Диди ладо, диди ладушки! Вы сцепитесь все за ручки, Да примите молодцов! Приходите, молодцы, во девичий хоровод. Выходите, удалые, ко красныим во кружок, Диди ладо, диди ладушки! В пары становитесь — сохи собирать, В пары, в пары собирайтесь — пашеньку пахать, Пашеньку пахать, сеять бел ленок, В пары, в пары, в пары, во зеленый во садок. Диди ладо, диди ладушки!
Вот хоть бы Аннушку мою взять — полюбилась она одному пареньку, третий год сохнет, сердечный, по ней, и, опричь ее, ни на какой девушке не желает жениться, да и моя-то, пожалуй, не прочь от него.
— Может, и увидишь, — улыбаясь, сказала Аграфена Петровна. — Теперь он ведь в здешних местах, был на ярманке, и мы с ним видались чуть не каждый день. Только у него и разговоров, что про тебя, и в Вихореве тоже. Просто сказать, сохнет по тебе, ни на миг не выходишь ты из его дум. Страшными клятвами теперь клянет он себя, что уехал за Волгу, не простившись с тобой. «Этим, — говорит, — я всю жизнь свою загубил, сам себя счастья лишил». Плачет даже, сердечный.
Кто любит родину? Ветер-бродяга ответил красному: — Кто плачет осенью Над нивой скошенной и снова Под вешним солнца В поле — босой и без шапки — Идет за сохой, — Он, лапотный, больше всех любит родину!