Неточные совпадения
Он сделался главой этого милого хохлацкого хутора, затерявшегося среди суровых параллельных улиц Петербурга. Было в нем что-то влекущее, чарующее, неотразимое. И все удавалось ему шутя, словно мимоходом. Теперь я уже окончательно верил в его
победу над севером, но что-то необъяснимое, что-то тревожное не выходило из моей души, когда я
думал о нем.
— Помнишь наш разговор
о севере и юге, еще тогда давно, помнишь? Не
думай, я от своих слов не отпираюсь. Ну, положим, я не выдержал борьбы, я погиб… Но за мной идут другие — сотни, тысячи других. Ты пойми — они должны одержать
победу, они не могут не победить. Потому что там черный туман на улицах и в сердцах и в головах у людей, а мы приходим с ликующего юга, с радостными песнями, с милым ярким солнцем в душе. Друг мой, люди не могут жить без солнца!
Неточные совпадения
— Именно какое дело? — продолжал он. Если ты
думаешь, что в наших отношениях не играет роль с моей стороны никакое чувство, если ты полагаешь, что мизерною подачкою в Москву ты купила меня, то поздравляю тебя с такою
победою, а себя с таким твоим лестным мнением
о моей особе.
С неделю после поражения татар царь принимал в своей опочивальне Басманова, только что прибывшего из Рязани. Царь знал уже
о подробностях битвы, но Басманов
думал, что объявит
о ней первый. Он надеялся приписать себе одному всю честь
победы и рассчитывал на действие своего рассказа, чтобы войти у царя в прежнюю милость.
Я буду мужа любить, Тиша, голубчик мой, ни на кого тебя не променяю!» Но усилие уже выше ее возможности; через минуту она чувствует, что ей не отделаться от возникшей любви: «Разве я хочу
о нем
думать, — говорит она, — да что делать, коли из головы нейдет?» В этих простых словах очень ясно выражается, как сила естественных стремлений неприметно для самой Катерины одерживает в ней
победу над всеми внешними требованиями, предрассудками и искусственными комбинациями, в которых запутана жизнь ее.
Получив известие
о взятии Чернышева, Кар совершенно упал духом и
думал уже не
о победе над презренным бунтовщиком, но
о собственной безопасности.
Было странно и неловко слушать, что они сами
о себе говорят столь бесстыдно. Я знал, как говорят
о женщинах матросы, солдаты, землекопы, я видел, что мужчины всегда хвастаются друг перед другом своей ловкостью в обманах женщин, выносливостью в сношениях с ними; я чувствовал, что они относятся к «бабам» враждебно, но почти всегда за рассказами мужчин
о своих
победах, вместе с хвастовством, звучало что-то, позволявшее мне
думать, что в этих рассказах хвастовства и выдумки больше, чем правды.