Неточные совпадения
— Как это мы вас обогнали? — спрашивал дьякон, снимая с Женни салоп, между тем как его
жена целовала девиц своими пунцовыми губками.
Дьякон допел всю эту песенку с хоральным припевом и, при последнем куплете изменив этот припев в слова: «О Зевес! помилуй Сашеньку мою!»,
поцеловал у
жены руку и решительно закрыл фортепьяно.
Брюхачев стоял за
женою и по временам
целовал ее ручки, а Белоярцев, стоя рядом с Брюхачевым, не
целовал рук его
жены, но далеко запускал свои черные глаза под ажурную косынку, закрывавшую трепещущие, еще почти девственные груди Марьи Маревны, Киперской королевы. Сахаров все старался залепить вырванный попугаем клочок сапога, в то время как Завулонов, ударяя себя в грудь, говорил ему...
Сначала он жаловался
жене на ее нелюдимство, вредное для его отношений, потом стал надеяться, что это пройдет, старался втянуть
жену в новые интересы и с этою
целью записал ее в члены комитета грамотности и общества для вспомоществования бедным.
Сняв венцы с голов их, священник прочел последнюю молитву и поздравил молодых. Левин взглянул на Кити, и никогда он не видал ее до сих пор такою. Она была прелестна тем новым сиянием счастия, которое было на ее лице. Левину хотелось сказать ей что-нибудь, но он не знал, кончилось ли. Священник вывел его из затруднения. Он улыбнулся своим добрым ртом и тихо сказал: «
поцелуйте жену, и вы поцелуйте мужа» и взял у них из рук свечи.
Но, — продолжал он, уже смеясь и все
целуя жену: — почему ж ты видишь в этом надобность теперь? собираешься влюбиться в кого, Верочка, — да?
— Дорогие гости, — сказал он, — теперь, по старинной русской обыклости, прошу вас, уважили б вы дом мой, не наложили б охулы на мое хозяйство, прошу вас, дорогие гости, не побрезгали бы вы
поцеловать жену мою! Дмитриевна, становись в большом месте и отдавай все поцелуи, каждому поочередно!
Неточные совпадения
Предметом став суждений шумных, // Несносно (согласитесь в том) // Между людей благоразумных // Прослыть притворным чудаком, // Или печальным сумасбродом, // Иль сатаническим уродом, // Иль даже демоном моим. // Онегин (вновь займуся им), // Убив на поединке друга, // Дожив без
цели, без трудов // До двадцати шести годов, // Томясь в бездействии досуга // Без службы, без
жены, без дел, // Ничем заняться не умел.
Целый год
жену ласкал, // Цел-лый год же-ну лас-кал…
Ушли все на минуту, мы с нею как есть одни остались, вдруг бросается мне на шею (сама в первый раз), обнимает меня обеими ручонками,
целует и клянется, что она будет мне послушною, верною и доброю
женой, что она сделает меня счастливым, что она употребит всю жизнь, всякую минуту своей жизни, всем, всем пожертвует, а за все это желает иметь от меня только одно мое уважение и более мне, говорит, «ничего, ничего не надо, никаких подарков!» Согласитесь сами, что выслушать подобное признание наедине от такого шестнадцатилетнего ангельчика с краскою девичьего стыда и со слезинками энтузиазма в глазах, — согласитесь сами, оно довольно заманчиво.
Пускай лишусь
жены, детей, // Оставлен буду
целым светом, // Пускай умру на месте этом, // И разразит меня господь…
Зови меня вандалом: // Я это имя заслужил. // Людьми пустыми дорожил! // Сам бредил
целый век обедом или балом! // Об детях забывал! обманывал
жену! // Играл! проигрывал! в опеку взят указом! // Танцо́вщицу держал! и не одну: // Трех разом! // Пил мертвую! не спал ночей по девяти! // Всё отвергал: законы! совесть! веру!