Вечером у них собралось довольно большое общество, и все больше старые военные генералы, за исключением одного только молодого капитана, который тем не менее, однако, больше всех говорил и явно приготовлялся владеть всей беседой. Речь зашла о деле Петрашевского, составлявшем тогда
предмет разговора всего петербургского общества. Молодой капитан по этому поводу стал высказывать самые яркие и сильные мысли.
Неточные совпадения
— Совершенно справедливо, все они — дрянь! — подтвердил Павел и вскоре после того, по поводу своей новой, как сам он выражался, религии, имел довольно продолжительный спор с Неведомовым, которого прежде того он считал было совершенно на своей стороне. Он зашел к нему однажды и нарочно завел с ним
разговор об этом
предмете.
Разговор после того снова склонился на несколько отвлеченные
предметы и перешел, между прочим, на заявивших уже себя в то время славянофилов.
— Да, барин, очень вас люблю! — повторила еще раз Груша и потом, истощив, как видно, весь
разговор о божественном, перешла и на другой
предмет.
Во всем этом
разговоре о братьях Юлия Ардальоновна не приняла никакого участия, как будто бы говорилось о совершенно постороннем и нисколько не занимающем ее
предмете. Вихров опять почувствовал необходимость хоть о чем-нибудь поговорить с ней.
— А что ваш правитель канцелярии? — спросил он его, чтобы свести
разговор с государственных
предметов на более низменную почву.
Мари хотела что-то такое на это сказать, но приехал Евгений Петрович, и продолжать при нем далее
разговор о таких отвлеченных
предметах было совершенно невозможно, потому что он на первых же словах обрезал бы и сказал, что все это глупости.
Наступило минутное молчание, после которого графиня Лидия Ивановна, как бы приступая к главному
предмету разговора, с тонкой улыбкой сказала Облонскому.
Почему он вдруг так растревожился, почему пришел в такой умиленный восторг, совершенно ни с того, ни с сего и, казалось, нисколько не в меру с
предметом разговора, — это трудно было бы решить.
Неточные совпадения
— Позвольте, почтеннейший, вновь обратить вас к
предмету прекращенного
разговора. Я спрашивал вас о том, как быть, как поступить, как лучше приняться… [Далее в рукописи отсутствуют две страницы. В первом издании второго тома «Мертвых душ» (1855) примечание: «Здесь в
разговоре Костанжогло с Чичиковым пропуск. Должно полагать, что Костанжогло предложил Чичикову приобрести покупкою именье соседа его, помещика Хлобуева».]
— Позвольте мне, досточтимый мною, обратить вас вновь к
предмету прекращенного
разговора. Если бы, положим, я приобрел то самое имение, о котором вы изволили упомянуть, то во сколько времени и как скоро можно разбогатеть в такой степени…
Все-таки зять был человек посторонний, а
предмет требовал уединенного и дружеского
разговора.
Он уж был не рад, что вызвал Захара на этот
разговор. Он все забывал, что чуть тронешь этот деликатный
предмет, так и не оберешься хлопот.
За чаем продолжался тот же приятный, полный содержания
разговор. Не только не было ни одной минуты, чтобы надо было отыскивать
предмет для
разговора, но, напротив, чувствовалось, что не успеваешь сказать того, что хочешь, и охотно удерживаешься, слушая, что говорит другой. И всё, что ни говорили, не только она сама, но Воркуев, Степан Аркадьич, — всё получало, как казалось Левину, благодаря ее вниманию и замечаниям, особенное значение.