Но человек, занимающий иерархически высшее и центральное положение, призванный быть
добрым царем природы, заразил всю природу, все иерархически низшие существа грехом и отступничеством и стал рабом той низшей природы, перед которой так страшно виновен и которую должен оживить.
Выходило бы так, что я, еще ребенок, из сочувствия к моему приятелю, находящемуся в рабстве у пана Уляницкого, всей душою призываю реформу и молюсь за
доброго царя, который хочет избавить всех купленных мальчиков от злых Уляницких…
Неточные совпадения
Что заутра мне,
доброму молодцу, в допрос идти // Перед грозного судью, самого
царя.
Не шуми, мати зелена дубровушка! // Не мешай
добру молодцу думу думати, // Как заутра мне,
добру молодцу, на допрос идти // Перед грозного судью, самого
царя…
Когда его выбрали
царем, царевич послал за город привести к себе своих товарищей. Когда им сказали, что их требует
царь, они испугались: думали, что они сделали какую-нибудь вину в городе. Но им нельзя было убежать, и их привели к
царю. Они упали ему в ноги, но
царь велел встать. Тогда они узнали своего товарища.
Царь рассказал им все, что с ним было, и сказал им: «Видите ли вы, что моя правда? Худое и
доброе — все от бога. И богу не труднее дать царство царевичу, чем купцу — барыш, а мужику — работу».
— Людо… кор… Лудовик Святой был… был… был…
добрый и умный
царь…
Но, ставя бога грозно и высоко над людьми, он, как и бабушка, тоже вовлекал его во все свои дела, — и его и бесчисленное множество святых угодников. Бабушка же как будто совсем не знала угодников, кроме Николы, Юрия, Фрола и Лавра, хотя они тоже были очень
добрые и близкие людям: ходили по деревням и городам, вмешиваясь в жизнь людей, обладая всеми свойствами их. Дедовы же святые были почти все мученики, они свергали идолов, спорили с римскими
царями, и за это их пытали, жгли, сдирали с них кожу.