Неточные совпадения
По лону реки мелькают лодочки рыбных ловцов, вдали из-за колена реки выбегает черными клубами дымящийся пароход, а клонящееся к закату солнце горит в высоком небосклоне, осыпая золотыми искрами речную шамру; ширятся в воздухе и сверкают под лучами небесного светила
белоснежные паруса и то́псели, вдали по красноватым отвесным горам правого берега выделяются обнаженные, ровно серебряные, слои алебастра, синеют на венце гор дубовые рощи, зеленеет орешник, густо поросший по отлогим откосам.
На ласки Дуни, на приветы ее отмалчивался, только что гладил жесткой рукой по нежной головке да только раз холодно поцеловал
белоснежное чело ненаглядной своей красавицы…
Багрецом
белоснежное нежное личико Дуни подернулось, когда вскинула она глазами на пышущего здоровьем, отвагой и весельем, опершись в бок левой рукой стоявшего перед ней со стаканом Самоквасова. Хочет что-то сказать и не может.
Облокотясь о борт и чуть-чуть склонясь стройным станом, Наташа до локтя обнажила
белоснежную руку, опустила ее в воду и с детской простотой, улыбаясь, любовалась на струйки, что игриво змеились вкруг ее бледно-розовой ладони.
И разметалась в постели. Высоко поднимается
белоснежная грудь, заревом пышут ланиты, глаза разгорелись, вся как в огне.
Чуть-чуть слегка развела
белоснежные руки, открыла глаза — они затуманены негой.
Утром, только что встала с постели Дуня, стала торопить Дарью Сергевну, скорей бы сряжалась ехать вместе с ней на Почайну. Собрались, но дверь широко распахнулась, и с радостным, светлым лицом вошла Аграфена Петровна с детьми. Веселой, но спокойной улыбкой сияла она. Вмиг
белоснежные руки Дуни обвились вокруг шеи сердечного друга. Ни слов, ни приветов, одни поцелуи да сладкие слезы свиданья.
— Да ты здорова ли? — заботно спрашивал отец, прикладывая широкую заскорузлую ладонь к
белоснежному челу дочери.
— Ничего. Полегоньку стали расторговываться, — отвечает Марко Данилыч, разрезывая окорочо́к
белоснежного московского поросенка. — Сушь почти всю продали, цены подходящие, двинулась и коренная. На нее цены так себе. Икра будет дорога. Орошин почти всю скупил, а он охулки нá руку не положит, такую цену заворотит, что на Масленице по всей России ешь блины без икры. Бедовый!..
Старухи все в синем, с темными матерчатыми, затканными золотом головными платками; молодицы в ситцевых и шелковых сарафанах с яркими головками, а заневестившиеся девицы в московских сарафанах с
белоснежными рукавами и с цветными платочками на головах.
Распахнулась
белоснежная сорочка, и откинулась наотлет, будто резцом художника из мрамора иссеченная, стройная рука…
Вот яркая зеленая луговина вся усеяна цветами — тут и голубые незабудки, и
белоснежные кувшинчики, и ярко-желтые купавки, и пестро-алые одолéни.
Задумалась Дуня. Спустилась с ее плеч сорочка, обнажилась
белоснежная грудь. Стыдливо взглянула она и торопливо закрылась.
Возненавидела она и прекрасное свое тело, с омерзением и злобой смотрит на роскошные девственные перси, на стройный, гибкий стан, на ноги, будто величайшим художником изваянные из
белоснежного мрамора, и… все прокляла, все мирское возненавидела.
Неточные совпадения
Да, Чичиков, уж ты не противься, одну безешку позволь напечатлеть тебе в
белоснежную щеку твою!
И глаза ее вдруг наполнились слезами; быстро она схватила платок, шитый шелками, набросила себе на лицо его, и он в минуту стал весь влажен; и долго сидела, забросив назад свою прекрасную голову, сжав
белоснежными зубами свою прекрасную нижнюю губу, — как бы внезапно почувствовав какое укушение ядовитого гада, — и не снимая с лица платка, чтобы он не видел ее сокрушительной грусти.
Не одни
белоснежные руки подымались из огнистого пламени к небесам, сопровождаемые жалкими криками, от которых подвигнулась бы самая сырая земля и степовая трава поникла бы от жалости долу.
Хозяйственные размахи Агафьи Матвеевны вдруг приостановились: осетрина,
белоснежная телятина, индейки стали появляться на другой кухне, в новой квартире Мухоярова.
За Клином огляделась я: // Равнина
белоснежная, // Да небо с ясным месяцем, // Да я, да тень моя…