Неточные совпадения
Существо это кряхтит
потому, что оно уже старо
и что оно не в силах нынче приподнять на дугу укладистый казанский тарантас с тою же молодецкою удалью, с которою оно поднимало его двадцать лет назад, увозя с своим барином соседнюю барышню.
—
Потому и странно, что не привыкли.
— Нет, я не пойду, Лиза, именно с тобою
и не пойду,
потому что здоровья мы ему с собою не принесем, а тебе уж так достанется, что
и места не найдешь.
— Власть, братец мой, такую имею,
и ничем ты мне этого возбранить не можешь,
потому что рыльце у тебя в пуху.
—
И должен благодарить,
потому что эта идеальность тебя до добра не доведет. Так вот
и просидишь всю жизнь на меревском дворе, мечтая о любви
и самоотвержении, которых на твое горе здесь принять-то некому.
Наконец, мы должны теперь, хотя на несколько минут, еще ближе подойти к этой нашей героине,
потому что, едва знакомые с нею, мы скоро потеряем ее из виду надолго
и встретимся с нею уже в иных местах
и при иных обстоятельствах.
В своей чересчур скромной обстановке Женни, одна-одинешенька, додумалась до многого. В ней она решила, что ее отец простой, очень честный
и очень добрый человек, но не герой, точно так же, как не злодей; что она для него дороже всего на свете
и что
потому она станет жить только таким образом, чтобы заплатить старику самой теплой любовью за его любовь
и осветить его закатывающуюся жизнь. «Все другое на втором плане», — думала Женни.
— Да какая ж драма? Что ж, вы на сцене изобразите, как он жену бил, как та выла, глядючи на красный платок солдатки, а потом головы им разнесла? Как же это ставить на сцену! Да
и борьбы-то нравственной здесь не представите,
потому что все грубо, коротко. Все не борется, а… решается. В таком быту народа у него нет своей драмы, да
и быть не может: у него есть уголовные дела, но уж никак не драмы.
А наша пить станет, сторублевыми платьями со стола пролитое пиво стирает, материнский образок к стене лицом завернет или совсем вынесет
и умрет голодная
и холодная,
потому что душа ее ни на одну минуту не успокоивается, ни на одну минуту не смиряется,
и драматическая борьба-то идет в ней целый век.
— Доктор! — сказала Лиза, став после чаю у одного окна. — Какие выводы делаете вы из вашей вчерашней истории
и вообще из всего того, что вы встречаете в вашей жизни, кажется, очень богатой самыми разнообразными столкновениями? Я все думала об этом
и желаю, чтобы вы мне ответили,
потому что меня это очень занимает.
Положим, Юстину Помаде сдается, что он в такую ночь вот беспричинно хорошо себя чувствует, а еще кому-нибудь кажется, что там вон по проталинкам сидят этакие гномики, обязанные веселить его сердце; а я думаю, что мне хорошо
потому, что этот здоровый воздух сильнее гонит мою кровь,
и все мы все-таки чувствуем эту прелесть.
Собственные труды
и беспокойства при этих сметах обыкновенно вовсе не принимаются в соображения,
потому что время
и руки ничего не стоят.
Зарницын, единственный сын мелкопоместной дворянской вдовы, был человек другого сорта. Он жил в одной просторной комнате с самым странным убранством, которое всячески давало посетителю чувствовать, что квартирант вчера приехал, а завтра непременно очень далеко выедет. Даже большой стенной ковер, составлявший одну из непоследних «шикозностей» Зарницына, висел микось-накось, как будто его здесь не стоило прибивать поровнее
и покрепче,
потому что владелец его скоро вон выедет.
Здесь Лизе не было особенно приютно,
потому что по зале часто проходили
и сестры,
и отец,
и беспрестанно сновали слуги; но она привыкла к этой беготне
и не обращала на нее ровно никакого внимания.
— Потому-то она
и женит его на себе.
Ревизор не пришел ни к какой определенной догадке,
потому что он не надевал мундира со дня своего выезда из университетского города
и в день своего отъезда таскался в этом мундире по самым различным местам.
Дарью Афанасьевну очень огорчала такая каторжная жизнь мужа. Она часто любила помечтать, как бы им выбиться из этой проклятой должности, а сам Нечай даже ни о чем не мечтал. Он вез как ломовая лошадь, которая, шатаясь
и дрожа, вытягивает воз из одного весеннего зажора, для того чтобы попасть с ним в другой,
потому что свернуть в сторону некуда.
Давыдовская любила Арапова просто
потому, что он молод, что с ним можно врать всякую скоромь
и, сидя у него, можно встречаться с разными молодыми людьми.
— Ничего, значит, народ не думает, — ответил Белоярцев, который незадолго перед этим вошел с Завулоновым
и сел в гостиной,
потому что в зале человек начал приготовлять закуску. — Думает теперича он, как ему что ни в самом что ни есть наилучшем виде соседа поприжать.
Райнер
и Рациборский не пили «польской старки», а все прочие, кроме Розанова, во время закуски два раза приложились к мягкой, маслянистой водке, без всякого сивушного запаха. Розанов не повторил,
потому что ему показалось, будто
и первая рюмка как-то уж очень сильно ударила ему в голову.
Ярошиньский всех наблюдал внимательно
и не давал застыть живым темам. Разговор о женщинах, вероятно, представлялся ему очень удобным,
потому что он его поддерживал во время всего ужина
и, начав полушутя, полусерьезно говорить об эротическом значении женщины, перешел к значению ее как матери
и, наконец, как патриотки
и гражданки.
Беспокойное шнырянье этого торопливого зверька чувствовалось только
потому, что из-под его ножек вылетали: «чела общественной лестницы»
и прочие умные слова, спутанные в самые беспутные фразы.
— Знаменитость! (франц.).] другие же просто говорили, что маркиза любила Оничку более всех
потому, что он был ее первенец,
и этому можно верить,
потому что родительская нежность маркизы к Оничке нимало не пострадала даже после того, когда московский пророк Иван Яковлевич назвал его «ослицей вааловой».
Рогнеда Романовна от природы была очень правдива,
и, может быть, она не лгала даже
и в настоящем случае, но все-таки ей нельзя было во всем верить на слово,
потому что она была женщина «политичная». — Давно известно, что в русском обществе недостаток людей политических всегда щедро вознаграждался обилием людей политичных,
и Рогнеда Романовна была одним из лучших экземпляров этого завода.
Рогнеда Романовна не могла претендовать ни на какое первенство,
потому что в ней надо всем преобладало чувство преданности, а Раиса Романовна
и Зоя Романовна были особы без речей. Судьба их некоторым образом имела нечто трагическое
и общее с судьбою Тристрама Шанди. Когда они только что появились близнецами на свет, повивальная бабушка, растерявшись, взяла вместо пеленки пустой мешочек
и обтерла им головки новорожденных. С той же минуты младенцы сделались совершенно глупыми
и остались такими на целую жизнь.
— А у вас что? Что там у вас? Гггааа! ни одного человека путного не было, нет
и не будет. Не будет, не будет! — кричала она, доходя до истерики. — Не будет
потому, что ваш воздух
и болота не годятся для русской груди…
И вы… (маркиза задохнулась) вы смеете говорить о наших людях,
и мы вас слушаем, а у вас нет терпимости к чужим мнениям; у вас Марат — бог; золото, чины, золото, золото да разврат — вот ваши боги.
— То-то я
и говорю, что мне, при моей полноте, совсем надобны особенные лекарства,
потому я, как засну с вечера, очень крепко засну, а как к заутреням в колокол, сейчас у меня вступит против сердца, тут вот в горле меня сдушит
и за спину хватает.
Здесь все тоже слушают другую старушенцию, а старушенция рассказывает: «Мать хоть
и приспит дитя, а все-таки душеньку его не приспит,
и душа его жива будет
и к Богу отъидет, а свинья, если ребенка съест, то она его совсем с душою пожирает,
потому она
и на небо не смотрит; очи горе не может возвести», — поясняла рассказчица, поднимая кверху ладони
и глядя на потолок.
— Крепкие старики, — объяснял щеголь. — Упрямы бывают, но крепкие, настоящие люди, своему отечеству патриоты. Я, разумеется, человек центральный; я, можно сказать, в самом центре нахожусь: политику со всеми веду,
потому что у меня все расчеты
и отправки,
и со всякими людьми я имею обращение, а только наши старики — крепкие люди: нельзя их ничем покорить.
Белоярцев сейчас же усики по губке расправил
и ножки засучил, как зеленый кузнечик: «мы, дескать, насчет девочки всегда как должно;
потому женский пол наипаче перед всем принадлежит свободному художеству».
Молодые люди уснули
и, кажется, весь дом заснул до полуночи. Но это только так казалось,
потому что Варвара Ивановна быстро припрыгнула на постели, когда в четвертом часу ночи в передней послышался смелый
и громкий звонок.
Одни утверждали, что он в Петербурге, но что его нельзя узнать,
потому что он ходит переодетый, в синих очках
и с выкрашенными волосами; другие утверждали, что видели Райнера в Париже, где он слоняется между русскими
и всякий день ходит то в парижскую префектуру, то в наше посольство.
— «Если изба без запора, то
и свинья в ней бродит», как говорит пословица. Соглашаюсь,
и всегда буду с этим соглашаться. Я не стану осуждать женщину за то, что она дает широкий простор своим животным наклонностям. Какое мне дело? Это ее право над собою. Но не стану
и любить эту женщину,
потому что любить животное нельзя так, как любят человека.
— Да
потому, что я всегда месяца за четыре вперед в оригиналах читаю все, о чем здесь пишут,
и переводных извращений терпеть не могу.
Дружба
и теплота их взаимных отношений все заходили далее
и далее. Часто целые короткие ночи просиживали они на холмике, говоря о своем прошедшем. О своем будущем они никогда не говорили,
потому что они были люди без будущего.
— Моя дочь пока еще вовсе не полновластная хозяйка в этом доме. В этом доме я хозяйка
и ее мать, — отвечала Ольга Сергеевна, показывая пальцем на свою грудь. — Я хозяйка-с,
и прошу вас не бывать здесь,
потому что у меня дочери девушки
и мне дорога их репутация.
Маркиза
и Романовны совсем оставили Лизу. Маркиза охладела к Лизе по крайней живости своей натуры, а Романовны охладели
потому, что охладела маркиза. Но как бы там ни было, а о «молодом дичке», как некогда называли здесь Лизу, теперь не было
и помина: маркиза устала от долгой политической деятельности.
— Я
потому и сказала, что вы меня не знаете…
— Нет, вы теперь объясните мне: согласны вы, чтобы гробовщики жили на одном правиле с столярями? — приставал бас с другой стороны Лизиной комнаты. — Согласны, — так так
и скажите. А я на это ни в жизнь, ни за что не согласен. Я сам доступлю к князю Суворову
и к министру
и скажу: так
и так
и извольте это дело рассудить,
потому как ваша на все это есть воля. Как вам угодно, так это дело
и рассудите, но только моего на это согласия никакого нет.
Потому голодный во сто раз сильнее чувствует всякую несправедливость,
и, стало быть, не прихоть породила идею в праве каждого на труд
и хлеб.
Лицо этого господина было неудобно рассмотреть,
потому что, защищаясь от досадливо бьющей в лицо мги, он почти до самых глаз закрывал себя поднятым воротником камлотовой шинели; но по бодрости, с которою он держится на балансирующей эгоистке, видно, что он еще силен
и молод.
Дом этот лет двенадцать был в спорном иске
и стоял пустой, а
потому на каждом кирпиче, на каждом куске штукатурки, на каждом вершке двора
и сада здесь лежала печать враждебного запустения.
Лиза оставалась неподвижною одна-одинешенька в своей комнате. Мертвая апатия, недовольство собою
и всем окружающим, с усилием подавлять все это внутри себя, резко выражались на ее болезненном личике. Немного нужно было иметь проницательности, чтобы, глядя на нее теперь, сразу видеть, что она во многом обидно разочарована
и ведет свою странную жизнь только
потому, что твердо решилась не отставать от своих намерений — до последней возможности содействовать попытке избавиться от семейного деспотизма.
— А нет, Анна Львовна, этого нельзя говорить, — снисходительно заметил Белоярцев. — Это только так кажется, а в существе это
и есть тот тонкий путь, которым разврат вводится в человеческое общество. Я вам подаю бурнус, я вам поднимаю платок, я перед вами растворяю двери,
потому что это ничего не стоит,
потому что это
и вам самим легко было бы сделать без моей помощи.
— Вам неприятно видеть Розанова,
потому что он напоминает вам ваше прошлое
и неловко уколол вас вашим бывшим художественным направлением.
Третья декада имела особенный интерес,
потому что в день ее окончания должен был огласиться месячный отчет Дома, а этим интересовались не только граждане, обитающие в Доме, но
и все прочие граждане, связанные с ними духовным единством.
Тогда положение дам, вошедших в этот общественный союз, было бы действительно улучшено,
потому что они, трудясь столько же, как все прочие, получили бы столько же
и удобств
и сбережений, как все прочие члены союза.
Я думаю, что наше дело пропало в самом начале,
и пропало оно
потому, что между нами находитесь вы, — продолжала Лиза.
Самой madame Мечниковой ничего на этот счет не приходило в голову, но Бертольди один раз, сидя дома за вечерним чаем, нашла в книжке, взятой ею у Агаты, клочок почтовой бумажки, на которой было сначала написано женскою рукою: «Я хотя
и не намерена делать вас своим оброчником
и ни в чем вас не упрекаю,
потому что во всем виновата сама, но меня очень обижают ваши ко мне отношения.
Я много думала над своим положением, много плакала, не беспокоя, однако, вас своими слезами
и находя, что вы ставите меня в роль, которая меня унижает в моих собственных глазах, решилась сказать вам: или перемените свое обращение со мною,
и я стану беречь
и любить вас, или оставьте меня в покое,
потому что таким, каковы вы были со мною до этой поры, вы мне решительно противны,
и я представляюсь себе ничтожною
и глупою».