Неточные совпадения
Говорят, что в физиономии каждого
человека есть какой-то отпечаток звериного или птичьего первообраза; можно
сказать, что в его физиономии было что-то соловьиное.
«Очень рад, очень рад с вами познакомиться, молодой
человек, —
сказал сенатор, положив руку на плечо Пшеницына.
Не знаю, какой дурной
человек выучил Ваню разыгрывать роль городничего, отыскивающего своих арестантов. Все помирали со смеху, когда мальчик, щуря глаза и ныряя по сторонам, взывал тоненьким, пискливым голосом: «Арестанты! арестанты! где вы?» Но Ларивон скоро прекратил эту комедию,
сказав Ване, что стыдно и грешно передразнивать покойника.
В ту же минуту, с быстротой электрического телеграфа,
сказал бы я, если б электричество было тогда изобретено, и потому
скажу — с быстротой стоустой молвы, честный, благородный, примерный поступок Герасима Сазоныча разносится по городу и доходит до ушей значительного
человека, который, по болезни или по домашним обстоятельствам, остановился в городе Значительный
человек в неописанном восторге от этого неслыханного подвига, желает видеть в лицо городничего, чтобы удержать благородные черты его в своей памяти, рассыпается в похвалах ему, говорит, что расскажет об этом по всему пути своему, в Петербурге, когда туда приедет, везде, где живут
люди.
Можно
сказать, что в Подсохине были два
человека: один — хороший отец семейства, домовитый хозяин, исправный офицер, примерный судья; другой — чудак, в арлекинском, писчем сюртуке, воображающий его цицероновской тогой, всегда на ходулях, самолюбивый до безрассудства. Когда он в обществе рассуждал о чем-нибудь, он говорил просто, ясно и умно, шутил, не оскорбляя никого, умнейшему собеседнику всегда уступал первенство. Как он писал, мы уж видели.
Надо
сказать еще, что в отношениях к
людям, которых Максим Ильич любил, он был особенно мягок и податлив.
Нельзя
сказать, что он совершил это путешествие на долгих, потому только, что ехал на одной лошадке, которою управлял слуга, готовый, как и всякий русский
человек, на все должности и мастерства.
Меня дрожь так и проняла, говорю мужичку: «Скажи-ка, добрый
человек, куда это мы заехали?» А он и брякни мне с сердцем: «Урочище „стыдно
сказать“.
— Следы меланхолического характера… Еще прибавлю — и я буду с вами откровенен, как преданный вам
человек — может быть оттого, что я в жизни моей не знал счастья, именно сердечного, душевного счастья. Лучше
скажу, я был очень, очень несчастлив. Но как же вы… заметили?
Вот что: все, что о несчастной жизни Волгина
сказали его
люди старому слуге Горлицына, было справедливо. Об одном они только умолчали, что сумасшедшая жена еще была жива.
— Потешается?.. Не может быть, неправда! —
сказала с одушевлением Катя; но, поняв, что слишком резко отвечала отцу и могла этим оскорбить его, стала к нему ласкаться и промолвила: — Зачем же, папаша, обижать напрасно доброго, благородного
человека?
— Он добрый, достойный
человек, — говорила она отцу, — я хочу, я буду его любить… Только прошу у вас три дня сроку… Только три дня, — повторяла она с твердостью, — а там, не спрашивая меня,
скажите ему, что я согласна.
— Знаю, знаю, мой невинный ангел, но это не я говорю, это
скажут люди, свет, и никогда не простят тебе этого. Пойми, ради Бога, чего я хочу. Я хочу, чтоб ты и в глазах света была чиста и безукоризненна, какова ты в самом деле…
Неточные совпадения
Городничий. Да я так только заметил вам. Насчет же внутреннего распоряжения и того, что называет в письме Андрей Иванович грешками, я ничего не могу
сказать. Да и странно говорить: нет
человека, который бы за собою не имел каких-нибудь грехов. Это уже так самим богом устроено, и волтерианцы напрасно против этого говорят.
Анна Андреевна. Ну,
скажите, пожалуйста: ну, не совестно ли вам? Я на вас одних полагалась, как на порядочного
человека: все вдруг выбежали, и вы туда ж за ними! и я вот ни от кого до сих пор толку не доберусь. Не стыдно ли вам? Я у вас крестила вашего Ванечку и Лизаньку, а вы вот как со мною поступили!
«Скучаешь, видно, дяденька?» // — Нет, тут статья особая, // Не скука тут — война! // И сам, и
люди вечером // Уйдут, а к Федосеичу // В каморку враг: поборемся! // Борюсь я десять лет. // Как выпьешь рюмку лишнюю, // Махорки как накуришься, // Как эта печь накалится // Да свечка нагорит — // Так тут устой… — // Я вспомнила // Про богатырство дедово: // «Ты, дядюшка, —
сказала я, — // Должно быть, богатырь».
Пришел в ряды последние, // Где были наши странники, // И ласково
сказал: // «Вы
люди чужестранные, // Что с вами он поделает?
«Тсс! тсс! —
сказал Утятин князь, // Как
человек, заметивший, // Что на тончайшей хитрости // Другого изловил. — // Какой такой господский срок? // Откудова ты взял его?» // И на бурмистра верного // Навел пытливо глаз.