Неточные совпадения
Вопросил своих слуг белый русский царь: «А зачем мордва кругом стоит
и с чем она Богу своему молится?» Ответ держат слуги верные: «Стоят у них в кругу бадьи могучие, в руках держит мордва ковши заветные, заветные ковши больши-нáбольшие,
хлеб да
соль на земле лежат, каша, яичница на рычагах висят, вода в чанах кипит, в ней говядину янбед варит».
— С покойным его родителем мы больше тридцати годов хлеб-соль важивали, в приятельстве были… — продолжал Зиновий Алексеич. — На моих глазах Никитушка
и вырос. Жалко тоже!.. А уж добрый какой да разумный.
А помня завсегда, что тятеньке покойнику вы были приятелем, хлеб-соль с ним важивали
и, кажется, даже бывали у вас общие дела, хочу на сей раз вам услужить.
А водил он хлеб-соль
и был в дружбе-приязни не с одними старообрядцами.
— Су́против сытости не спорим, а позора на меня не кладите. Как это мне возможно вас отпустить без обеда? Сами недавно у вас угощались,
и вдруг без
хлеба, без
соли вас пустим! Нельзя. Извольте оставаться; в гостях — что в неволе; у себя как хочешь, а в гостях как велят. Покорнейше просим.
Один год сплавной из Верховья лес продавал, другой —
хлебом да рыбой торговал, а не то по соседству елтонскую
соль закупал
и на волах отправлял ее с чумаками в Воронеж.
Пелагея накрошила коренной с маленьким душком рыбы
и хлеба в щанную чашку, зеленого лука туда нарезала, квасу налила. Хоть рыба была голая
соль, а квас такой, что, только хлебни, так глаза в лоб уйдут, но тюря голодной семье показалась до того вкусною, что чашка за чашкой быстро опрастывались. Ели так, что только за ушами трещало.
— Нет, друг, нет… Уж извини… Этого я сделать никак не могу. Хоть монастырь наш
и убогий, а без
хлеба без
соли из него не уходят. Обедня на исходе, отпоют,
и тотчас за трапезу. Утешай гостя, отец Анатолий, угости хорошенько его, потчуй скудным нашим брашном. Да мне ж надо к господам письмецо написать… Да вели, отец Анатолий, Софрония-то одеть: свитку бы дали ему чистую, подрясник, рясу, чоботы какие-нибудь. Не годится в господском доме в таком развращении быть.
За столом хозяйничала богоданная дочка Патапа Максимыча Аграфена Петровна.
И кругом стола за каждой переменой кушанья она обхаживала
и гостей упрашивала, не обессудили бы хлеб-соль хозяйскую, кушали бы, что на стол поставлено, не бесчестили б усердного угощенья чем Бог послал.
И все-то старозаветными приговорками она приговаривала, без коих наши прадеды куска
хлеба, бывало, не съедят в гостях, пока не услышат их из ласковых уст хлебосольной хозяйки.
Друзьями мы с ним никогда не бывали, а знакомство
и хлеб-соль водили.
А он в первый раз еще был в доме у Марка Данилыча, да
и Марко Данилыч ни в Осиповке, ни в Красной Рамени у Чапурина не бывал никогда. Были в знакомстве, но таких знакомств у Патапа Максимыча было многое множество. Хлеб-соль меж собой водили, но всегда где-нибудь на стороне.
— Надо будет нам благословить
и невесту,
и жениха, для того я сюда
и привел Петра Степаныча, — сказал Патап Максимыч. — Отдельно каждого станем перед венцом благословлять, а теперь это за рукобитье пойдет. Ты, Груня, будешь за мать; неси же
хлеба каравай, да
соли, да чистое полотенце.
Отцу тоже ничего не дает, забыл хлеб-соль родительскую, забыл родимый дом
и брата, забыл
и сестер — всю свою семью.
Купцы. Да уж куда милость твоя ни запроводит его, все будет хорошо, лишь бы, то есть, от нас подальше. Не побрезгай, отец наш,
хлебом и солью: кланяемся тебе сахарцом и кузовком вина.
И чудится пану Даниле (тут он стал щупать себя за усы, не спит ли), что уже не небо в светлице, а его собственная опочивальня: висят на стене его татарские и турецкие сабли; около стен полки, на полках домашняя посуда и утварь; на столе
хлеб и соль; висит люлька… но вместо образов выглядывают страшные лица; на лежанке… но сгустившийся туман покрыл все, и стало опять темно.
Трапеза кончилась, отец будильник с отцом чашником собрали посуду, оставшиеся куски
хлеба и соль. Игумен ударил в кандию, все встали и, стоя на местах, где кто сидел, в безмолвии прослушали благодарные молитвы, прочитанные канонархом. Отец Михаил благословил братию, и все попарно тихими стопами пошли вон из келарни.
А так как он был человек с фантазиями и верил в чудодейственные универсальные средства, то нам пришлось испытать на себе благодетельное действие аппретур на руках, фонтанелей за ушами, рыбьего жира с
хлебом и солью, кровоочистительного сиропа Маттеи, пилюль Мориссона и даже накалывателя некоего Боншайта, который должен был тысячью мелких уколов усиливать кровообращение.
Неточные совпадения
И вот по родственным обедам // Развозят Таню каждый день // Представить бабушкам
и дедам // Ее рассеянную лень. // Родне, прибывшей издалеча, // Повсюду ласковая встреча, //
И восклицанья,
и хлеб-соль. // «Как Таня выросла! Давно ль // Я, кажется, тебя крестила? // А я так на руки брала! // А я так за уши драла! // А я так пряником кормила!» //
И хором бабушки твердят: // «Как наши годы-то летят!»
Правда, в таком характере есть уже что-то отталкивающее,
и тот же читатель, который на жизненной своей дороге будет дружен с таким человеком, будет водить с ним хлеб-соль
и проводить приятно время, станет глядеть на него косо, если он очутится героем драмы или поэмы.
Но вообще они были народ добрый, полны гостеприимства,
и человек, вкусивший с ними хлеба-соли или просидевший вечер за вистом, уже становился чем-то близким, тем более Чичиков с своими обворожительными качествами
и приемами, знавший в самом деле великую тайну нравиться.
— Вот почему я особенно вам благодарна, Родион Романыч, что вы не погнушались моим хлебом-солью, даже
и при такой обстановке, — прибавила она почти вслух, — впрочем, уверена, что только особенная дружба ваша к моему бедному покойнику побудила вас сдержать ваше слово.
Ваше превосходительство! — вдруг завопила она раздирающим воплем
и залившись слезами, — защитите сирот! Зная хлеб-соль покойного Семена Захарыча!.. Можно даже сказать аристократического!.. Г’а! — вздрогнула она, вдруг опамятовавшись
и с каким-то ужасом всех осматривая, но тотчас узнала Соню. — Соня, Соня! — проговорила она кротко
и ласково, как бы удивившись, что видит ее перед собой, — Соня, милая,
и ты здесь?