Неточные совпадения
С утра до вечера Стаканыч мастерил из разноцветных бумажек, тонкой проволоки и бисера какие-то удивительно хитрые коробочки. Раз или два в год он отсылал их партиями своему сыну Васе, служившему где-то в уездном театре, «на выходах». Если же он не клеил коробочек, то
раскладывал на своей кровати
пасьянсы, которых знал чрезвычайно много.
Стаканыч, сидя на кровати по-турецки,
раскладывал на одеяле старыми, почерневшими и распухшими от времени картами один из самых длинных своих
пасьянсов — «двенадцать спящих дев», который он, из уважения к его сложности и числовому наименованию,
раскладывал только по двунадесятым праздникам.
Перед обедом он засыпал где-нибудь в саду, потом за обедом веселил и смешил тетушек своей веселостью, потом ездил верхом или катался на лодке и вечером опять читал или сидел с тетушками,
раскладывая пасьянс.
Воротившись домой, пили чай. В углу залы был большой круглый стол, на нем лампа с очень большим абажуром, — тот уголок не раз был зарисован художниками. Перешли в этот уголок. Софья Андреевна
раскладывала пасьянс… Спутник наш, земец Г., сходил в прихожую и преподнес Толстому полный комплект вышедших номеров журнала «Освобождение», в то время начавшего издаваться за границей под редакцией П. Б. Струве.
Неточные совпадения
Не это, так играют в дураки, в свои козыри, а по праздникам с гостями в бостон, или
раскладывают гран-пасьянс, гадают на червонного короля да на трефовую даму, предсказывая марьяж.
Домой воротились, когда уже стемнело; Варавка, сидя в столовой, мычал,
раскладывая сложнейший
пасьянс, доктор, против него, перелистывал толстый ежемесячник.
Когда у нее нет работы —
пасьянсы раскладывает; я спросил: «О чем гадаете?» — «Скоро ли будет у нас конституция».
Вихров пошел. В передней их встретил заспанный лакей; затем они прошли темную залу и темную гостиную — и только уже в наугольной, имеющей вид кабинета, увидели хозяина, фигура которого показалась Вихрову великолепнейшею. Петр Петрович, с одутловатым несколько лицом, с небольшими усиками и с эспаньолкой, с огромным животом, в ермолке, в плисовом малиновом халате нараспашку, с ногами, обутыми в мягкие сапоги и, сверх того еще, лежавшими на подушке, сидел перед маленьким столиком и
раскладывал гран-пасьянс.
Елена взялась за книгу, потом за шитье, потом опять за книгу; потом она дала себе слово пройтись сто раз по одной аллее, и прошлась сто раз; потом она долго смотрела, как Анна Васильевна
пасьянс раскладывала… да взглянула на часы: еще десяти не было.