Неточные совпадения
Страстный поклонник всего великого, являлось
ли оно в лютеранине
или иноверце, в соотечественнике
или чужестранце, он питал уже с давнего времени пламенную любовь юноши к славе царя Алексеевича (так звали его запросто немцы) и успел напитать этим огнем воображение своих домашних.
Я ничего не понимал, но мне было приятно, очень приятно его слушать; не зная языка, мог я, однако ж, с помощью слуха сказать ему, что он читал: песни
ли ангелов, у престола Всевышнего поющих ему хвалу чистого сердца,
или безумный ропот беснующихся на творца своего, бунтующий ад
или красные, райские дни.
Выстрелы не повторялись; все было тихо. Конечно, Марс не вынимал еще грозного меча из ножен? не скрылся
ли он в засаде, чтобы лучше напасть на важную добычу свою? не хочет
ли, вместо железа
или огня, употребить силки татарские? Впрочем, пора бы уж чему-нибудь оказаться! — и оказалось. Послышались голоса, но это были голоса приятельские, именно цейгмейстеров и Фрицев. Первый сердился, кричал и даже грозился выколотить душу из тела бедного возничего; второй оправдывался, просил помилования и звал на помощь.
— Стыдно, Вульф! где у вас Минерва? — сказал пастор, с неудовольствием качая головою. — Чем терзать бедного служителя баронессы Зегевольд, который не обязан сторожить вашего Буцефала [Буцефал — дикий конь, укрощенный Александром Македонским и служивший ему. Вообще — необъезженная норовистая лошадь.], не лучше
ли поискать его? Пожалуй, вы и меня возьмете скоро в свою команду и заставите караулить целую шведскую кавалерию! Я требую, чтобы вы сию минуту отпустили Фрица,
или мы навеки расстаемся.
Неизвестно, без умысла
ли он не сказал своего имени служителю, встретившему его на террасе,
или с умыслом, по случаю бывшего у него с Адольфом шуточного спора, что невеста примет за жениха постороннего человека, следственно, забыла Адольфа и перестала его любить.
— Потише, повторяю вам, потише. Видите
ли кровь? я принужден был пустить вам ее. Теперь вы в моей команде, волей
или неволей, прошу не прогневаться. Спокойны
ли вы?
— Фельдмаршал, — продолжал офицер, — поднял ее и, успев прочесть только три первые слова — так именно приказано мне доложить вашему превосходительству, — повелел мне отвесть сюда подозрительного крестьянина за крепким караулом, отдать вам подметную цидулу и сказать, чтобы вы поволили исследовать, кто такой этот мужичок и не лазутчик
ли от шведов
или другой какой шельм, также и наказать его по усмотрению вашему. Он полагает, что подмет сей до вашей особы касается.
— Благодарствуем, любезный! — сказал офицер, понюхивая табак. — Не хочу ради вашей веры ни сгореть в огне, ни голодом умереть. Ты не морельщик [Морельщиками,
или филипповцами, назывались члены одной из раскольничьих сект; приверженцы этой секты особенно часто прибегали к самосожжению.]
ли?
По крайней мере, тятенька
или ваша маменька не живали
ли в России?
Говорят, она плакивала, слушая ее, от предчувствия
ли потери своего любимца
или от другой причины…
Филя. Ей, ей, право, велико слово! Вы знаете, какое у меня ухо: чуть кто на волос неверно споет, так и завизжит в нем, как поросенок
или тупая пила. Не сбедокурил бы над нами проводник. Молодец хоть куда! Пожалуй, на обе руки! Да еще не жид
ли: и нашим и вашим… Нас подвел ночью шведов побить, а днем подведет их, чтоб нас поколотить.
У подъемного моста, где были и ворота в замок, на берегу Метты, кто-то легонько кряхтел и покашливал по временам, от страха
ли,
или, может, то был сторож, желая дать знать своему господину, что он неусыпно исполняет обязанности свои.
— Если вы знаете все… — запинаясь, произнес мальчик, опуская руку и вставая на ноги, — как вас, господин, назвать?.. с здешнего
ли вы света
или с другого?
В углу гостиной отыскали мы своего старого знакомого пастора Глика, жарконько рассуждавшего с каким-то архитектором-философом о том, каким образом удобнее созидать храм просвещения: с низу
ли начинать, с середины
или с верху?
— Леший
ли ты
или человек, волею
или неволею, ты проведешь меня к восточной калитке, — закричал Паткуль, вынул шпагу из ножен и устремился на куст, откуда слышался голос.
Неточные совпадения
Кто ты, мой ангел
ли хранитель //
Или коварный искуситель: // Мои сомненья разреши.
Поедет
ли домой: и дома // Он занят Ольгою своей. // Летучие листки альбома // Прилежно украшает ей: // То в них рисует сельски виды, // Надгробный камень, храм Киприды //
Или на лире голубка // Пером и красками слегка; // То на листках воспоминанья, // Пониже подписи других, // Он оставляет нежный стих, // Безмолвный памятник мечтанья, // Мгновенной думы долгий след, // Всё тот же после многих лет.
Мой бедный Ленский! за могилой // В пределах вечности глухой // Смутился
ли, певец унылый, // Измены вестью роковой, //
Или над Летой усыпленный // Поэт, бесчувствием блаженный, // Уж не смущается ничем, // И мир ему закрыт и нем?.. // Так! равнодушное забвенье // За гробом ожидает нас. // Врагов, друзей, любовниц глас // Вдруг молкнет. Про одно именье // Наследников сердитый хор // Заводит непристойный спор.
Глядишь — и площадь запестрела. // Всё оживилось; здесь и там // Бегут за делом и без дела, // Однако больше по делам. // Дитя расчета и отваги, // Идет купец взглянуть на флаги, // Проведать, шлют
ли небеса // Ему знакомы паруса. // Какие новые товары // Вступили нынче в карантин? // Пришли
ли бочки жданных вин? // И что чума? и где пожары? // И нет
ли голода, войны //
Или подобной новизны?
— Историю… — тут Чичиков остановился, и оттого
ли, что перед ним сидел генерал,
или просто чтобы придать более важности предмету, прибавил: — историю о генералах, ваше превосходительство.