Неточные совпадения
— Кому ж иному может служить русский? Иссуши, Матерь Божия,
руку того, кто
поднимет ее
на помощь врагам отечества! И ты, если истинный христианин, если любишь святую Русь, должен не губить меня, а помогать мне.
В глазах Густава что-то было дикое; с ядовитою усмешкою он обращал их
на все окружавшее его; он весь дрожал. Записка упала из
рук. Паткуль
поднял ее.
Никогда, в самые мгновения величайшего
на меня гнева, когда я подставил ему ногу, чтоб он упал, или когда изорвал в клочки переложенную им с латинского книгу о реторической силе, — никогда не осмелился он
поднять на меня
руки своей.
„Любо!” — отвечал я с восторгом, стоя у ворот нашего дома, и стрельцы, радостно предрекая мне великую будущность, брали меня
на руки и с криками
поднимали на воздух.
Стража с офицером, вновь наряженным, вошла. Роза в безумии погрозила
на них пилою и голосом, походившим
на визг, заговорила и запела: „Тише!.. не мешайте мне… я пилю, допилю, друга милого спасу… я пилю, пилю, пилю…” В это время она изо всех сил пилила, не железо, но ногу Паткуля; потом зашаталась, стиснула его левою
рукою и вдруг пала. Розу
подняли… Она… была мертвая.
— Ну, если нынче нельзя не танцовать, так пойдемте, — сказала она, не замечая поклона Вронского, и быстро
подняла руку на плечо Корсунского.
«Проси у бога прощения за то, что
поднял руку на меня, богоданную тебе мать!» Молиться я должен был вслух, но я начал читать непотребные стихи.
Неточные совпадения
Сомненья нет: увы! Евгений // В Татьяну, как дитя, влюблен; // В тоске любовных помышлений // И день и ночь проводит он. // Ума не внемля строгим пеням, // К ее крыльцу, стеклянным сеням // Он подъезжает каждый день; // За ней он гонится, как тень; // Он счастлив, если ей накинет // Боа пушистый
на плечо, // Или коснется горячо // Ее
руки, или раздвинет // Пред нею пестрый полк ливрей, // Или платок
подымет ей.
Она
подняла на меня томный, глубокий взор и покачала головой; ее губы хотели проговорить что-то — и не могли; глаза наполнились слезами; она опустилась в кресла и закрыла лицо
руками.
Печорин сел верхом; я
поднял ее с земли и кое-как посадил к нему
на седло; он обхватил ее
рукой, и мы поехали назад.
И выхватив у Сони бумажку, Катерина Ивановна скомкала ее в
руках и бросила наотмашь прямо в лицо Лужина. Катышек попал в глаз и отскочил
на пол. Амалия Ивановна бросилась
поднимать деньги. Петр Петрович рассердился.
А ведь, пожалуй, и перемолола бы меня как-нибудь…» Он опять замолчал и стиснул зубы: опять образ Дунечки появился пред ним точь-в-точь как была она, когда, выстрелив в первый раз, ужасно испугалась, опустила револьвер и, помертвев, смотрела
на него, так что он два раза успел бы схватить ее, а она и
руки бы не
подняла в защиту, если б он сам ей не напомнил.