Неточные совпадения
Гм! гм! Читатель благородный,
Здорова ль ваша вся родня?
Позвольте: может быть, угодно
Теперь узнать вам от меня,
Что значит именно родные.
Родные люди вот какие:
Мы их обязаны ласкать,
Любить, душевно уважать
И, по обычаю народа,
О Рождестве их навещать
Или по
почте поздравлять,
Чтоб остальное время года
Не думали о нас они…
Итак, дай Бог им
долги дни!
Бывало, льстивый голос света
В нем злую храбрость выхвалял:
Он, правда, в туз из пистолета
В пяти саженях попадал,
И то сказать, что
и в сраженье
Раз в настоящем упоенье
Он отличился, смело в грязь
С коня калмыцкого свалясь,
Как зюзя пьяный,
и французам
Достался в плен: драгой залог!
Новейший Регул,
чести бог,
Готовый вновь предаться узам,
Чтоб каждым утром у Вери
В
долг осушать бутылки три.
Но здесь с победою поздравим
Татьяну милую мою
И в сторону свой путь направим,
Чтоб не забыть, о ком пою…
Да кстати, здесь о том два слова:
Пою приятеля младого
И множество его причуд.
Благослови мой
долгий труд,
О ты, эпическая муза!
И, верный посох мне вручив,
Не дай блуждать мне вкось
и вкрив.
Довольно. С плеч долой обуза!
Я классицизму отдал
честь:
Хоть поздно, а вступленье есть.
Но он груб, неразвит и бестолков, и за недосугом не успевает проникнуться сознанием воинского
долга и чести и потому бывает не чужд ошибок, делающих его часто таким же врагом порядка, как те, кого он сторожит и ловит.
Если вы даете ее нам как пьесу без особенных претензий, просто мелодраматический случай, вроде жестоких произведений Сю, — то мы ничего не говорим и останемся даже довольны: все-таки это лучше, нежели, например умильные представления г. Н. Львова и графа Соллогуба, поражающие вас полным искажением понятий о
долге и чести.
— Хотя я и гражданский человек, но… одобряю! — заметил, с благосклонным жестом, его превосходительство. — Военная служба для молодого человека не мешает… это формирует, регулирует… Это хорошо, одним словом!.. Постарайтесь и на новом своем поприще стойко исполнять то, к чему взывают
долг и честь и ваша совесть. Я надеюсь, что вы вполне оправдаете ту лестную рекомендацию, которую сделал мне о вас многоуважаемый Иосиф Игнатьевич.
Вследствие неблаговоспитанности окружающей среды эти проступки могут принять там довольно грубые формы, тем более, что в сельском населении России вообще мало развиты чувства
долга и чести и уважения к чужой собственности.
Как человек честный и справедливый, он понимал важность обязанностей, святость
долга и почел бы за стыд хитрить с самим собой, с своею слабостью, с своим проступком.
Неточные совпадения
Искоса бросив еще один взгляд на все, что было в комнате, он почувствовал, что слово «добродетель»
и «редкие свойства души» можно с успехом заменить словами «экономия»
и «порядок»;
и потому, преобразивши таким образом речь, он сказал, что, наслышась об экономии его
и редком управлении имениями, он
почел за
долг познакомиться
и принести лично свое почтение.
О себе приезжий, как казалось, избегал много говорить; если же говорил, то какими-то общими местами, с заметною скромностию,
и разговор его в таких случаях принимал несколько книжные обороты: что он не значащий червь мира сего
и не достоин того, чтобы много о нем заботились, что испытал много на веку своем, претерпел на службе за правду, имел много неприятелей, покушавшихся даже на жизнь его,
и что теперь, желая успокоиться, ищет избрать наконец место для жительства,
и что, прибывши в этот город,
почел за непременный
долг засвидетельствовать свое почтение первым его сановникам.
Он уже хотел было выразиться в таком духе, что, наслышась о добродетели
и редких свойствах души его,
почел долгом принести лично дань уважения, но спохватился
и почувствовал, что это слишком.
На что Чичиков с весьма вежливым наклонением головы
и искренним пожатием руки отвечал, что он не только с большою охотою готов это исполнить, но даже
почтет за священнейший
долг.
— Мне кажется, — сказал он, — что, показав оба готовность драться
и заплатив этим
долг условиям
чести, вы бы могли, господа, объясниться
и кончить это дело полюбовно.