Неточные совпадения
— Что за вздор! —
отвечал батюшка нахмурясь. — К какой стати стану я писать к князю Б.?
— Эх,
батюшка Петр Андреич! —
отвечал он с глубоким вздохом. — Сержусь-то я на самого себя; сам я кругом виноват. Как мне было оставлять тебя одного в трактире! Что делать? Грех попутал: вздумал забрести к дьячихе, повидаться с кумою. Так-то: зашел к куме, да засел в тюрьме. Беда да и только! Как покажусь я на глаза господам? что скажут они, как узнают, что дитя пьет и играет.
«Войди,
батюшка, —
отвечал инвалид, — наши дома».
— «И вам не страшно, — продолжал я, обращаясь к капитанше, — оставаться в крепости, подверженной таким опасностям?» — «Привычка, мой
батюшка, —
отвечала она.
Я не мог несколько раз не улыбнуться, читая грамоту [Грамота — здесь: письмо.] доброго старика.
Отвечать батюшке я был не в состоянии; а чтоб успокоить матушку, письмо Савельича мне показалось достаточным.
—
Батюшки, беда! —
отвечала Василиса Егоровна. — Нижнеозерная взята сегодня утром. Работник отца Герасима сейчас оттуда воротился. Он видел, как ее брали. Комендант и все офицеры перевешаны. Все солдаты взяты в полон. Того и гляди злодеи будут сюда.
— В комендантском, —
отвечал казак. — После обеда
батюшка наш отправился в баню, а теперь отдыхает. Ну, ваше благородие, по всему видно, что персона знатная: за обедом скушать изволил двух жареных поросят, а парится так жарко, что и Тарас Курочкин не вытерпел, отдал веник Фомке Бикбаеву да насилу холодной водой откачался. Нечего сказать: все приемы такие важные… А в бане, слышно, показывал царские свои знаки на грудях: на одной двуглавый орел величиною с пятак, а на другой персона его.
— Оттого,
батюшка,
отвечал ему ворон, что ты пьешь живую кровь, а я питаюсь мертвечиной.
— Согласятся, верно согласятся, —
отвечал я, — когда узнают Марью Ивановну. Я надеюсь и на тебя.
Батюшка и матушка тебе верят: ты будешь за нас ходатаем, не так ли?
Старик был тронут. «Ох,
батюшка ты мой Петр Андреич! —
отвечал он. — Хоть раненько задумал ты жениться, да зато Марья Ивановна такая добрая барышня, что грех и пропустить оказию. Ин быть по-твоему! Провожу ее, ангела божия, и рабски буду доносить твоим родителям, что такой невесте не надобно и приданого».
Неточные совпадения
Надумал свекор-батюшка // Вожжами поучить, // Так я ему
ответила: // «Убей!» Я в ноги кланялась: // «Убей! один конец!» // Повесил вожжи
батюшка.
Намеднись отец Алексей, священник, стал меня причащать, да и говорит: «Тебя, мол, исповедовать нечего: разве ты в твоем состоянии согрешить можешь?» Но я ему
ответила: «А мысленный грех,
батюшка?» — «Ну, — говорит, а сам смеется, — это грех не великий».
— А что будешь делать с размежеваньем? —
отвечал мне Мардарий Аполлоныч. — У меня это размежевание вот где сидит. (Он указал на свой затылок.) И никакой пользы я от этого размежевания не предвижу. А что я конопляники у них отнял и сажалки, что ли, там у них не выкопал, — уж про это,
батюшка, я сам знаю. Я человек простой, по-старому поступаю. По-моему: коли барин — так барин, а коли мужик — так мужик… Вот что.
«А вон,
батюшка, на лежанке», —
отвечает мне нараспев подгорюнившаяся баба.
— Что за пустяки! как в вашем званье не пить! —
отвечал Мардарий Аполлоныч. — Мишка! Юшка! водки
батюшке!