— Нет, подождите, не перебивайте меня. Я выскажусь до конца, а потом вы выскажете ваши
за и против. Но объясните вы мне, пожалуйста, когда вы утром прицеливались в меня из револьвера, что вы хотели? Неужели убить меня?
Неточные совпадения
Пришел постоянный гость, любовник Соньки Руль, который приходил почти ежедневно
и целыми часами сидел около своей возлюбленной, глядел на нее томными восточными глазами, вздыхал, млел
и делал ей сцены
за то, что она живет в публичном доме, что грешит
против субботы, что ест трефное мясо
и что отбилась от семьи
и великой еврейской церкви.
Симеон не любил, когда приходили большими компаниями, — это всегда пахло скандалом в недалеком будущем; студентов же он вообще презирал
за их мало понятный ему язык,
за склонность к легкомысленным шуткам,
за безбожие
и, главное —
за то, что они постоянно бунтуют
против начальства
и порядка.
Но Лихонин вдруг почувствовал колючую стыдливую неловкость
и что-то враждебное
против этой, вчера ему незнакомой женщины, теперь — его случайной любовницы. «Начались прелести семейного очага», — подумал он невольно, однако поднялся со стула, подошел к Любке
и, взяв ее
за руку, притянул к себе
и погладил по голове.
Любка иногда тайком следила
за ним, когда он уходил из дома, останавливалась
против того подъезда, куда он входил,
и часами дожидалась его возвращения для того, чтобы упрекать его
и плакать на улице.
— О, если хотите, милая Тамара, я ничего не имею
против вашей прихоти. Только для чего? Мертвому человеку это не поможет
и не сделает его живым. Выйдет только одна лишь сентиментальность… Но хорошо! Только ведь вы сами знаете, что по вашему закону самоубийц не хоронят или, — я не знаю наверное, — кажется, бросают в какую-то грязную яму
за кладбищем.
Мы все трое значились студентами разных курсов и факультетов. Но проводы наши были самые скромные, несколько ближайших приятелей пришли проститься, немножко, вероятно, выпили, и только. Сплоченного товарищества по курсам, если не по факультетам, не существовало. Не помню, чтобы мои однокурсники особенно заинтересовались моим добровольным переходом, расспрашивали бы меня о мотивах такого coup de tete, приводили бы доводы
за и против.
Было видно, что он тщательно взвешивает в уме все
за и против, и, когда после этого твердым почерком вносил в журнал ту или иную цифру, чувствовалось, что она поставлена обдуманно и справедливо.
Камердинер был человек умный и сметливый, и хотя его очень поразила нежданная милость господина, но в два мига он расчел все шансы pro и contra [
за и против (лат.).] и попросил у него поцеловать ручку за милость и неоставление: нареченный жених понял, в чем дело; однако ж, думал он, не совсем же в немилость посылают Авдотью Емельяновну, коли за меня отдают: я человек близкий, да и баринов нрав знаю; да и жену иметь такую красивую недурно.
Gnadige Frau несколько мгновений, видимо, колебалась, но потом, как бы сообразив pro и contra [
за и против (лат.).], сказала Сусанне:
Неточные совпадения
Сажают прямо
против Тани, //
И, утренней луны бледней //
И трепетней гонимой лани, // Она темнеющих очей // Не подымает: пышет бурно // В ней страстный жар; ей душно, дурно; // Она приветствий двух друзей // Не слышит, слезы из очей // Хотят уж капать; уж готова // Бедняжка в обморок упасть; // Но воля
и рассудка власть // Превозмогли. Она два слова // Сквозь зубы молвила тишком //
И усидела
за столом.
И вот из ближнего посада, // Созревших барышень кумир, // Уездных матушек отрада, // Приехал ротный командир; // Вошел… Ах, новость, да какая! // Музыка будет полковая! // Полковник сам ее послал. // Какая радость: будет бал! // Девчонки прыгают заране; // Но кушать подали. Четой // Идут
за стол рука с рукой. // Теснятся барышни к Татьяне; // Мужчины
против;
и, крестясь, // Толпа жужжит,
за стол садясь.
Ах, да! я ведь тебе должен сказать, что в городе все
против тебя; они думают, что ты делаешь фальшивые бумажки, пристали ко мне, да я
за тебя горой, наговорил им, что с тобой учился
и отца знал; ну
и, уж нечего говорить, слил им пулю порядочную.
Остановясь
против смутившейся княжны
и заложив руки
за спину, он уставил на нее мутно-серые глаза
и произнес хриплым дишкантом:
За большим столом ужинала молодежь,
и между ними Грушницкий. Когда я вошел, все замолчали: видно, говорили обо мне. Многие с прошедшего бала на меня дуются, особенно драгунский капитан, а теперь, кажется, решительно составляется
против меня враждебная шайка под командой Грушницкого. У него такой гордый
и храбрый вид…