Неточные совпадения
Живя на мельнице, мало видели они людей, но и тогда, несмотря на младенческий еще почти возраст, не были ни дики, ни угрюмы, ни застенчивы перед чужими людьми, а
в городе, при большом знакомстве, обходились со всеми приветно и ласково, не жеманились, как их сверстницы, и с притворными ужимками не опускали, как те, глаз при разговоре с мужчинами, не стеснялись никем, всегда и везде
бывали веселы, держали себя свободно, развязно, но скромно и вполне безупречно.
Много ярманок
в тот день
бывает: и
в Харькове, и
в Калаче, и за Уралом, и на Крестовском поле, что возле Ивановского, и по разным другим
городам и селеньям.
— У нас по всему Керженцу исстари такое заведенье
бывало, чтобы дальним уроженкам
в ближние к нам
города и волости переписываться, поближе бы пáчпорта было выправлять.
И зачастую
бывает, что
в том
городе али волости не токма сродников, и знакомых-то нет никого.
Но все
в один голос решили, что Герасим Чубалов темный богач, и стали судить и рядить, гадать и догадываться, где б это он был-побывал,
в каких сторонах,
в каких
городах и каким способом столь много добра накопил.
— На вотчине он у нас николи не
бывал, мы его отродясь не видывали, а что Петр Александрыч и что
в Польше стоял и на Кавказе воевал — это верно. А полк-от, где служит, Московским прозывается.
В тот полк теперь и оброк ему посылаем
в польский
город Аршаву.
В степной глуши, на верховьях тихого Дона, вдали от больших дорог,
городов и людных селений, стоит село Луповицы. Село большое, но строенье плохое
в нем, как зачастую
бывает в степных малолесных местах, — избы маленькие, крыты соломой, печи топятся по-черному, тоже соломой, везде грязь, нечистота, далеко не то, что
в зажиточном привольном Поволжье. Зато на гумнах такие скирды хлеба, каких
в лесах за Волгой и не видывали.
—
В Коршунове у матроса
побывал,
в Порошине у дьякона, от тебя проеду
в город к Кисловым, а от них
в монастырь за Софронушкой.
Катенька Кислова с отцом
в город уехали. Стосковалась по ней больная мать, просила хоть на короткое время
побывать у нее. Не хотелось Катеньке ехать, но, делать нечего, — скрепя сердце рассталась с Варенькой и Дуней. Со слезами проводила ее Варенька, сдержанно простилась Дуня.
— Жених не лесной, а из
города Казани. Теперь он с большим наследственным капиталом
в Нижнем поселился. Да вы его знаете, у Колышкиных каждый Божий день
бывал, как мы у них останавливались… Петр Степаныч Самоквасов, — сказал Патап Максимыч. — Груня, кажись, и сосватала их.
Я уехал тогда от брата рано утром, и с тех пор для меня стало невыносимо
бывать в городе. Меня угнетают тишина и спокойствие, я боюсь смотреть на окна, так как для меня теперь нет более тяжелого зрелища, как счастливое семейство, сидящее вокруг стола и пьющее чай. Я уже стар и не гожусь для борьбы, я не способен даже ненавидеть. Я только скорблю душевно, раздражаюсь, досадую, по ночам у меня горит голова от наплыва мыслей, и я не могу спать… Ах, если б я был молод!
Я был убежден в этом и решил уйти, как только бабушка вернется в город, — она всю зиму жила в Балахне, приглашенная кем-то учить девиц плетению кружев. Дед снова жил в Кунавине, я не ходил к нему, да и он,
бывая в городе, не посещал меня. Однажды мы столкнулись на улице; он шел в тяжелой енотовой шубе, важно и медленно, точно поп, я поздоровался с ним; посмотрев на меня из-под ладони, он задумчиво проговорил:
Неточные совпадения
Мазурка раздалась.
Бывало, // Когда гремел мазурки гром, //
В огромной зале всё дрожало, // Паркет трещал под каблуком, // Тряслися, дребезжали рамы; // Теперь не то: и мы, как дамы, // Скользим по лаковым доскам. // Но
в городах, по деревням // Еще мазурка сохранила // Первоначальные красы: // Припрыжки, каблуки, усы // Всё те же; их не изменила // Лихая мода, наш тиран, // Недуг новейших россиян.
Сначала он не чувствовал ничего и поглядывал только назад, желая увериться, точно ли выехал из
города; но когда увидел, что
город уже давно скрылся, ни кузниц, ни мельниц, ни всего того, что находится вокруг
городов, не было видно и даже белые верхушки каменных церквей давно ушли
в землю, он занялся только одной дорогою, посматривал только направо и налево, и
город N. как будто не
бывал в его памяти, как будто проезжал он его давно,
в детстве.
Но все это было облечено самою тонкою светскостью, какая только
бывает в губернском
городе.
Покой был известного рода, ибо гостиница была тоже известного рода, то есть именно такая, как
бывают гостиницы
в губернских
городах, где за два рубля
в сутки проезжающие получают покойную комнату с тараканами, выглядывающими, как чернослив, из всех углов, и дверью
в соседнее помещение, всегда заставленною комодом, где устраивается сосед, молчаливый и спокойный человек, но чрезвычайно любопытный, интересующийся знать о всех подробностях проезжающего.
— Ну, так, по крайней мере, дайте мне слово
побывать у меня
в городе: восьмого июня я даю обед нашим городским сановникам.