Неточные совпадения
Да, конечно же, нет в русской армии ни одного порочного полка. Есть, может быть, бедные, загнанные в непроходимую глушь, забытые высшим начальством, огрубевшие полки. Но все они не ниже прославленной гвардии. Да, наконец… и тут перед Александровым встает давно где-то вычитанный древний греческий анекдот: «Желая посрамить одного из
знаменитых мудрецов, хозяева на званом обеде посадили его на самое отдаленное и неудобное
место. Но мудрец сказал с кроткой улыбкой: „Вот средство сделать последнее
место первым“.
Верить этому утверждению Ницше решительно невозможно. Уж из биографии его мы знаем, что в детстве он был глубоко религиозен; товарищи даже прозвали его «маленьким пастором». Но если бы мы даже не знали этого, сами произведения Ницше сказали бы нам, каким колоссальным «событием» была для Ницше потеря веры в бога. Стоит только вспомнить
знаменитое место из «Веселой науки». Сумасшедший бегает с фонарем средь бела дня и кричит:
Неточные совпадения
— На сем
месте я люблю философствовать, глядя на захождение солнца: оно приличествует пустыннику. А там, подальше, я посадил несколько деревьев, любимых Горацием. [Гораций Флакк Квинт (65–8 гг. до н. э.) —
знаменитый римский поэт. В своих одах и посланиях воспевал наслаждения жизнью на лоне природы.]
В одном
месте было зарыто две бочки лучшего Аликанте [Аликанте — вино, названное по местности в Испании.], какое существовало во время Кромвеля [Кромвель, Оливер (1599–1658) — вождь Английской буржуазной революции XVII века.], и погребщик, указывая Грэю на пустой угол, не упускал случая повторить историю
знаменитой могилы, в которой лежал мертвец, более живой, чем стая фокстерьеров.
Словом, это был не кто иной, как
знаменитый П. Г. Зайчневский, тайно пробравшийся из
места ссылки на несколько дней в Москву.
Вот рядом огромные дома Румянцева, в которых было два трактира — «Пересыльный» и «Сибирь», а далее, в доме Степанова, трактир «Каторга», когда-то принадлежавший
знаменитому укрывателю беглых и разбойников Марку Афанасьеву, а потом перешедший к его приказчику Кулакову, нажившему состояние на насиженном своим старым хозяином
месте.
Уже много лет спустя его сын, продолжавший отцовское дело, воздвиг на
месте двухэтажного дома тот большой, что стоит теперь, и отделал его на заграничный манер, устроив в нем
знаменитую некогда «филипповскую кофейную» с зеркальными окнами, мраморными столиками и лакеями в смокингах…