Неточные совпадения
Настасья Панкратьевна. Что за секрет; весь околоток в трубы трубит. Знаете
учителя Иванова, так в его
дочь; ну, и погибает совсем.
Тит Титыч. Надоть сослать
учителя Иванова,
дочь его и хозяйку их. Я так хочу.
Тит Титыч. А ты вот что пиши: что обидели такого-то купца, а с сына оного купца
учитель, против всяких прав, взял расписку, чтобы жениться на его
дочери. Вот тебе и расписка. Я никаких денег не пожалею, коли сделаешь. Можешь ты это сделать?
Тит Титыч. Не твое дело. Я мальчишкой из деревни привезен, на все четыре стороны без копейки пущен; а вот нажил себе капитал и других устроил. Хороший человек нигде не пропадет, а дурного и не жаль. Слушай ты, Андрей, вели заложить пару вороных в коляску, оденься хорошенько, возьми мать с собой да поезжай к
учителю, проси, чтоб
дочь отдал за тебя. Он человек хороший.
Ее, благовоспитанную, чувствительную девицу,
дочь учителя, заподозрили в воровстве, обыскали, как уличную женщину!
Неточные совпадения
— Судостроитель, мокшаны строю, тихвинки и вообще всякую мелкую посуду речную. Очень прошу прощения: жена поехала к родителям, как раз в Песочное, куда и нам завтра ехать. Она у меня — вторая, только весной женился. С матерью поехала с моей, со свекровью, значит. Один сын — на войну взят писарем, другой — тут помогает мне. Зять,
учитель бывший, сидел в винопольке — его тоже на войну, ну и
дочь с ним, сестрой, в Кресте Красном. Закрыли винопольку. А говорят — от нее казна полтора миллиарда дохода имела?
Марья Алексевна шмыгала мимо
дочери и
учителя во время первой их кадрили; но во время второй она не показывалась подле них, и вся была погружена в хлопоты хозяйки по приготовлению закуски вроде ужина. Кончив эти заботы, она справилась об
учителе —
учителя уже не было.
Через него они и записочками передавались; у его сослуживца на квартире, у столоначальника Филантьева, — женатого человека, ваше превосходительство, потому что хоть я и маленький человек, но девическая честь
дочери, ваше превосходительство, мне дорога; имели при мне свиданья, и хоть наши деньги не такие, чтобы мальчишке в таких летах
учителей брать, но якобы предлог дал, ваше превосходительство, и т. д.
Ни сам он, ни Татьяна Андревна не знали, какие книги пригодны и какие
дочерям в руки брать не годится, потому и спрашивали старичка
учителя и других знающих людей, какие надо покупать книги.
Зиновий Алексеич рассуждал, что растит
дочерей не для кельи и не ради манатьи́; и, к великому огорченью матушек, к немалому соблазну кумушек, нанял бедного старичка, отставного
учителя, обучать Лизу с Наташей читать и писать по-граждански и разным наукам, какие были пригодны им.