Я, наконец, совместный с вами владелец одного из огромнейших состояний в губернии, и тогда я посмотрю, как господа дворяне посмеют
не выбрать меня в попечители гимназии!
Неточные совпадения
Разговор затем на несколько минут приостановился; в Ченцове тоже происходила борьба: взять деньги ему казалось на этот раз подло, а
не взять — значило лишить себя возможности существовать так, как он привык существовать. С ним, впрочем, постоянно встречалось в жизни нечто подобное. Всякий раз, делая что-нибудь, по его мнению, неладное, Ченцов чувствовал к себе отвращение и в то же время всегда
выбирал это неладное.
— Вам надобно
выбрать жену
не с богатством, — принялась она рассуждать, — которого вы никогда
не искали, а теперь и подавно, когда сами вступили на такую прекрасную дорогу, — вам нужна жена, которая бы вас любила!
— Да, непременно!.. Что тут и говорить!.. Кого же и назначить, как
не вас?.. — воскликнул Иван Петрович, одновременно потрясая своим красным носом и толстым животом своим, но потом, сообразив, присовокупил несколько опешенным голосом: — Только вот тут одно: на эти места назначает
не министерство наше, а
выбирают дворяне!..
— Вы рассуждаете, как женщина! — возразил ей с легкой досадой Тулузов. — Чем тут виноват губернский предводитель?.. Как ни значительно его влияние на баллотировке, но
выбирает не он один, а все дворяне, которые — что, по-моему, весьма справедливо, — все будут иметь против меня предубеждение.
— Понимаю вас и, будучи столько обязан Катерине Петровне, конечно, я стою за вас и буду всегда стоять; но что ж мне делать, когда все почти в один голос мне возражают: «Положим, мы его
выберем, а он
не внесет денег?»
— Я
не желаю быть
выбираем! Я деньгами моими
не место покупал! Понимаете, —
не место!
Некоторые утверждали, что для этого надобно
выбрать особых комиссаров и назначить им жалованье; наконец князь Индобский, тоже успевший попасть в члены комитета, предложил деньги, предназначенные для помещичьих крестьян, отдать помещикам, а раздачу вспомоществований крестьянам казенным и мещанам возложить на кого-либо из членов комитета; но когда ни одно из сих мнений его
не было принято комитетом, то князь высказал свою прежнюю мысль, что так как дела откупов тесно связаны с благосостоянием народным, то
не благоугодно ли будет комитету пригласить господ откупщиков, которых тогда много съехалось в Москву, и с ними посоветоваться, как и что тут лучше предпринять.
По
не совсем новой, но чисто вымытой лестнице Марфины взобрались во второй этаж, где
выбрали себе три номера, один — самый большой — для Сусанны Николаевны, другой — поменьше — Егору Егорычу и третий — еще поменьше — Антипу Ильичу.
— Давно не читал книги, — скажет он или иногда изменит фразу: — Дай-ка, почитаю книгу, — скажет или просто, мимоходом, случайно увидит доставшуюся ему после брата небольшую кучку книг и вынет,
не выбирая, что попадется. Голиков ли попадется ему, Новейший ли Сонник, Хераскова Россияда, или трагедия Сумарокова, или, наконец, третьегодичные ведомости — он все читает с равным удовольствием, приговаривая по временам:
Степан Аркадьич не избирал ни направления, ни взглядов, а эти направления и взгляды сами приходили к нему, точно так же, как он
не выбирал формы шляпы или сюртука, а брал те, которые носят.
Одним словом, можно бы было надеяться даже-де тысяч на шесть додачи от Федора Павловича, на семь даже, так как Чермашня все же стоит не менее двадцати пяти тысяч, то есть наверно двадцати восьми, «тридцати, тридцати, Кузьма Кузьмич, а я, представьте себе, и семнадцати от этого жестокого человека
не выбрал!..» Так вот я, дескать, Митя, тогда это дело бросил, ибо не умею с юстицией, а приехав сюда, поставлен был в столбняк встречным иском (здесь Митя опять запутался и опять круто перескочил): так вот, дескать, не пожелаете ли вы, благороднейший Кузьма Кузьмич, взять все права мои на этого изверга, а сами мне дайте три только тысячи…
Неточные совпадения
Чичиков
не смутился,
выбрал другое время, уже перед ужином, и, разговаривая о том и о сем, сказал вдруг:
Но так как все же он был человек военный, стало быть,
не знал всех тонкостей гражданских проделок, то чрез несколько времени, посредством правдивой наружности и уменья подделаться ко всему, втерлись к нему в милость другие чиновники, и генерал скоро очутился в руках еще больших мошенников, которых он вовсе
не почитал такими; даже был доволен, что
выбрал наконец людей как следует, и хвастался
не в шутку тонким уменьем различать способности.
Не хлыснет прямо по спине, а так и
выбирает место, где поживее: по ушам зацепит или под брюхо захлыснет».
Так из просвещенья-то мы все-таки
выберем то, что погаже; наружность его схватим, а его самого <
не> возьмем.
И
выбрать вместо этого что же? — переписыванье бумаг, что может несравненно лучше производить ничему
не учившийся кантонист!» И еще раз дал себе названье дурака Андрей Иванович Тентетников.