по закуте
и выучился делать круги
и повороты. Когда пришла зима, теленка выпустили с другою скотиною на лед к водопою.
Все коровы осторожно подошли к корыту, а теленок разбежался на лед, загнул хвост, приложил уши
и стал кружиться. На первом же кругу нога его раскатилась,
и он ударился головою о корыто.
«В вас, петухах, нет благодарности; видна холопская порода. Вы, только когда голодны, идете к хозяевам. То ли дело мы, дикая птица: в нас
и силы много,
и летать мы можем быстрее
всех; а мы не бегаем от людей, а сами еще ходим к ним на руку, когда нас кличут. Мы помним, что они кормят нас».
Оттого, что рукавицы не позволяют теплу из руки перейти в воду, а жесть пропускает тепло из рук в воду. Железо
и жесть пропускают тепло
и холод, а шуба
и дерево не пропускают. От этого железо, жесть, медь
и всякий металл [Металлы: золото, серебро, медь, железо, олово, ртуть
и другие. (Примеч. Л. Н. Толстого.)] разогреваются на солнце сильнее дерева, шерсти, бумаги
и скорее остывают. От этого-то в холода одеваются в меха, шерсть
и во
все, что не пропускает тепла.
Шакалы [Звери, похожие на маленьких волков. (Примеч. Л. Н. Толстого.)] поели
всю падаль в лесу,
и им нечего стало есть. Вот старый шакал
и придумал, как им прокормиться. Он пошел к слону
и говорит...
«Был у нас царь, да избаловался: приказывал нам делать такие дела, каких нельзя исполнить; хотим мы другого царя выбрать —
и послал меня наш народ просить тебя в цари. У нас житье хорошее: что велишь,
все то будем делать
и почитать тебя во
всем будем. Пойдем в наше царство». Слон согласился
и пошел за шакалом. Шакал привел его в болото. Когда слон завяз, шакал
и говорит...
И еще разруби — то же будет,
и еще руби сколько хочешь —
все то же будет: одинакие концы будут отворачиваться, разные цепляться, как будто с одного конца магнит выпирает, а с другого втягивает.
И как его ни разломи,
все с одного конца он будет выпирать, а с другого втягивать.
Жила цапля у пруда
и состарелась; не стало уж в ней силы ловить рыбу. Стала она придумывать, как бы ей хитростью прожить. Она
и говорит рыбам: «А вы, рыбы, не знаете, что на вас беда собирается: слышала я от людей — хотят они пруд спустить
и вас
всех повыловить. Знаю я, тут за горой хорош прудок есть. Я бы помогла, да стара стала: тяжело летать». Рыбы стали просить цаплю, чтоб помогла.
Вот рыбы
и рады;
все просят: «Меня отнеси, меня отнеси!»
Один раз матушка позволила нам ездить верхом,
и мы
все пошли в конюшню с дядькой. Кучер оседлал нам Воронка,
и первый поехал старший брат. Он долго ездил; ездил на гумно
и кругом сада,
и когда он подъезжал назад, мы закричали: «Ну, теперь проскачи!»
Когда пришел мой черед, я хотел удивить братьев
и показать им, как я хорошо езжу, — стал погонять Воронка изо
всех сил, но Воронок не хотел идти от конюшни.
И сколько я ни колотил его, он не хотел скакать, а шел шагом
и то
все заворачивал назад. Я злился на лошадь
и изо
всех сил бил ее хлыстом
и ногами.