По чести вам сказать, ее я не терплю. Ни в чем и никому я не был в жизнь обязан, И если я кому платил добром, То всё не потому, что был к нему привязан, А просто видел пользу в том.
Пусть так! — возьми назад, возьми Ты дружбу глупую — всё кончено меж нами, Я никогда не дорожил людьми, Тем боле гордецами! А чем же лучше ты меня! Тем, что беснуешься, кричишь ты без разбору. А я, рассудок свой храня, Немного говорю, да в пору!.. Чем виноват я, что жена Тебе немного неверна… С такою совестью измученной и грозной Тебе бы в монастырь, — а уж влюбляться поздно. А хочешь ты купить прощение грехов, Молчи, терпи…
Да! вот что! бедная, ее вы наказали За жертвы, за любовь… люби вас, шалунов, Потом терпи, кто ж виноват, она ли? Ан нет! Чай, сколько просьб и слов, Угроз и ласк, и слез, и обещаний Вы расточили перед ней, И всё зачем? из сущей дряни Повеселиться пять, шесть дней. Прекрасно, князь, прекрасно. Скажите-ка: она вас любит страстно? Вы долго волочились!.. о, злодей!..
Все сердце изорвалось! Не могу я больше терпеть! Матушка! Тихон! Грешна я перед Богом и перед вами! Не я ли клялась тебе, что не взгляну ни на кого без тебя! Помнишь, помнишь! А знаешь ли, что я, беспутная, без тебя делала? В первую же ночь я ушла из дому…
Служенье муз не терпит суеты; Прекрасное должно быть величаво: Но юность нам советует лукаво, И шумные нас радуют мечты… Опомнимся — но поздно! и уныло Глядим назад, следов не видя там. Скажи, Вильгельм, не то ль и с нами было, Мой брат родной по музе, по судьбам?