Неточные совпадения
Словесный хлеб может представлять потребность только для досужих людей; трудящиеся же да вкушают хлеб с лебедой! Вот общее правило, милая тетенька. Давно мы с вами бредим,
а много ли набредили? Так лучше посидим да поглядим — "оно"
вдруг на нас само собою нахлынет!
То есть не то чтобы сделаться оным,
а так, сидя за кофеем,
вдруг воскликнуть:
а! так вот оно что!
И
вдруг мысль:
а ведь в Париже сегодня"Le monde ou l'on s'ennuie" [«В царстве скуки» (франц.)] дают…
То поднимет руки вверх, то опустит их, то перегнет стан на правый бок, то на левый, то
вдруг быстро перевернется, как будто хочет сказать:
а вот не поймаешь!
Ах, да и дамочки нынче какие-то кровопийственные стали. Нагуливают себе атуры, потрясают бедрами — и, представьте, всё с целями внутренней политики! Прежде, бывало, придет краснощекий Амалат-бек, наговорит с три короба des jolis riens [приятных пустяков (франц.)] и
вдруг…
А теперь дамочка Амалат-беку своему прежде всего говорит: сначала проливай кровь,
а потом посмотрим… Право, мне кажется, что прежде лучше было.
Простите, милая тетенька, что письмо мое вышло несколько пестро: жизнь у нас нынче какая-то пестрая завелась,
а это и на течение мыслей влияние имеет. Живется-то, положим, даже очень хорошо, да
вдруг сквозь это хорошее житье что-то сомнительное проскочит — ну, и задумаешься. И сделается сначала грустно,
а потом опять весело. Весело, грустно; грустно, весело. Но приходить в отчаяние все-таки не следует, покуда на конце стоит: весело.
А между тем, тетенька, ведь и серьезно могло так случиться, что было где-нибудь заседание, и
вдруг некто вспомнил: отчего же Пафнутьева между нами нет?
Штука в том, что ему посчастливилось сделать какой-то удивительно удачный донос, который сначала обратил на себя внимание охранительной русской прессы,
а потом дальше да шире — и
вдруг с ним совершился спасительный переворот!
И
вдруг, слышу монолог:"Такое, можно сказать, время,
а господа такие, можно сказать, газеты читают!"Молчу.
И
вдруг сбоку голос:"
А наше отечественное, русское… стало быть, презираете?"Оглядываюсь, вижу: стоит"мерзавец".
— Ну, вот видишь! И он прежде находил, что"только и всего", и даже всегда сам принимал участие.
А намеднись как-то начал я, по обыкновению, фрондировать,
а он
вдруг: вы, папенька, на будущее время об известных предметах при мне выражайтесь осторожнее, потому что я, по обязанности, не имею права оставлять подобные превратные суждения без последствий.
— Зачем так уж прямо… как будто мы не поймем! Не беспокойтесь, пожалуйста! так поймем, что и понять лучше нельзя… Вот маменька-покойница тоже все думала, что я в девушках ничего не понимала,
а я однажды ей
вдруг все… до последней ниточки!
Посмотрю в окно, вспомню,
а потом и еще что-нибудь вспомню — и
вдруг выйдет картина.
Остановился против меня и
вдруг:
а дай-ко, брат, табачку понюхать!
— Это он опять на ловлю… вот жизнь-то анафемская! И каждый день так… Придет: ну, слава богу, изловил! посидит-посидит, и
вдруг окажется, что изловил да не доловил — опять бежать надо! Ну, и пускай бегает!
А мы с тобой давай будем об чем-нибудь партикулярном разговаривать!
—
А то
вдруг — потребуют…"Ваша опытность…"И только что начинаешь это вслушиваться, как
вдруг курьер: такой-то явился! — "Ах, извините! пожалуйте в другой раз!"Воротишься домой, опять к окошку сядешь, смотришь, ждешь… не требуют! Подал прошение — и квит!
—
А на вашем месте я сел бы опять к окошечку, да и ждал бы. Сегодня — нет результатов, завтра — нет результатов,
а послезавтра —
вдруг результат!
Наконец он удалился,
а я сел к окошку и стал ждать результатов. И
вдруг — курьер! — Откуда, друг? — Из Главного управления по делам печати… ах!
Впрочем, это мне только показалось, что курьер пришел,
а в действительности в мой кабинет влетела «Индюшка». И
вдруг вся моя квартира пропахла юпочным мельканием, кислятиной и вздором.
Прежде всего, меня поразило то, что подле хозяйки дома сидела"Дама из Амстердама", необычайных размеров особа, которая днем дает представления в Пассаже,
а по вечерам показывает себя в частных домах: возьмет чашку с чаем, поставит себе на грудь и, не проливши ни капли, выпьет. Грызунов отрекомендовал меня ей и шепнул мне на ухо, что она приглашена для"оживления общества". Затем, не успел я пожать руки гостеприимным хозяевам, как
вдруг… слышу голос Ноздрева!!
— Какой был гнилой сосуд! — дивился четвертый батюшка, —
а вот упал на него луч и какие
вдруг кристальные струи из этакого, с позволения сказать, вместилища потекли!
В последнее время мы виделись очень редко. С ним сделалось что-то странное: не сказывается дома и сам никуда не выходит, смотрит угрюмо, молчит, не то что боится,
а словно места себе не находит. Нынче, впрочем, это явление довольно обыкновенное. На каждом шагу мы встречаем людей, которых всегда знали разговаривающими и которые
вдруг получили"молчальный дар". Ходят вялые, унылые, словно необыкновенные сны наяву видят. И никому этих сновидений не поверяют,
а молчат, молчат, молчат.
— Одичал, брат, я, — сказал он, — некоторое время думал, что лучше и не надо. Однако, должно быть, еще не созрел. Молчал-молчал, да
вдруг сегодня испугался. Давеча начал афишку читать — не понимаю, да и конец! Ну, нет, думаю, пойду хоть на лицо человеческое погляжу. Ну,
а тебе как живется?
Меня даже передернуло при этих словах. Ах, тетенька! двадцать лет сряду только их и слышишь! Только что начнешь забываться под журчание мудрецов, только что скажешь себе: чем же не жизнь! — и
вдруг опять эти слова. И добро бы серьезное содержание в них вкладывалось: вот, мол, потому-то и потому-то; с одной стороны, с точки зрения экономической, с другой — с точки зрения юридической;
а вот, мол, и средства для исцеления от недуга… Так нет же!"не бывало хуже" — только и всего!
Неточные совпадения
Но те, которым в дружной встрече // Я строфы первые читал… // Иных уж нет,
а те далече, // Как Сади некогда сказал. // Без них Онегин дорисован. //
А та, с которой образован // Татьяны милый идеал… // О много, много рок отъял! // Блажен, кто праздник жизни рано // Оставил, не допив до дна // Бокала полного вина, // Кто не дочел ее романа // И
вдруг умел расстаться с ним, // Как я с Онегиным моим.
Татьяна, по совету няни // Сбираясь ночью ворожить, // Тихонько приказала в бане // На два прибора стол накрыть; // Но стало страшно
вдруг Татьяне… // И я — при мысли о Светлане // Мне стало страшно — так и быть… // С Татьяной нам не ворожить. // Татьяна поясок шелковый // Сняла, разделась и в постель // Легла. Над нею вьется Лель, //
А под подушкою пуховой // Девичье зеркало лежит. // Утихло всё. Татьяна спит.
В те дни, когда в садах Лицея // Я безмятежно расцветал, // Читал охотно Апулея, //
А Цицерона не читал, // В те дни в таинственных долинах, // Весной, при кликах лебединых, // Близ вод, сиявших в тишине, // Являться муза стала мне. // Моя студенческая келья //
Вдруг озарилась: муза в ней // Открыла пир младых затей, // Воспела детские веселья, // И славу нашей старины, // И сердца трепетные сны.
Как на досадную разлуку, // Татьяна ропщет на ручей; // Не видит никого, кто руку // С той стороны подал бы ей; // Но
вдруг сугроб зашевелился, // И кто ж из-под него явился? // Большой, взъерошенный медведь; // Татьяна ах!
а он реветь, // И лапу с острыми когтями // Ей протянул; она скрепясь // Дрожащей ручкой оперлась // И боязливыми шагами // Перебралась через ручей; // Пошла — и что ж? медведь за ней!
— Управитель так и оторопел, говорит: «Что вам угодно?» — «
А! говорят, так вот ты как!» И
вдруг, с этим словом, перемена лиц и физиогномии… «За делом! Сколько вина выкуривается по именью? Покажите книги!» Тот сюды-туды. «Эй, понятых!» Взяли, связали, да в город, да полтора года и просидел немец в тюрьме.