Неточные совпадения
— Смирится он!.. Как же! Растопырь карман-от! — с усмешкой ответил Василий Фадеев. —
Не на таковского, брат, напали… Наш хозяин и в малом потакать
не любит, а тут
шутка ль, что вы наделали?.. Бунт!.. Рукава засучивать
на него начали, обстали со всех сторон. Ведь мало бы еще, так вы бы его в потасовку… Нечего тут и думать пустого —
не смирится он с вами… Так доймет, что до гроба жизни будете нонешний день поминать…
Сочна и жирна осетрина, но
не приглядна ему; вкусны картофельные оладьи с подливой из свежих грибов, но вспало
на ум Марку Данилычу, что повар разбойник нарочно злодейскую
шутку с ними сшутил, в великие дни госпожинок
на скоромном масле оладьи изжарил.
Еще годов
не выходило Лизавете Зиновьевне, как матушки да тетушки мало-мальски заметных по купечеству женихов стали намекать насчет сватовства, но Татьяна Андревна речи их поворачивала
на шутку.
— Чему же смеяться-то тут? — холодно промолвил Марко Данилыч. —
Не лиха беда от такого несчастья и совсем с ума своротить…
Шутка сказать, цела баржа судака!..
На плохой конец, двадцать тысяч убытку.
Сам
на себя
не может надивиться — смел и игрив он в последнее время среди женщин бывал, так и сыпáл перед ними речами любезными, веселил их
шутками и затейными разговорами, а теперь же слова промолвить
не может.
— Никитушка!.. Родной ты мой! — воскликнула она. — Насилу-то!.. Дождаться тебя
не могли!.. Голубчик ты мой!.. Погляди
на нее, извелась ведь вся — ночей
не спит,
не ест ничего почти, слова
не добьешься от нее… исстрадалась, измучилась!..
Шутка сказать — без малого пять месяцев!..
«Надо будет повидать татарина, — подумал Марко Данилыч, укладывая дорогие подарки, купленные для Дуни. — Дорого запросит, собака!.. Хлябин говорит, меньше тысячи целковых нельзя!..
Шутка сказать!..
На улице
не подымешь!.. Лучше б
на эту тысячу еще что-нибудь Дунюшке купить. Ну, да так уж и быть — пойду искать Махметку».
— Нарочно
не говорил я, что араратские рассказывают про иерусалимского старца и про христа и царя Максима, — сказал Денисов. — Боялся запугать ее. Ты ведь говорил, что от этих сказаний возникло в ней охлаждение к вере. Если она будет
на соборе, тоже ни слова об этом
не скажу. А надо, чтоб она была. Пускай
не радеет, пускай ничего
не говорит, оденется во что хочет…
Шутка сказать — миллион!
Не надо его упускать, надо, чтоб она волей или неволей осталась у вас.
— Тут
не шутки, а настоящее дело, — возразил Чапурин. — Выслушайте меня да по душе и дайте ответ. Вот дело в чем: Авдотья Марковна осталась теперь как есть круглой сиротой. В торговых и других делах ни она, ни Дарья Сергевна ничего
не разумеют — дело женское, эти дела им
не по разуму. По моему рассужденью, о чем я Авдотье Марковне еще до кончины покойника говорил и она
на то согласилась, — надо ей все распродать либо
на сроки сдать в кортому.
А сам думает: «Положили бы целковых сотнягу
на месяц, куда бы ни шло, можно бы было решиться. Тогда ежели где и редкостное выпадет, можно послать Иванушку, он наторел и по книгам, и по иконной части, и по редкостным вещам. Удатливая головушка! Хорошо, ежели бы столько положили. Да
не дадут.
Шутка сказать, тысяча двести целковых
на год…
Не дадут — это все одно мое рассужденье».
— Что, распевало? Аль ежовски посиделки отрыгаются?.. — с усмешкой спросил у него осиповский тысячник. — Или тебя уж очень сокрушила Лизка скорохватовская? Целу, слышь, ночь у тебя с ней были шолты́-болты́.
Шутка сказать,
на десять целковых прокормил да пропоил у этой паскуды Акулины! Станешь так широко мотать,
не хватит тебе, дурова голова, и миллиона. Акульке радость — во всю, чать, зиму столько ей
не выручить, сколько ты ей переплатил. С похмелья, что ли, хворается?..
— Видно, что так, — сказал
на то Патап Максимыч. — Опричь капиталов, домов, земель и прочего, одного приданого у ней тысяч
на сто, ежели
не больше. Побоялись мы в Вихореве его оставить,
не ровен случай, грешным делом загорится, из Груниной кладовой ничего
не вытащишь, а здесь в каменной у меня палатке будет сохраннее. Десять возов с сундуками привезли.
Шутка ли!
— Как же так вдруг решился?.. — начал было говорить Василий, озадаченный
не на шутку таким решеньем, и чуть было не прибавил: «И еще замыслил ехать с человеком, которого видишь в первый раз, который, может быть, и дрянь, и черт знает что!» И, полный недоверия, стал он рассматривать искоса Чичикова и увидел, что он держался необыкновенно прилично, сохраняя все то же приятное наклоненье головы несколько набок и почтительно-приветное выражение в лице, так что никак нельзя было узнать, какого роду был Чичиков.
Раскольников протеснился, по возможности, и увидал, наконец, предмет всей этой суеты и любопытства. На земле лежал только что раздавленный лошадьми человек, без чувств, по-видимому, очень худо одетый, но в «благородном» платье, весь в крови. С лица, с головы текла кровь; лицо было все избито, ободрано, исковеркано. Видно было, что раздавили
не на шутку.
Неточные совпадения
Вдовы Клико или Моэта // Благословенное вино // В бутылке мерзлой для поэта //
На стол тотчас принесено. // Оно сверкает Ипокреной; // Оно своей игрой и пеной // (Подобием того-сего) // Меня пленяло: за него // Последний бедный лепт, бывало, // Давал я. Помните ль, друзья? // Его волшебная струя // Рождала глупостей
не мало, // А сколько
шуток и стихов, // И споров, и веселых снов!
На возвратном пути я
не возобновлял нашего печального разговора; но
на пустые мои вопросы и
шутки она отвечала коротко и рассеянно.
Ведь случайности, хоть бы и выгоды какие-нибудь, беспокойны: они требуют хлопот, забот, беготни,
не посиди
на месте, торгуй или пиши, — словом, поворачивайся,
шутка ли!
Он тотчас увидел, что ее смешить уже нельзя: часто взглядом и несимметрично лежащими одна над другой бровями со складкой
на лбу она выслушает смешную выходку и
не улыбнется, продолжает молча глядеть
на него, как будто с упреком в легкомыслии или с нетерпением, или вдруг, вместо ответа
на шутку, сделает глубокий вопрос и сопровождает его таким настойчивым взглядом, что ему станет совестно за небрежный, пустой разговор.
— Ну вот,
шутка! — говорил Илья Ильич. — А как дико жить сначала
на новой квартире! Скоро ли привыкнешь? Да я ночей пять
не усну
на новом месте; меня тоска загрызет, как встану да увижу вон вместо этой вывески токаря другое что-нибудь, напротив, или вон ежели из окна
не выглянет эта стриженая старуха перед обедом, так мне и скучно… Видишь ли ты там теперь, до чего доводил барина — а? — спросил с упреком Илья Ильич.