Неточные совпадения
— Плохо кончил
Максим, —
сказали себе паны и приписали это специальному заступничеству св. Петра за своего наместника.
Максима считали умершим.
— Пойми меня, Анна, —
сказал Максим мягче. — Я не стал бы напрасно говорить тебе жестокие вещи. У мальчика тонкая нервная организация. У него пока есть все шансы развить остальные свои способности до такой степени, чтобы хотя отчасти вознаградить его слепоту. Но для этого нужно упражнение, а упражнение вызывается только необходимостью. Глупая заботливость, устраняющая от него необходимость усилий, убивает в нем все шансы на более полную жизнь.
Он, слепой, будет собирать сотни разряженных франтов и барынь, будет им разыгрывать разные там… вальсы и ноктюрны (правду
сказать, дальше этих „вальсов“ и „ноктюрнов“ не шли музыкальные познания
Максима), а они будут утирать слезы платочками.
— Ну, не бреши по-пустому, —
сказал Максим. — Песня хорошая — не дудке чета, если только человек умеет петь как следует. Вот послушаем, Петрусю, Иохимову песню. Поймешь ли ты только, малый?
Девочка точно исполнила свое обещание и даже раньше, чем Петрусь мог на это рассчитывать. На следующий же день, сидя в своей комнате за обычным уроком с
Максимом, он вдруг поднял голову, прислушался и
сказал с оживлением...
— Ну, на этот раз дядя
Максим отпустит тебя, —
сказала Анна Михайловна, — я у него попрошу.
Между тем крохотная женщина, чувствовавшая себя, по-видимому, совсем как дома, отправилась навстречу подходившему к ним на своих костылях
Максиму и, протянув ему руку,
сказала тоном снисходительного одобрения...
— Secundo, я шляхтич славного герба, в котором вместе с «копной и вороной» недаром обозначается крест в синем поле. Яскульские, будучи хорошими рыцарями, не раз меняли мечи на требники и всегда смыслили кое-что в делах неба, поэтому ты должна мне верить. Ну а в остальном, что касается orbisterrarum, то есть всего земного, слушай, что тебе
скажет пан
Максим Яценко, и учись хорошо.
Эта неожиданная идея поразила
Максима таким удивлением, что он в первую минуту не знал, что
сказать сестре. Он заставил ее повторить свои опыты и, присмотревшись к напряженному выражению лица слепого, покачал головой.
— Так вот ты где успокоился, старый разбойник? —
сказал Максим задумчиво. — Как он попал сюда, в Колодню?
— Что должно было исчезнуть — исчезло, —
сказал Максим как-то холодно… — Они жили по-своему, вы ищите своего…
— Ты
сказала не все? — спросил
Максим после минутного молчания.
— Зол и похож на Петра… понимаю, — задумчиво
сказал Максим.
— Чего ты боишься? Поди сюда, моя умная крошка, —
сказал Максим с необычной нежностью. И, когда она, ослабевая от этой ласки, подошла к нему со слезами на глазах, он погладил ее шелковистые волосы своей большой рукой и
сказал...
— Вот он спрашивает, —
сказала Эвелина
Максиму, — что может означать выражение «красный звон»? Я не могу ему объяснить.
— Да, —
сказал Максим, — это очень похоже, и мы, с открытыми глазами, не сумели бы усвоить это лучше тебя.
— Нет, —
сказал Максим. — Я бы
сказал, что это слишком красно…
— Вот-вот! —
сказал Максим. — Ты понял разницу. Когда-то, — ты был еще ребенком, — мать пыталась объяснить тебе звуками краски.
— Вот, ты увидишь человека, —
сказал, сверкая глазами,
Максим, — который вправе роптать на судьбу и на людей. Поучись у него переносить свою долю… А ты…
Один раз на раденьях — сам я тут был, — указав на ближнего к себе пророка,
Максим сказал: «Смерть ему!», и Божьи люди всем кораблем ринулись на пророка и непременно бы растерзали его на клочки, если б верховный пророк не остановил их.
А. М.
Максимов сказал, что сегодня утром приехал в Москву И. Ф. Горбунов, который не откажется выступить с рассказом из народного быта, С. А. Бельская и В. И. Родон обещали дуэт из оперетки, Саша Давыдов споет цыганские песни, В. И. Путята прочтет монолог Чацкого, а П. П. Мещерский прямо с репетиции поехал в «Щербаки» пригласить своего друга — чтеца П. А. Никитина, слава о котором гремела в Москве, но на сцене в столице он ни разу не выступал, несмотря на постоянные приглашения и желание артистов Малого театра послушать его.
Неточные совпадения
— Очень жаль, —
сказал я ему, — очень жаль,
Максим Максимыч, что нам до срока надо расстаться.
— Да не зайдет ли он вечером сюда? —
сказал Максим Максимыч, — или ты, любезный, не пойдешь ли к нему за чем-нибудь?.. Коли пойдешь, так
скажи, что здесь
Максим Максимыч; так и
скажи… уж он знает… Я тебе дам восьмигривенный на водку…
— Как я рад, дорогой
Максим Максимыч. Ну, как вы поживаете? —
сказал Печорин.
— Слава Богу! —
сказал Максим Максимыч, подошедший к окну в это время. — Экая чудная коляска! — прибавил он, — верно какой-нибудь чиновник едет на следствие в Тифлис. Видно, не знает наших горок! Нет, шутишь, любезный: они не свой брат, растрясут хоть англинскую!
Лакей, не оборачиваясь, бормотал что-то про себя, развязывая чемодан.
Максим Максимыч рассердился; он тронул неучтивца по плечу и
сказал: — Я тебе говорю, любезный…