— Спесивая стала, Наташенька… Дозваться я не могла тебя, так сама пошла: солдатке не до спеси. Ох, гляжу я на тебя, как ты маешься, так вчуже жаль… Кожу бы с себя ровно сняла да помогла тебе! Вон Горбатые не знают, куда
с деньгами деваться, а нет, чтобы послали хоть кобылу копны к зароду свозить.
Неточные совпадения
В кабаке стоял дым коромыслом. Из дверей к стойке едва можно было пробиться. Одна сальная свечка, стоявшая у выручки, едва освещала небольшое пространство, где действовала Рачителиха. Ей помогал красивый двенадцатилетний мальчик
с большими темными глазами. Он
с снисходительною важностью принимал
деньги, пересчитывал и прятал под стойку в стоявшую там деревянную «шкатунку».
— Вот и врешь: Окулко дает твоей матери
деньги, — неожиданно заявил Пашка
с убеждением.
— То-то вот и оно-то, што в орде хрестьянину самый раз, старички, — подхватывал Тит заброшенное словечко. — Земля в орде новая, травы ковыльные, крепкие, скотина всякая дешевая… Все к нам на заводы
с той стороны везут, а мы, этово-тово,
деньги им травим.
— И это знаю!.. Только все это пустяки. Одной поденщины сколько мы должны теперь платить. Одним словом, бросай все и заживо ложись в могилу… Вот француз все своею заграницей утешает, да только там свое, а у нас свое. Машины-то
денег стоят, а мы должны миллион каждый год послать владельцам… И без того заводы плелись кое-как, концы
с концами сводили, а теперь где мы возьмем миллион наш?
Опять тормозила петербургская контора, потому что весь вопрос сводился на
деньги; заводовладельцы привыкли только получать
с заводов миллионные прибыли и решительно ничего не вкладывали в дело от себя.
— Што хорошо, то хорошо, — заметил Артем, пряча
деньги в особый сундучок, который привез
с собой из службы. — Денежка первое дело.
— Ну, святая душа, смотри, уговор дороже
денег: битый небитого везет, — весело шутил Груздев, усаживаясь в свою кибитку
с Таисьей. — Не я тебя возил, а ты меня…
—
Деньги — дело наживное, —
с грустью ответил он на немой вопрос Петра Елисеича. — На наш век хватит… Для кого мне копить-то их теперь? Вместе
с Анфисой Егоровной наживали, а теперь мне все равно…
— А потому… Известно, позорили. Лесообъездчики
с Кукарских заводов наехали этак на один скит и позорили. Меду одного, слышь, пудов
с пять увезли, воску, крупчатки,
денег… Много добра в скитах лежит, вот и покорыстовались. Ну, поглянулось им, лесообъездчикам, они и давай другие скиты зорить… Большие
деньги, сказывают, добыли и теперь в купцы вышли. Дома какие понастроили, одежу завели, коней…
— И в скитах так же живут, — неохотно отвечал Мосей. — Те же люди, как и в миру, а только название одно: скит… Другие скитские-то, пожалуй, и похуже будут мирских. Этак вон сибирские старцы проезжали как-то по зиме…
С Москвы они, значит, ехали, от боголюбивых народов, и
денег везли
с собой уйму.
Убитый Кирилл лежал попрежнему в снегу ничком. Он был в одной рубахе и в валенках. Длинные темные волосы разметались в снегу, как крыло подстреленной птицы. Около головы снег был окрашен кровью. Лошадь была оставлена версты за две, в береговом ситнике, и Мосей соображал, что им придется нести убитого на руках. Эх, неладно, что он связался
с этими мочеганами: не то у них было на уме… Один за бабой погнался, другой за
деньгами. Того гляди, разболтают еще.
Так открыл торговлю солдат, выезжая по воскресеньям
с своим зеленым сундуком. А потом он сколотил из досок балаган и разложил товар по прилавку. Дальше явилась лавчонка вроде хлевушка. Торговля шла у солдата хорошо, потому что он стал давать поденщицам в долг под двухнедельную выписку, а получать
деньги ходил прямо в контору. Через два месяца зеленый сундук явился уж
с крупой, солью и разным приварком.
У Макара лежалых
денег не было, и семья
с трудом перебивалась изо дня в день.
Чеботаревы девки выносили
с промыслов и наряды и
деньги, а Наташка, сестра Окулка, пожилась около Груздева, когда тот еще был в силе.
— Ну, из этих-то денег ты и пошлешь десять тысяч в Совет за Петровское. Теперь деньги, которые находятся в конторе, — продолжал папа (Яков смешал прежние двенадцать тысяч и кинул двадцать одну тысячу), — ты принесешь мне и нынешним же числом покажешь в расходе. (Яков смешал счеты и перевернул их, показывая, должно быть, этим, что и деньги двадцать одна тысяча пропадут так же.) Этот же конверт
с деньгами ты передашь от меня по адресу.
Он прочел письмо и остался им доволен, особенно тем, что он вспомнил приложить деньги; не было ни жестокого слова, ни упрека, но не было и снисходительности. Главное же — был золотой мост для возвращения. Сложив письмо и загладив его большим массивным ножом слоновой кости и уложив в конверт
с деньгами, он с удовольствием, которое всегда возбуждаемо было в нем обращением со своими хорошо устроенными письменными принадлежностями, позвонил.
Неточные совпадения
Блажен, кто смолоду был молод, // Блажен, кто вовремя созрел, // Кто постепенно жизни холод //
С летами вытерпеть умел; // Кто странным снам не предавался, // Кто черни светской не чуждался, // Кто в двадцать лет был франт иль хват, // А в тридцать выгодно женат; // Кто в пятьдесят освободился // От частных и других долгов, // Кто славы,
денег и чинов // Спокойно в очередь добился, // О ком твердили целый век: // N. N. прекрасный человек.
Вдруг получил он в самом деле // От управителя доклад, // Что дядя при смерти в постеле // И
с ним проститься был бы рад. // Прочтя печальное посланье, // Евгений тотчас на свиданье // Стремглав по почте поскакал // И уж заранее зевал, // Приготовляясь,
денег ради, // На вздохи, скуку и обман // (И тем я начал мой роман); // Но, прилетев в деревню дяди, // Его нашел уж на столе, // Как дань, готовую земле.
Не дали даже ему распорядиться взять
с собой необходимые вещи, взять шкатулку, где были
деньги.
Это я заложу, заложу,
с тем чтобы купить на
деньги поместье.
Приезжай ко мне в самом деле нуждающийся да расскажи мне обстоятельно, как ты распорядишься
с моими
деньгами.