Неточные совпадения
Рыбные промышленники, судохозяева и всякого другого
рода хозяева с большой охотой нанимают слепых: и берут они дешевле, и обсчитывать их сподручней, и своим судом можно с ними расправиться, хоть бы даже и посечь, коли до того доведется. Кому без глаз-то
пойдет он жалобиться? Еще вдосталь накланяется, только, батюшки, отпустите. Марко Данилыч слепыми не брезговал — у него и на ловлях, и на баржах завсегда их вдоволь бывало… Потому, выгодно.
— При себе больше держит, редко куда
посылает, разве по самым важным делам, — отвечал Володеров. — Парень ухорез, недаром
родом сызранец. Не выругавшись, и Богу не помолится.
— Знающие люди доподлинно так заверяют, — спокойно ответил Чубалов. — Опять же у нас насчет самых редкостных вещей особые записи ведутся. И так икона с записью. Была она после также комнатной иконой у царевны Евдокии Алексеевны, царя Алексея Михайловича меньшой дочери, а от нее господам Хитровым досталась, а от них в другие
роды пошла, вот теперь и до наших рук доспела.
Пришла Пасха, и наемный люд, что работал у него на прядильнях и рубил суда, получив расчет в Великий четверг, разошелся на праздник по своим деревням; остались лишь трое,
родом дальние; на короткую побывку не с руки было им
идти.
— Вы́морок
идет на мир только у крестьян, — сказал волостной голова. — Дворянским
родам другой закон писан. После господ выморок на великого государя
идет. Царь барскому
роду жаловал вотчину, а когда жалованный
род весь вымрет, тогда вотчина царю назад
идет. Такой закон.
Так угасли и былая
слава, и былое богатство обители, согражденной последышем в
роде князей Хабаровых.
— Тайна, от веков сокровенная, избрáнным только открыта, — строгим, не допускающим противоречия голосом, садясь на диван, проговорила Варенька. — Тайну от веков и
родов сокровенную, ныне же одним святым только открытую, которым восхотел Бог показать, сколь велико богатство
славы его, сокрытое от язычников в тайне сей. Поняла?
Засим, прекратя сие письмо, еще
посылаю тебе, любезная дочка моя Авдотья Марковна, заочное родительское благословение, навеки нерушимое, ото всего моего сердца желаю тебе доброго здравия и всякого
рода благополучия, а засим остаюсь любящий тебя отец твой Марко Смолокуров.
В досаде на Марью Ивановну и даже на Дуню, в досаде на Дарью Сергевну, даже на самого себя,
пошел Марко Данилыч хозяйство осматривать. А у самого сердце так и кипит… Ох, узнать бы обо всем повернее! И ежели есть правда в речах Дарьи Сергевны да попадись ему в руки Марья Ивановна, не посмотрел бы, что она знатного
роду, генеральская дочь — такую бы ческу задал, что своих не узнала бы… И теперь уж руки чешутся.
После того и хозяева и гости, напившись чаю и покушав праздничного пирога, со всякого
рода прибавленьицами,
пошли в сад, где уж были накрыты столы для угощенья крестьян.
— Письму я не поверила, — после некоторой паузы снова начала она, — князю Сергию, передавшему мне чужие слова — тоже, потому что я единственная представительница на земле рода графов Завадских, у нас с покойным мужем, единственным сыном своих родителей, детей не было, следовательно поддержка
славы рода и фамильной чести всецело лежит на мне, а я лично не сомневаюсь, что я их ревниво охраняю и опасности для них до конца моей жизни не вижу.
Какое значение для цивилизации русской имело, например, то, что «в 1286 году в Чернигове был боярин Бяконт, который имел в супружестве одну из дочерей Александра Невского» (семейное предание рода Жеребцовых), что «от этого супружества произошло пять сыновей: Элевферий, Феофан, Матвей, Константин и Александр», и что «от Феофана
пошел род Жеребцовых, от Матвея — Игнатьевых» и пр. (том I, стр. 168).
Неточные совпадения
Выражается сильно российский народ! и если наградит кого словцом, то
пойдет оно ему в
род и потомство, утащит он его с собою и на службу, и в отставку, и в Петербург, и на край света.
Нельзя утаить, что почти такого
рода размышления занимали Чичикова в то время, когда он рассматривал общество, и следствием этого было то, что он наконец присоединился к толстым, где встретил почти всё знакомые лица: прокурора с весьма черными густыми бровями и несколько подмигивавшим левым глазом так, как будто бы говорил: «
Пойдем, брат, в другую комнату, там я тебе что-то скажу», — человека, впрочем, серьезного и молчаливого; почтмейстера, низенького человека, но остряка и философа; председателя палаты, весьма рассудительного и любезного человека, — которые все приветствовали его, как старинного знакомого, на что Чичиков раскланивался несколько набок, впрочем, не без приятности.
Все
пошло в работу и в дело: и кто незаконнорожденный сын, и какого
рода и званья у кого любовница, и чья жена за кем волочится.
— Я бы вот как сделал: я бы взял деньги и вещи и, как ушел бы оттуда, тотчас, не заходя никуда,
пошел бы куда-нибудь, где место глухое и только заборы одни, и почти нет никого, — огород какой-нибудь или в этом
роде.
Я лучше к моему приятелю Пороху
пойду, то-то удивлю, то-то эффекта в своем
роде достигну.