Даже старичишка городничий, при всей своей доброте, был с лекарем
на ножах, по случаю общих распоряжений больничными суммами.
Неточные совпадения
«Мила еще, видно, и исполнена таинственных страхов жизнь для этих людей, а я уж в суеверы не гожусь, чертей и ада не страшусь и с удовольствием теперь попал бы под
нож какому-нибудь дорожному удальцу, чтоб избавиться, наконец, от этих адских мук», — подумал он и
на последней мысли окончательно заснул.
Полевой работы я не снесу по силам моим, к мастерствам не приучен, в извозчики идти — званье не позволяет, значит, и осталось одно: взять
нож да идти
на дорогу.
У нас не то, что во Франции, где правительство
на ножах с партиями, где его таскают в грязи; у нас управление отеческое, все делается как можно келейнее…
— Ах, аспид! ах, погубитель! — застонал старик. — Видел, Михей Зотыч? Гибель моя, а не сын… Мы с Булыгиным
на ножах, а он, слышь, к Булыгиным. Уж я его, головореза, три раза проклинал и на смирение посылал в степь, и своими руками терзал — ничего не берет. У других отцов сыновья — замена, а мне нож вострый. Сколько я денег за него переплатил!
Неточные совпадения
В канаве бабы ссорятся, // Одна кричит: «Домой идти // Тошнее, чем
на каторгу!» // Другая: — Врешь, в моем дому // Похуже твоего! // Мне старший зять ребро сломал, // Середний зять клубок украл, // Клубок плевок, да дело в том — // Полтинник был замотан в нем, // А младший зять все
нож берет, // Того гляди убьет, убьет!..
Совесть злодея осилила, // Шайку свою распустил, // Роздал
на церкви имущество, //
Нож под ракитой зарыл.
Смерил отшельник страшилище: // Дуб — три обхвата кругом! // Стал
на работу с молитвою, // Режет булатным
ножом,
Дрожу, гляжу
на лекаря: // Рукавчики засучены, // Грудь фартуком завешана, // В одной руке — широкий
нож, // В другой ручник — и кровь
на нем, // А
на носу очки!
Тем не менее он все-таки сделал слабую попытку дать отпор. Завязалась борьба; но предводитель вошел уже в ярость и не помнил себя. Глаза его сверкали, брюхо сладострастно ныло. Он задыхался, стонал, называл градоначальника душкой, милкой и другими несвойственными этому сану именами; лизал его, нюхал и т. д. Наконец с неслыханным остервенением бросился предводитель
на свою жертву, отрезал
ножом ломоть головы и немедленно проглотил.