Протест свой он еще не считает достаточно сильным, ибо сказал, „что я сам для себя думаю обо всем чудодейственном, то про мой обиход при мне и остается, а не могу же я разделять бездельничьих желаний — отнимать у
народа то, что одно только пока и вселяет в него навык думать, что он принадлежит немножечко к высшей сфере бытия, чем его полосатая свинья и корова“.
Неточные совпадения
Вечером над разоренною молельной собирался
народ, и их, и наш церковный, и все вместе много и горестно плакали и, на конец
того, начали даже искать объятий и унии.
Тогда министр финансов сообщил будто бы обер-прокурору святейшего синода, что совершенное запрещение горячего вина, посредством сильно действующих на умы простого
народа религиозных угроз и клятвенных обещаний, не должно быть допускаемо, как противное не только общему понятию о пользе умеренного употребления вина, но и
тем постановлениям, на основании которых правительство отдало питейные сборы в откупное содержание.
— Вы вон школы заводите, что же? по-настоящему, как принято у глупых красных петухов, вас за это, пожалуй, надо хвалить, а как Термосесов практик,
то он не станет этого делать. Термосесов говорит: бросьте школы, они вредны;
народ, обучаясь грамоте, станет святые книги читать. Вы думаете, грамотность к разрушающим элементам относится? Нет-с. Она идет к созидающим, а нам надо прежде все разрушить.
— Впрочем, откупа уничтожены экономистами, — перебросился вдруг Препотенский. — Экономисты утверждали, что чем водка будет дешевле,
тем меньше ее будут пить, и соврали. Впрочем, экономисты не соврали; они знают, что для
того, чтобы
народ меньше пьянствовал, требуется не одно
то, чтобы водка подешевела. Надо, чтобы многое не шло так, как идет. А между
тем к новому стремятся не экономисты, а одни… «новые люди».
«Комплот демократических социалистов, маскирующихся патриотизмом, встречается повсюду, и здесь он группируется из чрезвычайно разнообразных элементов, и что всего вредоноснее, так это
то, что в этом комплоте уже в значительной степени участвует духовенство — элемент чрезвычайно близкий к
народу и потому самый опасный.
Этот духовный элемент, столь близкий к
народу, с другой стороны, видимо начинает сближаться и со всею земщиной,
то есть с поместным дворянством.
Г-н Туганов, быв здесь на вечере у здешнего исправника, говорил, что „от земли застят солнце“, очевидно разумея под словом земля —
народ, а под солнцем — монарха, но а кто же застит,
то уже не трудно определить, да, впрочем, он и сам это объяснил, сказав в разговоре, что он человек земский, а „губернатор калиф на час“.
И Данилка объяснил, что ему чуть не смертью грозят за
то, что он против протопопа просьбу подал, и в доказательство указал на свое мокрое и растерзанное рубище, доложив, что его сию минуту
народ с моста в реку сбросил.
Ахилла считал эти деньги вполне достаточными для
того, чтобы возвести монумент на диво временам и
народам, монумент столь огромный, что идеальный план его не умещался даже в его голове.
Ахилла сейчас же передал это
народу и непосредственно вслед за
тем вострубил своим непомерным голосом...
Он винился, что с голоду и холоду, всеми брошенный и от всех за свое беспутство гонимый, он ходил и скитался, и надумался, наконец, одеться чертом, и так пугал ночами
народ и таскал, что откуда попало, продавал жиду и
тем питался.
Упрямец! ускакал! // Нет ну́жды, я тебя нечаянно сыскал, // И просим-ка со мной, сейчас, без отговорок: // У князь-Григория теперь
народу тьма, // Увидишь человек нас сорок, // Фу! сколько, братец, там ума! // Всю ночь толкуют, не наскучат, // Во-первых, напоят шампанским на убой, // А во-вторых, таким вещам научат, // Каких, конечно, нам не выдумать с тобой.
Под берегом раскинуты // Шатры; старухи, лошади // С порожними телегами // Да дети видны тут. // А дальше, где кончается // Отава подкошенная, //
Народу тьма! Там белые // Рубахи баб, да пестрые // Рубахи мужиков, // Да голоса, да звяканье // Проворных кос. «Бог на́ помочь!» // — Спасибо, молодцы!
Католическое духовенство, правда, не встретит в массе китайского
народа той пылкости, какой оно требует от своих последователей, разве этот народ перевоспитается совсем, но этого долго ждать; зато не встретит и не встречает до сих пор и фанатического сопротивления, а только ленивое, систематическое противодействие со стороны правительства как политическую предосторожность.
Неточные совпадения
Выражается сильно российский
народ! и если наградит кого словцом,
то пойдет оно ему в род и потомство, утащит он его с собою и на службу, и в отставку, и в Петербург, и на край света.
— А ей-богу, так! Ведь у меня что год,
то бегают. Народ-то больно прожорлив, от праздности завел привычку трескать, а у меня есть и самому нечего… А уж я бы за них что ни дай взял бы. Так посоветуйте вашему приятелю-то: отыщись ведь только десяток, так вот уж у него славная деньга. Ведь ревизская душа стóит в пятистах рублях.
Но в продолжение
того, как он сидел в жестких своих креслах, тревожимый мыслями и бессонницей, угощая усердно Ноздрева и всю родню его, и перед ним теплилась сальная свечка, которой светильня давно уже накрылась нагоревшею черною шапкою, ежеминутно грозя погаснуть, и глядела ему в окна слепая, темная ночь, готовая посинеть от приближавшегося рассвета, и пересвистывались вдали отдаленные петухи, и в совершенно заснувшем городе, может быть, плелась где-нибудь фризовая шинель, горемыка неизвестно какого класса и чина, знающая одну только (увы!) слишком протертую русским забубенным
народом дорогу, — в это время на другом конце города происходило событие, которое готовилось увеличить неприятность положения нашего героя.
Трудно даже и сказать, почему это; видно, уже
народ такой, только и удаются
те совещания, которые составляются для
того, чтобы покутить или пообедать, как —
то: клубы и всякие воксалы [Воксал (англ. vauxholl) — увеселительное заведение, собрание; впоследствии это название было присвоено станционным помещениям на железной дороге.] на немецкую ногу.
Подымутся русские движения… и увидят, как глубоко заронилось в славянскую природу
то, что скользнуло только по природе других
народов…