— И будешь возить по чужим дворам, когда дома угарно. Небойсь стыдно перед детьми свое зверство показывать… Вот так-то, Галактион Михеич! А ведь они, дети-то, и совсем большие вырастут. Вырасти-то вырастут, а к отцу путь-дорога заказана. Ах, нехорошо!.. Жену
не жалел, так хоть детей бы пожалел. Я тебе по-стариковски говорю… И обидно мне на тебя и жаль. А как жалеть, когда сам человек себя не жалеет?
В Кукарский завод скитники приехали только вечером, когда начало стемняться. Время было рассчитано раньше. Они остановились у некоторого доброхота Василия, у которого изба стояла на самом краю завода. Старец Анфим внимательно осмотрел дымившуюся паром лошадь и только покачал головой. Ведь, кажется, скотина, тварь бессловесная, а и ту
не пожалел он, — вон как упарил, точно с возом, милая, шла.
Неточные совпадения
— И то я их
жалею, про себя
жалею. И Емельян-то уж в годах. Сам
не маленький… Ну, вижу, помутился он, тоскует… Ну, я ему раз и говорю: «Емельян, когда я помру, делай, как хочешь. Я с тебя воли
не снимаю». Так и сказал. А при себе
не могу дозволить.
— Вот что, мамаша, кто старое помянет, тому глаз вон. Ничего больше
не будет. У Симы я сам выпрошу прощенье, только вы ее
не растравляйте.
Не ее, а детей
жалею. И вы меня простите. Так уж вышло.
И раньше муж
не любил ее по-настоящему, но
жалел, и она чувствовала себя покойно.
— Вы сейчас
не хотите понять, а потом будете
жалеть.
Харитина
не понимала, что Галактион приходил к ней умирать, в нем мучительно умирал тот простой русский купец, который еще мог
жалеть и себя и других и говорить о совести. Положим, что он
не умел ей высказать вполне ясно своего настроения, а она была еще глупа молодою бабьей глупостью. Она даже рассердилась, когда Галактион вдруг поднялся и начал прощаться...
— Ох, напрасно его в Сибирь
не сослали, —
жалел Харитон Артемьич, предчувствуя недоброе. — Еще зарежет с пьяных глаз.
Доктор вдруг замолчал, нахмурился и быстро начал прощаться. Мисс Дудль, знавшая его семейную обстановку,
пожалела доктора, которого, может быть, ждет дома неприятная семейная сцена за лишние полчаса, проведенные у постели больной. Но доктор
не пошел домой, а бесцельно бродил по городу часа три, пока
не очутился у новой вальцовой мельницы Луковникова.
Замараевы
не знали, как им и принять дорогого гостя, где его посадить и чем угостить. Замараев даже
пожалел про себя, что тятенька ничего
не пьет, а то он угостил бы его такою деревенскою настойкой по рецепту попа Макара, что с двух рюмок заходили бы в башке столбы.
Отец и сын на этот раз расстались мирно. Галактион даже съездил в Прорыв, чтобы повидаться с Емельяном, который
не мог приехать в Суслон, потому что его Арина Матвеевна была больна, — она в отсутствие грозного тестя перебралась на мельницу. Михей Зотыч делал вид, что ничего
не знает о ее присутствии. Этот обман тяготил всех, и Галактион от души
пожалел молчавшего, по обыкновению, Емельяна.
— Да вы никак сбесились, сороки? — зыкнул он на дочерей. — Разе такое теперь время, оглашенные? Серебро
жалеете, а мать
не жаль… Никому и ничего
не дам! Так и знайте… Пусть Лиодор пропивает, — мне ничего
не нужно.
Встреча с отцом вышла самая неудобная, и Галактион потом
пожалел, что ничего
не сделал для отца. Он говорил со стариком
не как сын, а как член банковского правления, и старик этого
не хотел понять. Да и можно бы все устроить, если бы
не Мышников, — у Галактиона с последним оставались попрежнему натянутые отношения. Для очищения совести Галактион отправился к Стабровскому, чтобы переговорить с ним на дому. Как на грех, Стабровский куда-то уехал. Галактиона приняла Устенька.
— Оставь…
Не надо, — удерживал его Михей Зотыч. — Пусть выспится молодым делом. Побранить-то есть кому бабочку, а
пожалеть некому. Трудненько молодой жить без призору…
Не сладко ей живется. Ох, грехи!..
—
Не стоит!.. Я сам сначала тоже
жалел себя, а потом… Одним словом,
не стоит говорить.
—
Пожалейте детей… я… я
не буду никому больше мешать.
Галактион возмущался, говорил ей дерзости, доводил до слез, а потом начинал
жалеть молча,
не имея сил проявить свою жалость активно.
Эти маленькие недоразумения
не мешали большой дружбе, и Замараев искренне
жалел безвременно погибшего друга.
От Стабровского Устенька вышла в каком-то тумане. Ее сразу оставила эта выдержка. Она шла и краснела, припоминая то, что говорил Стабровский. О, только он один понимал ее и с какою вежливостью старался
не дать этого заметить! Но она уже давно научилась читать между строк и понимала больше, чем он думал. В сущности сегодняшнее свидание с Харитиной было ее экзаменом. Стабровский, наконец, убедился в том, чего боялся и за что
жалел сейчас ее. Да, только он один будет знать ее девичью тайну.
Неточные совпадения
Но тише! Слышишь? Критик строгий // Повелевает сбросить нам // Элегии венок убогий // И нашей братье рифмачам // Кричит: «Да перестаньте плакать, // И всё одно и то же квакать, //
Жалеть о прежнем, о былом: // Довольно, пойте о другом!» // — Ты прав, и верно нам укажешь // Трубу, личину и кинжал, // И мыслей мертвый капитал // Отвсюду воскресить прикажешь: //
Не так ли, друг? — Ничуть. Куда! // «Пишите оды, господа,
Полицеймейстер, кажется,
не любил
жалеть вина; тостам
не было числа.
Эх, брат Чичиков, то есть как я
жалел, что тебя
не было.
Где дщерь, что отца своего земного, пьяницу непотребного,
не ужасаясь зверства его,
пожалела?» И скажет: «Прииди!
Но нет! нет! все сие втуне, и нечего говорить! нечего говорить!.. ибо и
не один уже раз бывало желаемое и
не один уже раз
жалели меня, но… такова уже черта моя, а я прирожденный скот!