Неточные совпадения
Иной раз спешная казенная работа с неустойкой, а их человек десять из артели-то загуляют;
я уже кажинный раз только и молю
бога, чтобы не
убить мне кого из них, до того они в ярость
меня вводят.
— То ужасно, — продолжал Вихров, —
бог дал
мне, говорят, талант, некоторый ум и образование, но
я теперь пикнуть не смею печатно, потому что подавать читателям воду, как это делают другие господа,
я не могу; а так писать, как
я хочу,
мне не позволят всю жизнь; ну и прекрасно, — это, значит,
убили во
мне навсегда; но
мне жить даже не позволяют там, где
я хочу!..
Через пять минут полицейский вывел из этой квартиры Висленева и увез его с собою в участок, а Меридианов, совсем как был одетый, спал мертвым сном, ворча изредка: «нет, я пива больше не могу, —
убей меня бог, не могу!»
Неточные совпадения
Поди сейчас, сию же минуту, стань на перекрестке, поклонись, поцелуй сначала землю, которую ты осквернил, а потом поклонись всему свету, на все четыре стороны, и скажи всем, вслух: «
Я убил!» Тогда
бог опять тебе жизни пошлет.
— Врешь, чертов Иуда! — закричал, вышед из себя, Тарас. — Врешь, собака! Ты и Христа распял, проклятый
Богом человек!
Я тебя
убью, сатана! Утекай отсюда, не то — тут же тебе и смерть! — И, сказавши это, Тарас выхватил свою саблю.
— О, ради
Бога, без этого вы: твой гордый взгляд
убивает меня, каждое слово, как мороз, леденит…
— Как, ты и это помнишь, Андрей? Как же!
Я мечтал с ними, нашептывал надежды на будущее, развивал планы, мысли и… чувства тоже, тихонько от тебя, чтоб ты на смех не поднял. Там все это и умерло, больше не повторялось никогда! Да и куда делось все — отчего погасло? Непостижимо! Ведь ни бурь, ни потрясений не было у
меня; не терял
я ничего; никакое ярмо не тяготит моей совести: она чиста, как стекло; никакой удар не
убил во
мне самолюбия, а так,
Бог знает отчего, все пропадает!
«Что бы
я был такое и как бы прожил свою жизнь, если б не имел этих верований, не знал, что надо жить для
Бога, а не для своих нужд?
Я бы грабил, лгал,
убивал. Ничего из того, что составляет главные радости моей жизни, не существовало бы для
меня». И, делая самые большие усилия воображения, он всё-таки не мог представить себе того зверского существа, которое бы был он сам, если бы не знал того, для чего он жил.