Неточные совпадения
Настоящее дело для нее наступило
с эпохой освобождения, когда
на месте Тетюева водворилась Раиса Павловна, и Родион Антоныч обязан был представлять массу докладных записок, отдельных мнений, проектов, соображений и планов.
Но случилось не так: сам Тетюев неожиданно получил чистую отставку, хотя и
с приличным пенсионом, а
на его
место, по протекции всесильного Прейна, был назначен Горемыкин.
За Тетюевым полетели
с своих
мест все другие приказчики, за исключением двух-трех, которые удержались
на своих
местах каким-то чудом.
— Тогда хлопотала, а теперь оставит Яшеньку
с носом и только, — засмеялась m-lle Эмма. — Не дорого дано… Да я
на месте Луши ни за что не пошла бы за эту деревянную лестницу… Очень приятно!.. А ты слышала, какой подарок сделал доктор Луше, когда она изъявила желание выйти за него замуж?
Надеждам и обещаниям Прейна Раиса Павловна давно знала настоящую цену и поэтому не обратила
на его последние слова никакого внимания. Она была уверена, что если слетит
с своего
места по милости Тетюева, то и тогда Прейн только умоет руки во всей этой истории.
Генерал
с своей стороны очень горячо и добросовестно отнесся к своей задаче и еще в Петербурге постарался изучить все дело, чтобы оправдать возложенные
на него полномочия, хотя не мог понять очень многого, что надеялся пополнить уже
на самом
месте действия.
— Не понимаете? Пустяки, батенька, нечего прикидываться… Если бы я был
на месте Прозорова, я прописал бы вам такую анатомию
с физиологией вместе, что небо в овчинку бы показалось. Кто Луше подарил маринованную глисту?
Он,
на месте Нины Леонтьевны, не сделал бы так, потому что еще кто знает, что впереди; для чего было бравировать
с первого шага.
— Я первый
на это никогда не соглашусь, — заявил Вершинин, — потому что это по меньшей мере глупо…
С какой стати ради Платона Васильича я буду рисковать своим
местом?
Амальхен тоже засмеялась, презрительно сморщив свой длинный нос. В самом деле, не смешно ли рассчитывать
на место главного управляющего всем этим свиньям, когда оно должно принадлежать именно Николаю Карлычу! Она
с любовью посмотрела
на статную, плечистую фигуру мужа и кстати припомнила, что еще в прошлом году он убил собственноручно медведя. У такого человека разве могли быть соперники?
В самом деле, как странно и нелепо устроен свет: даже если он, Тетюев, и не займет
места Горемыкина, все-таки благодаря борьбе
с Раисой Павловной он выдвинется наконец
на настоящую дорогу.
— А мы вас сегодня решили сменить, —
с улыбкой заметил Прейн. — Только еще не решили, кого выбрать
на место Платона Васильича. Генерал уважает его как честного человека, но что-то имеет против него…
В это время мимо них прошел Лаптев; он вел Лу-шу, отыскивая
место для кадрили. Девушка шла сквозь строй косых и завистливых взглядов
с гордой улыбкой
на губах. Раиса Павловна опять испытывала странное волнение и боялась взглянуть
на свою любимицу; по восклицанию Прейна она еще раз убедилась в начинавшемся торжестве Луши.
На верху скалы завязалась безмолвная борьба. Луша чувствовала, как к ней ближе и ближе тянулось потное, разгоряченное лицо; она напрягла последние силы, чтобы оторваться от
места и всей тяжестью тела тянулась вниз, но в этот момент железные руки распались сами собой. Набоб, схватившись за голову,
с прежним смирением занял свою старую позицию и глухо забормотал прерывавшимся шепотом...
Все шумно поднялись
с своих
мест и продолжали спорить уже стоя, наступая все ближе и ближе
на Родиона Антоныча, который, весь красный и потный, только отмахивался обеими руками. «А Прейн еще предлагает привести сюда мужиков…» — думал
с тоской бедный Ришелье, чувствуя, как почва начинает колебаться у него под ногами.
Луша слушала эту плохо вязавшуюся тираду
с скучающим видом человека, который знает вперед все от слова до слова. Несколько раз она нетерпеливо откидывала свою красивую голову
на спинку дивана и поправляла волосы, собранные
на затылке широким узлом; дешевенькое ситцевое платье красивыми складками ложилось около ног, открывая широким вырезом белую шею
с круглой ямочкой в том
месте, где срастались ключицы.
Прейн
на этот раз не отложил дела в долгий ящик, а сейчас же пригласил генерала к себе для необходимых совещаний. Прежде всего ему нужно было уломать генерала, а Тетюев пусть себе едет в Петербург, — там видно будет, что
с ним делать: дать ему ход или затереть
на каком-нибудь другом
месте.
—
С Горемыкиным?.. Ничего нет легче, генерал. Пусть он пока останется
на том же
месте, а мы тем временем успеем приискать подходящего преемника.
Неточные совпадения
Им овладело беспокойство, // Охота к перемене
мест // (Весьма мучительное свойство, // Немногих добровольный крест). // Оставил он свое селенье, // Лесов и нив уединенье, // Где окровавленная тень // Ему являлась каждый день, // И начал странствия без цели, // Доступный чувству одному; // И путешествия ему, // Как всё
на свете, надоели; // Он возвратился и попал, // Как Чацкий,
с корабля
на бал.
В возок боярский их впрягают, // Готовят завтрак повара, // Горой кибитки нагружают, // Бранятся бабы, кучера. //
На кляче тощей и косматой // Сидит форейтор бородатый, // Сбежалась челядь у ворот // Прощаться
с барами. И вот // Уселись, и возок почтенный, // Скользя, ползет за ворота. // «Простите, мирные
места! // Прости, приют уединенный! // Увижу ль вас?..» И слез ручей // У Тани льется из очей.
— Вот он вас проведет в присутствие! — сказал Иван Антонович, кивнув головою, и один из священнодействующих, тут же находившихся, приносивший
с таким усердием жертвы Фемиде, что оба рукава лопнули
на локтях и давно лезла оттуда подкладка, за что и получил в свое время коллежского регистратора, прислужился нашим приятелям, как некогда Виргилий прислужился Данту, [Древнеримский поэт Вергилий (70–19 гг. до н. э.) в поэме Данте Алигьери (1265–1321) «Божественная комедия» через Ад и Чистилище провожает автора до Рая.] и провел их в комнату присутствия, где стояли одни только широкие кресла и в них перед столом, за зерцалом [Зерцало — трехгранная пирамида
с указами Петра I, стоявшая
на столе во всех присутственных
местах.] и двумя толстыми книгами, сидел один, как солнце, председатель.
У всякого есть свой задор: у одного задор обратился
на борзых собак; другому кажется, что он сильный любитель музыки и удивительно чувствует все глубокие
места в ней; третий мастер лихо пообедать; четвертый сыграть роль хоть одним вершком повыше той, которая ему назначена; пятый,
с желанием более ограниченным, спит и грезит о том, как бы пройтиться
на гулянье
с флигель-адъютантом, напоказ своим приятелям, знакомым и даже незнакомым; шестой уже одарен такою рукою, которая чувствует желание сверхъестественное заломить угол какому-нибудь бубновому тузу или двойке, тогда как рука седьмого так и лезет произвести где-нибудь порядок, подобраться поближе к личности станционного смотрителя или ямщиков, — словом, у всякого есть свое, но у Манилова ничего не было.
Когда дорога понеслась узким оврагом в чащу огромного заглохнувшего леса и он увидел вверху, внизу, над собой и под собой трехсотлетние дубы, трем человекам в обхват, вперемежку
с пихтой, вязом и осокором, перераставшим вершину тополя, и когда
на вопрос: «Чей лес?» — ему сказали: «Тентетникова»; когда, выбравшись из леса, понеслась дорога лугами, мимо осиновых рощ, молодых и старых ив и лоз, в виду тянувшихся вдали возвышений, и перелетела мостами в разных
местах одну и ту же реку, оставляя ее то вправо, то влево от себя, и когда
на вопрос: «Чьи луга и поемные
места?» — отвечали ему: «Тентетникова»; когда поднялась потом дорога
на гору и пошла по ровной возвышенности
с одной стороны мимо неснятых хлебов: пшеницы, ржи и ячменя,
с другой же стороны мимо всех прежде проеханных им
мест, которые все вдруг показались в картинном отдалении, и когда, постепенно темнея, входила и вошла потом дорога под тень широких развилистых дерев, разместившихся врассыпку по зеленому ковру до самой деревни, и замелькали кирченые избы мужиков и крытые красными крышами господские строения; когда пылко забившееся сердце и без вопроса знало, куды приехало, — ощущенья, непрестанно накоплявшиеся, исторгнулись наконец почти такими словами: «Ну, не дурак ли я был доселе?