Неточные совпадения
Всё учение Христа состоит в том, чтобы
дать царство бога —
мир людям. В нагорной проповеди, в беседе с Никодимом, в послании учеников, во всех поучениях своих он говорит только о том, что разделяет людей и мешает им быть в
мире и войти в царство бога. Все притчи суть только описание того, что есть царство бога и что, только любя братьев и будучи в
мире с ними, можно войти в него. Иоанн Креститель, предшественник Христа, говорит, что приблизилось царство бога и что Иисус Христос
дает его
миру.
И вот эти пять заповедей его действительно
дают этот
мир людям. Все пять заповедей имеют только одну эту цель —
мира между людьми. Стоит людям поверить учению Христа и исполнять его, и
мир будет на земле, и
мир не такой, какой устраивается людьми, временный, случайный, но
мир общий, ненарушимый, вечный.
В этой заповеди сказано всё; но Христос предвидит соблазны
мира, нарушающие
мир между людьми, и
дает вторую заповедь — против соблазна половых отношений, нарушающего
мир.
В этом удивительном рассуждении: христианское учение хорошо и
дает благо
миру; но люди слабы, люди дурны и хотят лучше делать, а делают хуже, и потому не могут делать лучше, — есть очевидное недоразумение.
Но положим, что учение Христа
дает блаженство
миру, положим, что оно разумно, и человек на основании разума не имеет права отрекаться от него; но что делать одному среди
мира людей, не исполняющих закон Христа?
Всякое осмысливание личной жизни, если она не основывается на отречении от себя для служения людям, человечеству — сыну человеческому, есть призрак, разлетающийся при первом прикосновении разума. В том, что моя личная жизнь погибает, а жизнь всего
мира по воле отца не погибает и что одно только слияние с ней
дает мне возможность спасения, в этом я уж не могу усомнится. Но это так мало в сравнении с теми возвышенными религиозными верованиями в будущую жизнь! Хоть мало, но верно.
Что мне делать? Жить, как все, или жить по учению Христа? Я понял учение Христа в его заповедях и вижу, что исполнение их
дает блаженство и мне и всем людям
мира. Я понял, что исполнение этих заповедей есть воля того начала всего, от которого произошла и моя жизнь.
«Отец, — говорит он ученикам в той же главе (16), —
даст вам другого утешителя, и тот будет с вами вовек. Утешитель этот — дух истины, которого
мир не видит и не знает, а вы знаете, потому что он при вас и в вас будет».
Учение Христа устанавливает царство бога на земле. Несправедливо то, чтобы исполнение этого учения было трудно: оно не только не трудно, но неизбежно для человека, узнавшего его. Учение это
дает единственно возможное спасение от неизбежно предстоящей погибели личной жизни. Наконец, исполнение этого учения не только не призывает к страданиям и лишениям в этой жизни, но избавляет от девяти десятых страданий, которые мы несем во имя учения
мира.
В наше время жизнь
мира идет своим ходом, совершенно независимо от учения церкви. Учение это осталось так далеко назади, что люди
мира не слышат уже голосов учителей церкви. Да и слушать нечего, потому что церковь только
дает объяснения того устройства жизни, из которого уже вырос
мир и которого или уже вовсе нет, или которое неудержимо разрушается.
Учение Христа не спорит с людьми нашего
мира о их миросозерцании, оно вперед соглашается с ним и, включая его в себя,
дает им то, чего у них нет, что им необходимо и чего они ищут: оно
дает им путь жизни и притом не новый, а давно знакомый и родной им всем.
И правила эти наверное
дадут вам ответ на ваш вопрос, потому что они обнимают всю вашу жизнь, и они ответят вам согласно с вашим разумом и вашей совестью. Если вы ближе к вере, чем к неверию, то, поступая таким образом, вы поступаете по воле бога; если вы ближе к свободомыслию, то вы, поступая так, поступаете по самым разумным правилам, какие существуют в
мире, в чем вы сами убедитесь, потому что правила Христа сами в себе несут свой смысл и свое оправдание.
Я верю, что жизнь моя по учению
мира была мучительна и что только жизнь по учению Христа
дает мне в этом
мире то благо, которое предназначил мне отец жизни.
Неточные совпадения
Долго бы стоял он бесчувственно на одном месте, вперивши бессмысленно очи в
даль, позабыв и дорогу, и все ожидающие впереди выговоры, и распеканья за промедление, позабыв и себя, и службу, и
мир, и все, что ни есть в
мире.
Самая полнота и средние лета Чичикова много повредят ему: полноты ни в каком случае не простят герою, и весьма многие
дамы, отворотившись, скажут: «Фи, такой гадкий!» Увы! все это известно автору, и при всем том он не может взять в герои добродетельного человека, но… может быть, в сей же самой повести почуются иные, еще доселе не бранные струны, предстанет несметное богатство русского духа, пройдет муж, одаренный божескими доблестями, или чудная русская девица, какой не сыскать нигде в
мире, со всей дивной красотой женской души, вся из великодушного стремления и самоотвержения.
Во всех отношениях приятная
дама вспомнила, что выкройка для модного платья еще не находится в ее руках, а просто приятная
дама смекнула, что она еще не успела выведать никаких подробностей насчет открытия, сделанного ее искреннею приятельницею, и потому
мир последовал очень скоро.
Доктор согласился быть моим секундантом; я
дал ему несколько наставлений насчет условий поединка; он должен был настоять на том, чтобы дело обошлось как можно секретнее, потому что хотя я когда угодно готов подвергать себя смерти, но нимало не расположен испортить навсегда свою будущность в здешнем
мире.
— И на что бы трогать? Пусть бы, собака, бранился! То уже такой народ, что не может не браниться! Ох, вей
мир, какое счастие посылает бог людям! Сто червонцев за то только, что прогнал нас! А наш брат: ему и пейсики оборвут, и из морды сделают такое, что и глядеть не можно, а никто не
даст ста червонных. О, Боже мой! Боже милосердый!