Несмотря на свое адвокатское звание, Грохов редко являлся в суд, особенно новый; но вместе с тем, по общим слухам, вел дела крупные между купечеством и решал их больше сам, силою своего характера: возьмет, например,
какое ни на есть дело, поедет сначала к противнику своему и напугает того; а если тот очень упрется, так Грохов пугнет клиента своего; затем возьмет с обоих деньги и помирит их.
Неточные совпадения
— Так надо сказать-с, — продолжал он, явно разгорячившись, — тут кругом всего этого стена каменная построена: кто попал за нее и узнал тамошние порядки — ну и сиди, благоденствуй; сору только из избы не выноси да гляди
на все сквозь пальцы; а уж свежего человека не пустят туда. Вот теперь про себя мне сказать: уроженец я
какой бы то
ни было там губернии; у меня нет
ни роду,
ни племени; человек я богатый, хотел бы, может, для своей родины невесть сколько добра сделать, но мне не позволят того!
—
Каким же образом маленькие чиновники могут повредить или устроить
какое бы
ни было дело? — спросил Тюменев, по-видимому несколько обидевшись
на такой рассказ.
Она, конечно, могла настоять, чтобы Бегушев взял ее с собою, и дорогою сейчас же бы его успокоила; но для Домны Осиповны, по ее характеру, дела
были прежде всего, а она находила нужным заставить Хмурина повторить еще раз свое обещание дать ей акций по номинальной цене, и потому,
как кошки
ни скребли у ней
на сердце, она выдержала себя и
ни слова больше не сказала Бегушеву.
— Прежде Державин писал оду «Бог», «Послание к Фелице», описывал «Водопад», а нынешние поэты все описывают нам ножки и волосы своих знакомых дам!» Но
как бы то
ни было, Бегушев в этот период своей жизни
был совершенно согласен с поэтами и женщин предпочитал всему
на свете: в Наталью Сергеевну он безумно влюбился.
— А вышло, cher cousin [дорогой кузен (франц.).], нехорошо!.. — продолжал генерал грустным голосом. — Ефим Федорович страшно
на меня обиделся и, встретясь вскоре после того со мной в Английском клубе, он повернулся ко мне спиной и даже ушел из той комнаты, где я сел обедать; а потом,
как водится, это стало отражаться и
на самой службе: теперь,
какое бы то
ни было представление от моего ведомства, — Ефим Федорович всегда против и своей неумолимой логикой разбивает все в пух…
— Но
как же тебе не грех
было не ответить мне
на мое весьма важное для меня письмо, да и потом
ни строчки!
—
Как вам это покажется, а?.. Хороша?.. — обратился Тюменев к Бегушеву. —
На днях только я выпустил этого негодяя из службы и очень рад
был тому, так
как он
был никуда и
ни на что не годный чиновник; но, признаюсь, теперь жалею: останься он у меня, я давнул бы его порядком за эту проделку!
— Непременно зайду!.. Я сам это думал! — подхватил граф, хотя вовсе не думал этого делать, —
на том основании, что он еще прежде неоднократно забегал к Домне Осиповне, заводил с ней разговор о Бегушеве, но она
ни звука не произносила при этом: тяжело ли ей
было говорить о нем или просто скучно, — граф не знал,
как решить!
— «А младший, Петя, ее любимец, вероятно скоро
будет полковником!» — «Вот
как, очень рада!» — произнесла она, мельком взглядывая
на брата, которому начинало сильно надоедать слушать эту
ни к чему не ведущую болтовню.
— О, тогда, cousin, попросите его, чтобы он хоть часть мне заплатил… vous comprenez [вы понимаете (франц.).], что мне тяжело же жить все и во всем
на счет брата… Конечно, Александр — ангел: он мне
ни в чем не отказывает; но
как бы то
ни было, меня это мучит…
Больную доктор привез в карете Бегушева часам к пяти; она
была уже одета в посланное к ней с кучером новое белье и платье и старательно закутана в купленный для нее салоп. Доктор
на руках внес ее в ее комнату, уложил в постель и, растолковав Минодоре,
как она должна поставить мушку, обещался
на другой день приехать часов в восемь утра. За все эти труды доктора Бегушев заплатил ему сто рублей. Скромный ординатор смутился даже: такой высокой платы он
ни от кого еще не получал.
— Не может
быть!.. Вы так еще молоды; конечно, вы с ним недолго жили, и
какая, я думаю, это
была для вас потеря! — То, что о Меровой говорила прислуга, Аделаида Ивановна с первого же взгляда
на нее отвергла. — Но где же вы жили?.. Граф
ни разу не говорил мне, что у него
есть дочь, и такая еще прелестная!
Татьяна Васильевна после того ушла к себе, но Долгов и критик еще часа два спорили между собою и в конце концов разругались, что при всех почти дебатах постоянно случалось с Долговым, несмотря
на его добрый характер! Бедный генерал, сколько
ни устал от дневных хлопот, сколь
ни был томим желанием спать, считал себя обязанным сидеть и слушать их.
Как же после этого он не имел права считать жену свою хуже всех в мире женщин! Мало что она сама, но даже гости ее мучили его!
Неточные совпадения
Но я не создан для блаженства; // Ему чужда душа моя; // Напрасны ваши совершенства: // Их вовсе недостоин я. // Поверьте (совесть в том порукой), // Супружество нам
будет мукой. // Я, сколько
ни любил бы вас, // Привыкнув, разлюблю тотчас; // Начнете плакать: ваши слезы // Не тронут сердца моего, // А
будут лишь бесить его. // Судите ж вы,
какие розы // Нам заготовит Гименей // И, может
быть,
на много дней.
«Так ты женат! не знал я ране! // Давно ли?» — «Около двух лет». — // «
На ком?» — «
На Лариной». — «Татьяне!» // «Ты ей знаком?» — «Я им сосед». — // «О, так пойдем же». Князь подходит // К своей жене и ей подводит // Родню и друга своего. // Княгиня смотрит
на него… // И что ей душу
ни смутило, //
Как сильно
ни была она // Удивлена, поражена, // Но ей ничто не изменило: // В ней сохранился тот же тон, //
Был так же тих ее поклон.
Но грустно думать, что напрасно //
Была нам молодость дана, // Что изменяли ей всечасно, // Что обманула нас она; // Что наши лучшие желанья, // Что наши свежие мечтанья // Истлели быстрой чередой, //
Как листья осенью гнилой. // Несносно видеть пред собою // Одних обедов длинный ряд, // Глядеть
на жизнь
как на обряд // И вслед за чинною толпою // Идти, не разделяя с ней //
Ни общих мнений,
ни страстей.
Он умел затаить часть деньжонок,
как ни чутко
было обоняние наехавшего
на следствие начальства.
Он
был недоволен поведением Собакевича. Все-таки,
как бы то
ни было, человек знакомый, и у губернатора, и у полицеймейстера видались, а поступил
как бы совершенно чужой, за дрянь взял деньги! Когда бричка выехала со двора, он оглянулся назад и увидел, что Собакевич все еще стоял
на крыльце и,
как казалось, приглядывался, желая знать, куда гость поедет.