Неточные совпадения
Воображение, настроенное этими утешительными мыслями, представило ему панораму Москвы через стекло более благоприятное. Он привел в нее весну с ее волшебною жизнью, заставил реку бежать в ее разнообразных красивых берегах, расцветил слободы садами и дохнул на них ароматом,
ударил перстами ветерка
по струнам черного бора и извлек из него чудные аккорды, населил все это благочестием, невинностью, любовью, патриархальными нравами, и Москва явилась перед ним, обновленная поэзией ума и сердца.
— Старые колдуньи! — вскричал в ужасной досаде Фриц, выслушав рассказ своего пациента. — Я отучу их собираться на поминки к живым людям. А этот бесенок, из одного сатанинского с ними гнезда, напляшется досыта под мои цимбалы [Цимбалы — многострунный ударный инструмент, на котором играют,
ударяя по струнам палочками.]! Однако ж, пока им достанется от меня, надобно подумать, как дотащить вас до кирки.
— Нет, эту мы к концу приберегаем, — отвечал Веретьев и,
ударив по струнам, протяжно затянул: «Солнце на закате».
Неточные совпадения
— Не минем и писаря! А у меня, как нарочно, сложилась в уме славная песня про голову. Пойдемте, я вас ее выучу, — продолжал Левко,
ударив рукою
по струнам бандуры. — Да слушайте: попереодевайтесь, кто во что ни попало!
Когда, бывало, он, усевшись на лавке в углу, крепко притиснув скрипку бритым подбородком и ухарски заломив высокую смушковую шапку на затылок,
ударял кривым смычком
по упругим
струнам, тогда редко кто в корчме мог усидеть на месте.
Она открыла ноты, не сильно
ударила по клавишам левой рукой. Сочно и густо запели
струны. Вздохнув глубоко, к ним прилилась еще нота, богатая звуком. Из-под пальцев правой руки, светло звеня, тревожной стаей полетели странно прозрачные крики
струн и закачались, забились, как испуганные птицы, на темном фоне низких нот.
Был ли таков Хвалынцев на самом деле — это уж другой вопрос; но ей стало иногда казаться теперь, будто он таков, и в таком ее взгляде на него — надо сознаться — чуть ли не главную роль играло эгоистическое чувство любви к отвернувшемуся от нее человеку и женское самолюбие,
по струнам которого он больно
ударил тем, что предпочел ей другую, «до такой степени», до полного самопожертвования.
Мы с графом вскочили… Захлопали почти одновременно несколько дверей, и к нам в комнату вбежала Ольга. Она была бледна, как снег, и дрожала, как
струна,
по которой сильно
ударили. Волосы ее были распущены, зрачки расширены. Она задыхалась и мяла между пальцами грудные сборки своего ночного пеньюара…