Неточные совпадения
— А ты
кого ни на есть из ихних приказчиков
в трактир
сведи да чайком попой, закуской угости, — приказывал Марко Данилыч. И, вынув из бумажника рублевую, примолвил: — Получай на угощенье!..
Поддеть ли
кого половчее,
провести ли простачка поискусней, туману ль
кому в глаза подпустить, Марко Данилыч, бывало, его за бока, а сам будто
в сторонке, ничего будто не знает, не ведает.
— А ты не вдруг… Лучше помаленьку, — грубо ответил Корней. — Ты, умная голова, то разумей, что я Корней и что на всякий спех у меня свой смех. А ты бы вот меня к себе
в дом повел, да хорошеньку фатеру
отвел, да чайком бы угостил, да винца бы поднес, а потом бы уж и спрашивал, по какому делу, откуда и от
кого я прибыл к тебе.
Каждый день по нескольку часов Марья Ивановна
проводила с Дуней
в задушевных разговорах и скоро приобрела такую доверенность молодой девушки, какой она до того ни к
кому не имела, даже к давнему испытанному другу Аграфене Петровне.
— Я наперед это знал, — молвил Смолокуров. — И чего ты не наплел! И у самого-то царя
в доме жил, и жены-то царские
в ситцевых платьишках ходят, и стряпка-то царем ворочает, и министров-то скалкой по лбу колотит!.. Ну,
кто поверит тебе? Хоша хивинский царь и басурманин, а все же таки царь, — стать ли ему из-за пирогов со стряпкой дружбу
водить. Да и как бы она посмела министров скалкой колотить? Ври, братец, на здоровье, да не завирайся. Нехорошо, любезный!
Все лезут к Софронушке про судьбу спросить, а иным хочется узнать: какой вор лошадушку
свел со двора,
кто новину с луга скрал,
кто буренушке хвост обрубил, как забралась она
в яровое, какой лиходей бабу до того испортил, что собакой она залаяла, а потом и выкликать зачала.
Всех чуждается Дуня, бо́льшую часть дня запершись сидит
в отведенной ей комнатке, а встретится с
кем, сама речей не
заводит, спросят у нее о чем-нибудь — промолвит отрывисто слова два-три, а
в разговоры не вступит. Такая
в ней перемена заботила Луповицких, особенно Марью Ивановну.
Отобедали и тотчас
кто за карты,
кто смотреть на хозяйство Андрея Александрыча. Иные по саду разошлись… И Дуня пошла
в сад, одинокая, молчаливая. На одной из дорожек неожиданно встретилась она с отцом Прохором. Залюбовался он на высокие густолистные каштаны и чуть слышно напевал какую-то церковную песнь. Сняв широкополую шляпу и низко поклонясь,
завел он с Дуней разговор, изредка поглядывал на нее с жалобною улыбкой, будто угадывая душевное ее горе и бурю тревожных сомнений. Жаль стало ему бедную девушку.
На мельницах-крупчатках
в Красной Рамени Никифор тотчас по приезде принялся за дело, и оно у него закипело; принялся за него и Василий Борисыч, сначала горячо, а потом с каждым днем охладевал к работе, потом совсем обленился, опустился и все время
проводил в постели, не говоря ни с
кем ни слова и только распевая стихеры.
Неточные совпадения
Так мысль ее далече бродит: // Забыт и свет и шумный бал, // А глаз меж тем с нее не
сводит // Какой-то важный генерал. // Друг другу тетушки мигнули, // И локтем Таню враз толкнули, // И каждая шепнула ей: // «Взгляни налево поскорей». — // «Налево? где? что там такое?» — // «Ну, что бы ни было, гляди… //
В той кучке, видишь? впереди, // Там, где еще
в мундирах двое… // Вот отошел… вот боком стал… — // «
Кто? толстый этот генерал?»
Как, Чацкого?
кто свел в тюрьму?
—
Кто ты? Коли дух нечистый, сгинь с глаз; коли живой человек, не
в пору
завел шутку, — убью с одного прицела!
— А вы, хлопцы! — продолжал он, оборотившись к своим, —
кто из вас хочет умирать своею смертью — не по запечьям и бабьим лежанкам, не пьяными под забором у шинка, подобно всякой падали, а честной, козацкой смертью — всем на одной постеле, как жених с невестою? Или, может быть, хотите воротиться домой, да оборотиться
в недоверков, да
возить на своих спинах польских ксендзов?
Спрашивать ей было не у
кого. У тетки? Но она скользит по подобным вопросам так легко и ловко, что Ольге никогда не удалось
свести ее отзывов
в какую-нибудь сентенцию и зарубить
в памяти. Штольца нет. У Обломова? Но это какая-то Галатея, с которой ей самой приходилось быть Пигмалионом.